2189 subscribers

Маленькие грязные куриные тайны

888 full reads
1k story viewsUnique page visitors
888 read the story to the endThat's 86% of the total page views
2 minutes — average reading time

Опять Святослав Логинов со своими воспоминаниями. Адресуется тем поклонникам прежних времён, кто на всех углах кричит о том, что еда была натуральной. Но по сравнению с теми курами, которые будут описаны ниже, уже лучше съесть килограмм заведомого ГМО, жаренного на пальмовом масле и присыпанного глутаматом натрия и аспартамом. В принципе, всё из перечисленного вполне безвредно, разве что еда, жаренная на чём угодно, хоть на чистом индийском гхи из молока коровы, наиболее священной из имеющихся в наличии, к числу диетических продуктов не относится, но я тут в концентрированном виде перечислил все страшилки, пугающие людей, забывших или не знавших химию и биологию в объёме школьной программы.

Советские куры, умершие от старости и болезней
Советские куры, умершие от старости и болезней
Советские куры, умершие от старости и болезней

В полной мере лоточник Володя разворачивался, когда начиналась лоточная торговля курами. Куры шли трех сортов: импортные по три рубля сорок копеек, отечественные по два семьдесят пять и бройлеры по рубль семьдесят пять. Последние были прозваны в народе “синей птицей”, и о них ходил замечательный анекдот.

Венгерская курица говорит нашей: “Ты взгляни на себя — тощая, синяя, ноги торчат… То ли дело я — упитанная, желтенькая, сердце и печеночка в отдельном мешочке сложены… посмотреть приятно”. — “Подумаешь, — отвечает наша, — зато я своей смертью померла”.

Теперь тех синих птиц в продаже не найдешь, а четверть века назад их расхватывали, что горячие пирожки. Оно и понятно, цена на рубль меньше, чем у куры стандартной. Бройлеры шли исключительно на лоток, чтобы в магазине не было давки и не случалось пересортицы с той курой, что на рубль дороже. А уж как на этой торговле поднимался лоточник — это особь статья.

Володька выходил на ступени, слюнявил палец, оглядывал окрестности и лишь потом указывал, как ставить стол и весы на него. Получив указание, что стол должен быть не вдоль и не поперек ступеней, а наискось, я спросил, для чего нужны такие хитрости.

— Ветер сильный, а у куры парусность большая. Ветер дуть должен так, чтобы чашку с товаром прижимать. Мне сегодня и обсчитывать никого не надо, я на одном ветре четвертной заработаю.

Так мыслить может только истинный профессионал!

За два года лишь однажды дешевые куры продавались в зале. Привезли их в субботу, когда начинать торговлю было уже поздно, поэтому деревянные лотки были сложены в один из холодильников и заперты там. А в понедельник работников встретила жуткая вонь. То ли холодильник изначально был не включен, то ли его кто-то выключил, но два дня куры пролежали на летней жаре и, конечно же, стухли.

Володька глянул на испорченный товар, сказал, что этим торговать не будет, и ушел домой. Тем не менее списывать тухлятину никто не собирался. Полторы тонны бройлеров — это ж такие деньжищи! Тухлая птица была привезена в рыбный отдел; ванну, где обычно оттаивала рыба, вымыли, сначала с порошком, потом с уксусом, чтобы отбить рыбный запах. В чистую ванну налили воды, вбухали туда пару флаконов марганцовки, и фасовщицы, зажимая носы, принялись мыть в фиолетовом растворе злосчастных кур. Затем их скатывали новой порцией воды, взвешивали и выбрасывали на мясной прилавок.

И надо было видеть, как покупатели, обрадованные, что очереди нет, расхватывали дешевую отраву! За час все куры были перемыты и проданы.

А уж как их готовили и съедали и что было потом, возможно, знает санитарно-эпидемическая служба. Мне эта тайна неведома.