Он споет это в десять раз лучше! (Баллада о Джорджи Фэйме)

6 March

Его настоящее имя Клайв Пауэлл (Clive Powell). С 13 лет он играл на клавишных в любительских ансамблях, один из которых назывался The Dominoes, в честь одного из кумиров юного пианиста - Фэтса Домино.

 Талант Клайва не остался незамеченным и в 16 лет он попадает в пасть одной из самых зубастых акул британского шоу-бизнеса того времени - поп-импресарио Ларри Парнса (Larry Parnes).

Larry Parnes
Larry Parnes

Первым делом Ларри изменил имя Клайв Пауэлл на помпезное и звучное "Georgie Fame". Сначала было, правда, не менее пафосное - "Ланс Форчюн" (Lance Fortune), но оказалось, что певец с таким именем уже есть и второго Ланса Форчуна срочно пришлось поменять на Джорджи Фэйма.

 Была у этого импресарио такая слабость - всем своим подопечным он давал роскошные сценические псевдонимы. Среди его клиентов были: Марти Вайлд (Marty Wilde), Винс Игер (Vince Eager), Билли Фюри (Billy Fury).

 Со всеми этими громко-имёнными ребятами новоиспечённый Джорджи Фэйм успел поработать, пока не бросил якорь в группе самого успешного из них - Билли Фюри "Блу Флеймз"(the Blue Flames).

 Пару лет Джорджи давил на клавиши в этой группе и постепенно стал затмевать фронтмэна своей виртуозной игрой (в то время Фэйм уже научился весьма умело копировать манеру Джерри Ли Льюиса).

В конце концов, Билли Фюри вынужденно ушёл из группы и набрал себе другой состав (Billy Fury and The Tornadoes), где продолжил петь свои лирические баллады, а Фэйм начал осваивать роль лидера Блу Флеймз и был вынужден взять на себя обязанность вокалиста.

Неожиданно обнаружилось, что у парня сформировался отменный вокал, чем-то похожий на голос Эрика Бёрдона из Энималз, с которыми, кстати, Блю Флеймз вскоре познакомились и подружились.

И Эрик Бердон, и Джорджи Фэйм любили одних и тех же певцов в стиле соул (Кёртис Мэйфилд, Сэм Кук, Рэй Чарлз, Отис Реддинг ). Отсюда естественно вытекала схожесть музыкальной и сценической подачи, характерный набор вокальных приёмов.

 С появлением нового харизматичного и яркого певца Блю Флеймз окончательно повернули в сторону того стиля, который был близок самому Джорджи - горячая смесь соул, джаза и ритм-энд-блюза. С этим крутым американским (иногда - латиноамериканским) замесом они и познакомили лондонцев в знаменитом джазовом клубе "Фламинго", где быстро стали доминировать среди дюжины составов, выступавших по вечерам.

Новый звук, а тогда и соул, и ритм-энд-блюз были ещё в новинку для Англии, принёс GF&TBF популярность у лондонских модников (так в то время не играл в городе никто) и парни стали единственной группой, подписавшей с клубом "Фламинго" постоянный контракт.

 Такой успех Блу Флеймз моментально привлёк к ним внимание рыскавших по всему Лондону скаутов звукозаписывающих фирм, которые учуяли зарождающийся бит-бум и скупали молодые группы пачками.

  Джорджи Фэйму и его ребятам повезло крупно - их "подписала" целая EMI!

 В 1963г вышел дебютный альбом - концертник "Rhythm & Blues At The Flamingo", но успехом он, однако, не пользовался.

 Зачастую так и заканчивалась карьера большинства подобных групп, но, неожиданно, богатая, хотя и скуповатая обычно EMI дала ребятам из клуба "Фламинго" ещё один шанс.

Следующая пластинка, пророчески названная "Fame At Last", попала в цель, а суперхит Yeh Yeh - веселый танцевальный номер с джазово свингующими клавишными и зажигательным вокалом Джорджи - покорил самую вершину Британского хит - парада в январе 1964, сдув с первого места не кого-нибудь, а самих Битлз с их сорокопяткой I Feel Fine.

 В качестве одного из амбассадоров Британского Вторжения, разухабистая Yeh Yeh перелетела через Атлантику, и там тоже попала в чарты (No.21 in USA).

Продажи сингла превысили миллионную отметку, а показ в культовом теле-шоу Ready Steady Go окончательно закрепил группу в статусе "горячих суперзвёзд '64".

Так, со второй попытки, Джорджи Фэйм вошёл в число главных хитмейкеров Англии.

Следующие 4 года он постоянно и вполне успешно участвовал в хит-парадной гонке и даже ещё один раз возглавил её (в июле 1965г) с синглом Getaway.

 Эта песня, кстати, изначально была написана, как рекламный джингл для нефтяной компании и взлетела на вершину совершенно неожиданно.

 На финише двухлетней чартовой гонки, в 1966г, Джорджи Фэйм избавился от Блу Флеймз.

Как показала дальнейшая история для Джорджи расставание с группой оказалось не самым удачным шагом, ведь в составе Blue Flames выступали только музыканты высочайшего профессионального уровня, который диктовался выбранным стилем и мастерством самого Фэйма. Достаточно сказать, что в этой группе успели поиграть будущие суперзвёзды джаз-рока и фьюжн - Джон Маклафлин (John McLaughlin) и Джон Хайзмэн (Jon Hiseman). И это именно в Блу Флеймз (по совету общих друзей из the Animals) собирался пристроить свою гитару никому тогда еще не известный чёрный парень по имени... Джими Хендрикс.

 Кто знает, что из этого получилось бы, но получилось то, что получилось: Джорджи распустил группу, а Джими, наоборот, собрал свою ... и место за барабанами в группе Хендрикса занял, кто бы выдумали? Правильно - получивший отставку у Джорджи Фэйма, бывший штатный драммер Блу Флеймз - Митч Митчелл.

 А сам Дж.Ф. продолжил записывать успешные синглы, всё заметнее дрейфуя в сторону облегчённого поп-джаза, исполняя в основном каверы известных соул и блюзовых хитов, в собственной аранжировке.

Один из характерных и самых удачных примеров его тогдашнего творчества - обработка знаменитого хита Бобби Хебба - Sunny

Но главный успех на сольном пути Дж.Ф. ждал в 1968г с песней The Ballad of Bonnie & Clyde, инспирированной, как ясно из названия, знаменитым фильмом Артура Пенна.

Эта незамысловатая кантри - баллада, чуть приджазованная, как почти всегда у Фэйма, спетая с нарочито фальшивым "american accent", принесла ему третью (и последнею) высшую строчку в хит-параде Англии и 7-е место в США, став самым большим коммерческим успехом в его карьере.

 На волне этого успеха Фэйма пригласили в Голливуд для записи главной муз. темы одного из фильмов с Элизабет Тэйлор и Ричардом Бартоном (Boom, 1968).

 Во второй половине шестидесятых джюкбоксы всех придорожных забегаловок были под завязку набиты его синглами, на танцполах хиты Джорджи Фэйма заставляли крутить бёдрами отчаянных буревестников и буревестниц сексуальной революции, но...

 Пришли 70-е с их мрачновато - похмельной серьёзностью. Хард, арт, прог и прочий фьюжн заняли место в плей-листах поостывших и подуставших от хипповой веселухи покупателей пластинок.

Дела Джорджи Фэйма покатились под гору. Хит-парады ещё некоторое время принимали в своё тёплое чрево поп - джазовую продукцию Джорджи, но к началу нового десятилетия наглухо захлопнули перед ним свои глянцевые двери.

Другие герои пришли ему на смену, в том числе и такие, которые пользовались находками Дж.Ф. в области скрещивания джазовых аранжировок, включавших в себя духовую секцию и мощный драйв, свойственный року (Chicago, Blood, Sweat & Tears, Three Dog Night, Steely Dan etc).

 Звезды новомодного джаз-рока усовершенствовали стиль и пошли вглубь. Облегчённый вариант этого стиля, в исполнении Дж.Ф., перестал вызывать интерес, его альбомы и синглы стали проваливаться один за другим.

 В поисках возможностей для нового прорыва в 1970г. Дж.Ф. объединяет усилия со старым другом и коллегой, еще одним "сбитым летчиком Британского Вторжения" - клавишником Аланом Прайсом (Alan Price, ex-Animals).

Вместе они записывают несколько легкомысленных поп - синглов, один из которых (отличный танцевальный хит Rosetta), наконец, заслуженно попадает в чарты (№11 в Великобритании), но остальные их попытки прорваться проваливаются и, сказать по правде, тоже заслуженно.

 Альбом Fame and Price (большая часть трэков - опять каверы чужих хитов), записанный этим супер-дуэтом (а какое отменное название было у дуэта "The Price of Fame"!), тоже проваливается, став объектом для уничтожающе унизительной критики.

Оценив результаты своего сотрудничества, два выдающихся британских клавишника решают идти дальше каждый своей дорогой.

 О дороге, выбранной Аланом, я здесь рассказывать не стану - не о нём сейчас речь, а вот с Дж.Ф. пока расставаться не буду...

 Попытка Джорджи более серьёзно подойти к джаз-року (альбом All Me Own Work, 1972) осталась совершенно незамеченной. А зря, между прочим, это был неплохой продукт, в записи которого активно поучаствовал знаменитый британский тенор-саксофонист Дик Хекстол-Смит (Dick Heckstall - Smith).

 Потом была целая серия неудачных записей, попытка реанимировать Блу Флеймз и, в конце концов, Джорджи Фэйм надолго исчезает со сцены. Он начинает профессионально заниматься созданием рекламных джинглов. В тяжелые времена именно этот промысел стал основным источником его дохода.

 Время от времени Фэйм ещё записывает (почти никем не замечаемые) пластинки с чисто джазовым материалом. Среди них были и весьма интересные совместные работы с другими знаменитыми музыкантами, в частности, с великим Хоги Кармайклом.

 В 1991 к нему пришёл всё же относительный успех с альбомом "Cool Cat Blues". Но сольная карьера никогда не возносила его больше так высоко, как в "золотые" 60-е.

 Однако это не значит, что Дж.Ф. не был оценен по достоинству другими музыкантам. Его авторитет, как виртуозного и стильного клавишника, никогда не ставился под сомнение и давал ему право считаться сессионером из числа самых престижных и умелых.

 С начала 90-х он участвовал в записи почти всех альбомов своего друга - великого ирландца Вана Моррисона (Van Morrison), а в 97-м Дж.Ф. находит, наконец, свою постоянную и комфортную гавань в современном музыкальном пространстве - Джорджи Фэйм становится постоянным участником суперзвёздного состава, собранного ещё одним его другом, бывшим басистом the Rolling Stones - Биллом Ваймэном (Bill Wyman's Rhythm Kings).

 Эти "старые кони" борозду ритм-энд-блюзовую вспахивают отменно, записывая одну элегантную пластинку за другой, а заслуга Дж.Ф. в стильном звуке BW'sRK краеугольна: помимо клавишной пахоты, он ещё и ведущий вокалист состава.

"Нет смысла заниматься этим, если Джорджи Фэйм споёт в 10 раз лучше!"

- так Билл Ваймэн объяснил своё разумное решение - отказаться от роли ведущего вокалиста в составе Rhythm Kings.

 Пришла пора итожить мой многословной панегирик: Джорджи Фэйм - один из лучших ритм-энд-блюзовых вокалистов и клавишников мира. Это уже очевидно и неоспоримо, несмотря на все изгибы его сольной карьеры. Его джазовые, свингующие, скачущие ново-орлеанским галопом клавиши, его вокальное мастерство, вполне сравнимое с певцами из великой когорты соул 50х-60х, его изящные аранжировки с великолепными риффами духовой секции - почерк большого мастера, вписавшего свое имя в золотой фонд современной поп-музыки.

By the Way: одно интересное наблюдение для тех, кому хватило терпения дочитать до этого места :).

 У живых выступлений Джорджи Фэйма в 60-х, кроме музыкальных достоинств, была и уникальная особенность матримониального свойства - на его концертах познакомились сразу две знаменитые рок-н-рольные пары: Пол Маккартни и Линда Истмэн, Роберт Плант и Морин Вилсон.

 Судя по количеству детворы, рождённой в этих браках, и долгому семейному стажу (несмотря на последующий развод, Роберт и Морин успели прожить вместе 15 лет), эти браки можно назвать вполне удачными.

 Помимо такого очевидного свидетельства необычайно чувственной атмосферы на его концертах, это ещё и косвенный показатель огромной популярности Джорджи Фэйма в те былинные времена, когда в свингующем Лондоне юные рокеры ходили на концерты друг к другу и знакомились на этих концертах с будущими женами и боевыми подругами :).

На этой бравурно-ностальгической ноте я умолкаю. Слушайте Джорджи Фэйма, друзья мои! Он споет о тех временах, о любви и о себе в десять (как минимум)) раз лучше, чем я смогу написать.

(Driver Pete, 2005) 

Одна нечистоплотная журналистка много лет назад "позаимствовала" у меня этот рассказ и время от времени публикует его под своим именем (самую малость переиначив) на различных интернет-ресурсах. Бог ей судья, конечно, но я теперь вынужден сделать подобную ремарку, во избежание возможного недоумения :)

Оригинал статьи размещен здесь

Если вы дочитали, то вам может быть интересно:

Он передал эстафетную палочку через океан (Памяти Эдди Кокрэна)
Лаленья. Любимые кавер-версии (Donovan / Deep Purple)
Нэнси Синатра. История блудной дочери.
Чак Берри VS Элвис Пресли. Кто из них настоящий король рок-р-ролла?
Старый конь ритм-энд-блюз не испортит
Гимн болельщиков всего мира
Британский Элвис (памяти Билли Фьюри)
Пара слов про "устаревший саунд"
Бледная Тень Прокол Харум
Боз Скаггз. Пороха еще навалом.
Загадка Питера Хэммилла
Альбом для взрослых женщин с хорошим музыкальным вкусом.
Возвращение Блудного Отца (часть1 - Свистать всех наверх!)
Она написала самую знаменитую песню XX века (Памяти Консуэло Веласкес)
История красивой песни, которая стала культовым инструменталом великого гитариста
Жертва рок-н-рольной рулетки (Памяти Дела Шэннона)
Слушаю Бобби Дарина и обаяние того времени буквально окутывает меня, заполняя всё вокруг ...
Каменистая Дорога Криса Ри