Сегодня. 1-я страница дневника

22 January 2019

Дневник-воспоминание матери 14 летней девчонки, удочеренной 10 лет назад.

Сегодня, сейчас уже понятно, что этот шаг был ошибкой. Не справилась я, а она - так и осталась чужой дочерью.

Дневник - попытка разобраться в своих и чужих ошибках. Воспоминания. Рассказ о том, как же строились отношения, как все было и как есть.

Безусловно, все имена, названия мест -все изменено и любые совпадения случайны.

Но воспоминания, это чуть позже.

Сегодня.

Сегодня мы живем в одном доме. Пользуемся одной ванной, стираем вещи в одной стиральной машине и стараемся не прикоснуться друг к другу, случайно оказываясь в узком проходе на пути в кухню.

Но встречаемся мы в этом проходе все реже. Потому что она почти перестала заходить в кухню. Я ношу ей еду в комнату. Так лучше для всех. Еще месяц назад мы ели за одним столом. И это было очень тяжело. С каждым днем все тяжелее и тяжелее. Тяжело стало даже просто находиться рядом. Я привыкла терпеть. Настолько привыкла к тому, что там, где она - всегда плохо, что уже давно перестала задумываться о том, что может быть иначе. Может быть хорошо.

На Новый год она уехала. На 10 дней. И вдруг, наш дом стал ДОМОМ! Местом, где ХОРОШО! Где уютно. Перестала плакать младшая дочка. Я только на второй день отсутствия старшей, вдруг поняла, что все, все изменилось. Два дня без слез, это оказалось невероятным подарком. Это было чудо, настоящее новогоднее чудо. Я заново узнавала свою младшую дочь, Софью. Она, оказывается, может так много улыбаться. И так здорово играть! А вечером, сидя на кухне, я изумленно смотрела на мужа. Всегда молчаливый, всегда устало слушающий меня, он, улыбаясь, рисовал мне варианты украшения окон и входной двери новогодними гирляндами.

Совсем перед сном, Софья нам рассказывала сказку. Она ее придумала сама. В сказке жила злая колдунья. У нее была волшебная палочка. Все, до чего дотрагивалась колдунья этой палочкой, становилось плохим - молоко скисало, яблоки и груши превращались в тухлые огрызки, а если колдунья снимала свои черные очки и смотрела на людей, то люди сразу становились мрачными, хмурыми и из них вылетало маленькое облачко, это улетало от них счастье. В той сказке, колдунья надоела всем до невозможности и люди вызвали МЧС. Приехала бригада, отобрала палочку, приклеила специальным клеем очки, что бы они больше не снимались и колдунья перестала пакостить людям.

А через 10 дней вернулась она. Настя. Я смотрела на то, каким сразу серым, унылым стал дом. Смотрела на мрачного, неразговорчивого мужа. Слушала всхлипывания Софьи. Смотрела и вспоминала сказку. И понимала, что все. Точка невозврата пройдена. Я больше не могу. Мы не можем.

Прошло почти 10 лет с нашего знакомства с Настей. 10 лет, это и много, и мало. За это время происходило многое. Сменяли друг друга психологи, психотерапевты, соц. работники и всяческие инспекторы. Менялись детские сады, потом школы. Сколько раз мы меняли школу? Кажется 4? Может быть пять? Так сразу и не скажу. Но я вспомню.Я буду вспоминать все, с момента нашего знакомства. Я буду вспоминать и писать тут. Буду говорить обо всем. О неприятном. О некрасивом. О том, о чем обычно не рассказывают приемные родители и о чем не предупреждают психологи.

Я расскажу в этом дневнике обо всем, что происходило в эти 10 лет. Зачем?

Может быть это надо мне? Наверное. Может быть это надо тем, кто только собирается совершить столь серьезный шаг - усыновление ребенка. Думаю да, этим людям нужно узнать об обратной стороне медали. Может быть это надо и тем, у кого похожая ситуация. Я точно знаю, что наша семья не одна такая. Таких много. Я знаю.

И еще, я думаю, что рассказывая о наших ошибках, о нас, мы можем столкнуться с определенными людьми. Я не знаю, как назвать это явление правильно. Это те, кто весьма эмоционально переживает подобные истории. Обычно, реакция у этих людей примерно следующая: "о, бедная девочка и давайте четвертовать родителей, потому как это ребенок и они сволочи!". Я попытаюсь немного успокоить: да, мы, наша семья в тупике.

Но мы не опустили руки. У Насти есть свой психолог, она общается с ним регулярно. Наша семья стоит на учете в полиции, и инспектор регулярно нас проверяет. И мы, несмотря не на что, стараемся все же общаться с Настей. Через "немогу" и "нехочу", пусть плохо, пусть мало. Но мы общаемся. И у Насти постоянно есть выбор. Есть возможность уехать. Есть, где жить, если не с нами. Я надеюсь, что мы держим ситуацию под контролем, удерживаем пусть и тонкую, но ниточку, которая, может быть, нас всех все-таки выведет из той тьмы, в которой мы находимся сейчас.