Такси советских времён: тотальная коррупция

27 March
4,6k full reads
12,5 min.
10k story viewUnique page visitors
4,6k read the story to the endThat's 46% of the total page views
12,5 minutes — average reading time

Таксисты давних времён, как и любые представители советской сферы услуг, были люди непростые. Профессия была престижной и хорошо оплачиваемой (250-300 руб. в месяц — при средней по стране от 100 в начале 70-х до почти 200 к середине 80-х). И все знали, что за смену они зарабатывают еще и левые деньги — порой вдвое больше официального плана. А кое-кто из них мог иметь контакты и в мире контрабандистов, спекулянтов, фарцовщиков и прочих, которые "кое-где у нас порой".

Кто в советское время не помирал в душной очереди на стоянке такси у вокзала под тяжестью чемоданов, с парой детей подмышкой, возмущаясь, что бригадир пропускает без очереди неких темных личностей? Кто не шарахался от мафиозного вида субъектов в аэропортах, хватавших за рукав и преследовавших до самого автобуса с угрожающе-угодливой фразой "Такси недорого, уважаемый!". А скольким гражданам приходилось тщетно мокнуть под ночным дождем, пытаясь поймать такси в Люблино или Чертаново по двойному тарифу?

Именно к таксистам в разгар антиалкогольной кампании 80-х обращались граждане с деликатными проблемами — такса 10 руб., и бутлегер извлекает пол-литра из багажника. А если надо много — проедемте в таксопарк. Правда, в бутылке могла оказаться хлорированная вода из водопровода. Продавщиц платной любви курировали, как правило, тоже таксисты.

Вообще-то образ таксиста мифологизирован не только у нас в стране. Мировой кинематограф оставил тут вполне однотипные характеристики. В фильме "Такси" (1932) таксомоторные компании США воюют с частными извозчиками, у Мартина Скорсезе (фильм "Таксист") главный герой борется с уличной преступностью ее же методами, в "Сиреневом такси" с таксистом связаны зловещие тайны.

А вот и советский кинематограф: правда, таксист не совсем настоящий
А вот и советский кинематограф: правда, таксист не совсем настоящий
А вот и советский кинематограф: правда, таксист не совсем настоящий

В испанском "Такси" речь идет о банде таксистов, во французском "Такси" таксист опять противостоит бандитам, в "Адском такси" — с трудом справляется с проблемными пассажирами, а в "Такси-блюз" Павла Лунгина таксист ввязывается в мутные отношения с музыкантом-алкоголиком, пытается его исправить и в итоге спивается сам и погибает. В общем, где таксисты — там не соскучишься.

Немного истории

Транспортные средства со счётчиком существовали с античных времён, правда, в них лошадиные силы имели буквальное значение. Первые такси-колесницы существовали еще в Древнем Риме, и у них даже был "таксометр" — в закрепленный на оси колесницы тазик после каждой пройденной стадии (около 200 метров) падал камень, и по количеству камней определялась оплата. Правда, исторические источники не указывают, рисовались ли на желтых колесницах шашечки.

Но кроме шуток, счетчики пройденного пути действительно известны с античных времен, их называли годометрами (или одометрами), они фиксировали количество оборотов колеса. Одометр изобрел в I веке до н. э. Герон Александрийский.

В середине XIX столетия одометры ставили на британские кебы и на французские фиакры. А к началу ХХ века автомобильный транспорт получил таксометры. Считается, что первая в мире служба такси "Автомобильно-извозного предприятия", оснащенная шестиместными "Даймлерами" с четырехсильными моторами, которая заработала в 1896 году в немецком Штутгарте, использовала таксометры, изобретенные в 1891 году Вильгельмом Брюном.

В России первый таксометр (системы Г. Л. Каннского) появился в 1898 году. А в 1908-м в Москве было создано Товарищество автомобильного передвижения с 30 французскими автомобилями "Даррак". Сайт vektaxi.ru приводит цитату из журнала "Автомобилист":

"Московские автомобильные счетчики умышленно устанавливаются на машинах так, что пассажир не может видеть их. Одни счетчики расположены где-то между колесами машины, и, когда вы кончаете поездку, шофер лезет под автомобиль, зажигает спичку, куда-то долго всматривается и, наконец, безапелляционно заявляет, сколько надо платить. Другие счетчики стоят в ногах у шофера, третьи — около руля. Но все они неизменно своим циферблатом обращены в противоположную от пассажира сторону".

К 1912 году в Москве 230 таксомоторов развозили пассажиров по твердым тарифам, установленным городской управой: дневной — 40 коп. за версту, ночной — 60 коп. Работала телефонная диспетчерская служба вызова такси. Спрос на такси был огромный, водители зарабатывали до 150 руб. в месяц, а плата за право стоянки у гостиниц и вокзалов могла превышать официальный месячный заработок.

Не желаете ли эх-прокатиться?
Не желаете ли эх-прокатиться?
Не желаете ли эх-прокатиться?

В 1910 году открылась компания "Санкт-Петербургский Таксомотор", развозившая клиентов на машинах "Форд". Впрочем, некоторые источники полагают, что самый первый таксомотор в Российской империи появился вовсе не в Москве и не в Санкт-Петербурге, а в городе Верном, столице Семиреченской области Туркестанского генерал-губернаторства (то есть, в казахской Алма-Ате).

В 1906 году киргизский (до революции киргизами почему-то называли самых что ни на есть казахов) коммерсант Бабахан Нурмухаммедбаев привез туда автомобиль марки "Берлие" вместе с шофером Иоганном Рейнвальдом, уроженцем Лифляндии. Их совместный бизнес через некоторое время преобразовался в автомобильную компанию, доставлявшую грузы в Китай и Монголию.

В 1913 году в Петербурге было уже 328 такси, в Москве — 217. Таксомоторы успешно обслужили и Первую мировую войну, и Октябрьскую революцию, а в 1918 году большевики конфисковали все частные автомобили. Только в декабре 1924 года Моссовет решил возродить таксомоторный транспорт.

Первый таксопарк располагался в Орликовом переулке, позже подобные предприятия появились в Георгиевском и Гороховском переулках. Закупленные за рубежом "Рено", "Фиаты" и "Форды" развозили граждан по тарифу 50 коп. за версту или 4,5 руб. за час. Стоянки такси тогда назывались биржами и располагались на крупных площадях вроде трех вокзалов. Свободные такси опознавались по красным флажкам с надписью "свободен".

В 1929 году советское правительство купило у компании "Форд" лицензию на выпуск копии "модели A", и с 1933 года основой парка советского такси стали машины ГАЗ-А. Но уже с 1936 года в Москве их сменили ЗиС-101, предназначенные изначально для номенклатуры; появились они и в столицах других советских республик — например, в Минске в 1939 году было уже три ЗиС-101. Проявили себя в качестве таксомоторов и ГАЗ М-1 ("эмки"), а после войны — "Победы" и ЗиС-110.

Именно в это время, в 1947 году, появились отличительные признаки советского такси — до боли забытые шашечки с буквой "Т" и зеленый огонек на лобовом стекле. Говорят, что зеленый огонек придумал некий хитроумный (или романтичный?) таксист Первого московского таксопарка.

В то время как начальство предпочитало черные "Волги", такси имели более приветливую расцветку. В разное время советские такси были голубыми, зелеными, салатовыми, желтыми. В 1960-е годы прошедшие капремонт старые "Волги" ГАЗ-21 щеголяли красной крышей, отчего их прозвали красными шапочками. С появлением в 1970 году ГАЗ-24 советские такси стали единого салатового цвета, а к Олимпиаде 1980 года их перекрасили в лимонный.

К концу 1980-х в Москве насчитывался 21 таксопарк. Работать в такси было престижно, но непросто. Смена длилась 14-16 часов (например, в Москве в 1980-е — с 16:00 до 06:00 или с 06:00 до 20:00).

КИП (коэффициент индивидуального пробега) составлял в среднем 0,78, то есть из 100 пройденных километров 78 должны были быть платными. План — от 5 до 5,5 руб. в час. Тариф: посадка 20 коп. плюс 20 коп. за 1 км пути. До 1977 года километр стоил 10 коп.

Водителей готовили строго. Принимали несудимых граждан старше 21 года. Их полгода обучали на специальном комбинате. Новичков не отягощали планом, несколько недель они изучали город, учились общаться с пассажирами и контролерами, а также с сотрудниками ГАИ. Работали, что называется, за баранкой пылесоса, то есть без радиостанции, "от бордюра".

Новый шаг в карьере — радиостанция: центральная диспетчерская (позывной в Москве — "букет") давала дополнительно 10-15 заказов за смену. Водитель получал заветный ключик от "столбика" — колонки прямой телефонной связи с центральной диспетчерской, которые устанавливались на всех городских магистралях и на стоянках такси.

Отдельной кастой были водилы "на фильтре". Эти работали не "от бордюра", а стояли у лакомых мест — станций метро, гостиниц, вокзалов. Работы мало, а заработки хорошие. Но чтобы "прописаться" в таком месте, нужно было иметь блат или же хорошо заплатить тем, кто точку контролировал (стоит сказать, что подобная схема кое-где работает до сих пор).

Работа начиналась с выставления не только своего личного рабочего номерка, но и в первую очередь щеток "дворников" (их обычно прятали либо под сиденье, либо в багажник, поскольку друзья-таксисты их воровали наряду с колесными колпаками, крышками бензобаков и т. п.).

Нужно было отработать в месяц примерно на 175 руб. Если сделаешь меньше КИП 0,78 — пишется докладная в центральную диспетчерскую службу. За это наказание — посадят на "корч", или "рекс" (старую машину, которую потом "техничка" Мосавтолегтранса тягала иногда по пять раз в день,— каждый раз это обходилось в 3-5 руб., так что один убыток). Поэтому с операторами все дружили.

Дружить приходилось со всеми участниками таксомоторного процесса. Например, с БД — службой безопасности движения. В те времена переработки не приветствовались — вредно для здоровья и шофера, и машины. Поэтому платили нужным людям, чтобы те скрывали часы ночных переработок.

Но еще важнее для таксиста были отношения с начальником колонны и механиком колонны. Они решали, к кому подсадить, какой автомобиль дать, ведь на машину приходилось два таксиста, работавших посменно.

Молодых сажали на "корчи" — "убитые" аппараты. Худший напарник — пьяница или разгильдяй. У него вечно после смены машина обгаженная, объедки общепита, забытые трусы в салоне, "косяки" с "висячкой" (дворники, зеркала), с таксометром. И записка: "Прости, браток". Тут один выход — набить морду, такое случалось между таксистами довольно часто.

Однако была сильна цеховая солидарность — в случае конфликтов таксисты вставали друг за друга горой. Рассказывает ветеран такси: "Когда в тангенту (переключатель "прием/передача" у радиостанции) поступала тревожная команда, слеталось 20-30 машин. И вся работа на канале прекращалась, пока ситуация не устаканится. Иногда убивали из-за денег. Или разбивались, уснув за рулем. Тогда собирали деньги, помогали родным всем миром".

Вся работа шла "под карандаш": каждый знал, сколько заработал и сколько надо сдать денег за месяц. Ежедневные излишки — 25-50 руб. Эти деньги либо клались себе в карман, либо переносились в качестве резерва на другой месяц.

Казалось бы, 50 руб. в день — большие по меркам СССР деньги. Даже очень большие. Но значительную долю заработанного таксист отдавал "смежникам". Рублей пять, чтобы расплатиться с "линейкой" (по городу ездило несколько десятков машин, осуществлявших линейный контроль), общение с ГАИ или ОБХСС обходилось в сумму около 25 руб., 5-6 руб.— механикам "на воротах" (тем, кто выпускает машину на линию), до 10 руб.— мастеру ТО, до 3 руб.— на шиномонтаж, еще по 50 коп. диспетчерам, кассиршам, автомойщицам.

И еще надо что-то оставить начальнику автоколонны, а главное, таксоцеху — там пломбы, тросы, редукторы, счетчики... Тут же доктор на "дыхаловке" — вы же должны кому-то дыхнуть в лицо, чтобы вас "после вчерашнего" выпустили на линию. За все эти поборы расплачивались, естественно, пассажиры: оплата точно по счётчику встречалась реже, чем пингвины в пустыне Сахара.

Сергей Еремин, сотрудник компании "Онкардия":

"В 1983 году я был на практике в одном из московских таксопарков в качестве механика. Удивило, как много там пьют механики, по бутылке водки до обеда. Там хорошо платили и вкусно кормили: за 40 коп. огромные порции, суп, кефир или сметана, мясо по 200 г, котлеты выбрасывали...
Водителям было выгодно, чтобы мы быстрее сделали им ТО. Но это занимало дня три. И чтобы их раньше выпустили на линию, они платили нам от 10 до 40 руб. Еще у мастеров был налаженный бизнес по поставкам запчастей в Южный порт и оттуда: за новую запчасть таксист платил по 3-10 руб.
Еще ажиотаж возникал при утилизации авто — все слетались снимать петли, шурупы, фары... Отдельная история со скручиванием спидометра, ведь после 250 тыс. км пробега таксист мог забрать машину себе".

Были неприятные повинности. Например, не всем нравилось возить сотрудников прокуратуры и других "спецслужащих" — те расплачивались талонами.

Наказанием считалось обслуживание свадеб, инкассаций и почтовых отделений (почту нередко развозили на такси). Но и тут таксисты демонстрировали творческий подход.

Например, диспетчер выкладывал на стойку почтовую справку, и те водители, которые не желали связываться с почтой, совали под бумагу рубль. Десятый-пятнадцатый "снимал банк" и ехал на почту, тем более что там по справке ему причиталось 5 руб. в час.

Со свадьбами тоже можно было провернуть дело с выгодой: три-четыре часа вместе с подачей — уже почти "четвертак", 25 руб., а еще можно объяснить маме невесты, что никаких ленточек, шаров и кукол на радиаторную решетку не положено — и вот ты уже в шоколаде. Потом останется развезти пьяных гостей по домам — и план выполнен!

Жаргон водителей такси в СССР

1.Классификация водителей

Шеф, таксер, водила - панибратское обращение к водителю такси
Мастер (мастеровой) - наименование, общее для всех таксистов, имеющих специализацию, дающую дополнительный доход
(не всегда праведный).

Аэродромщик - таксист, специализирующийся на работе в аэропортах (всегда в сговоре с контролером на стоянке и даже с постовым милиционером; оплата поездки – по договоренности, сверх показаний таксометра).

Вокзальщик - таксист, специализирующийся на работе у вокзалов (технология работы аналогична «аэродромщику»).

Дальнобойщик - таксист, специализирующийся по доставке пассажиров в ближайшие к Москве города - Владимир, Тула, Рязань и др. (загружал машину полностью, получал плату с каждого пассажира, что в сумме значительно превышало показания таксометра; как правило, пассажиры на обратный рейс тоже были; иногда возили пассажиров и в более отдаленные города с оплатой в оба конца и даже более).

Кочерыжник - таксист, специализирующийся на доставке овощей и фруктов на городские рынки (дополнительный заработок получал за счет перегруза машины по предварительной договоренности с владельцем товара).

Мебельщик (холодильщик) - таксист, работающий у мебельных магазинов или магазинов электротоваров (дополнительный заработок имел на перевозке негабаритных грузов; используя связи с работниками магазинов, мог за отдельную плату «помочь» в приобретении дефицита).

Почтарь - особая категория таксистов, развозящих почту и прессу по другим городам без надлежащего оформления поездок в Центральной диспетчерской (получали оплату в оба конца специальными талонами, которые принимались кассой таксопарка наравне с деньгами).

Спиртовоз (он же чумовоз) - таксист, занимающийся спекуляцией спиртными напитками (криминальный, но очень выгодный в условиях дефицита бизнес; зачастую в водочные бутылки заливали воду или столовый уксус).

Центровой - таксист, работающий у крутых гостиниц (выбирает выгодных пассажиров из иностранцев, зачастую принимает в оплату валюту, импортные вещи, сигареты и т.п. дефицит советской эпохи).

Щипач - таксист, выделяющий из очереди на регулируемых стоянках такси выгодных пассажиров и производящий их посадку в свою машину с нарушением правил поведения на стоянке (т.е. «щипнул» пассажира и уехал).

Крутильщик - таксист, скручивающий показания спидометра и таксометра с целью занижения суммы выручки, подлежащей сдаче в кассу парка, и завышения собственных доходов (обычно был в сговоре с таксометристами и другими работниками парка).

Классификация пассажиров

Афанас (он же сапог) - военнослужащий среднего командирского состава, рассчитывающийся за поездку строго по счетчику (таких пассажиров таксисты старались избегать).

Додик - обычно молодой человек с ограниченными финансовыми возможностями, расплачивающийся за поездку последними пятачками, при этом пытающийся произвести впечатление эдакого кутилы.

Лох - простак из глубинки, незнакомый со столичной жизнью, опасающийся обмана и обсчета, но при этом легко принимающий все на веру.

Справа - не таксист
Справа - не таксист
Справа - не таксист

Пиджак - обычный работяга, редко пользующийся услугами такси, с которого можно было получить значительные чаевые.

Сладкий - пассажир, который щедро платит сверх показаний таксометра, чего хватает «и на план, и на карман».

Халдей, торгаш - официанты, продавцы – т.е. народ денежный по советским меркам, регулярно пользующийся услугами такси, как правило, с одними и теми же водителями (т.к. рабочие смены совпадали); платили щедро, но деньгами не разбрасывались.

Швейк - солдат срочной службы или демобилизованный, мог быть как «лохом», так и «пиджаком».

Шляпа- советский интеллигент, оставляя таксисту 5 копеек чаевых, всем своим видом изображал «аттракцион невиданной щедрости».

Отдельные слова и выражения

Доза - стакан водки (бутылка на троих), который многие таксисты принимали после смены (для некоторых число доз доходило до двух и трех).

Дутье - ежедневный предрейсовый (или послерейсовый) медосмотр с обязательным контролем на трезвость.

Контора - приспособление для злоупотреблений с таксометровым оборудованием, позволяющее присвоить часть выручки.

Кочережка - специально выгнутый крючок из упругой проволоки, при помощи которого можно было проникнуть внутрь таксометра и изменить сумму к оплате за проезд; проделывалось это в тот момент, когда пассажир временно покидал такси.

Лапша - мелкие чаевые, которые обычно оставляли «додики», «шляпы» и «афанасы».

Летучка - машина линейного контроля; ежедневно в городе работало несколько десятков экипажей по контролю за работой водителей такси на линии, кроме того, контроль за работой такси осуществлялся общественными экипажами, состоящими из числа ответственных работников парка.

Объявка - потребовать с пассажира плату за проезд, независимо от показаний таксометра, выше, чем реальная стоимость проезда (один из видов обсчета пассажиров).

Обслужить пассажира:
-за прибор - т.е. взять плату строго по показаниям таксометра;
-за два прибора - соответственно, в двойном размере
-за три прибора - в три раза выше.

Оттяжка, тягло, вожжи - крючок, при помощи которого главный трос спидометра выводился из зацепления с ведущей шестерней, в результате чего спидометр и таксометр переставали считать пройденный километраж, а плата с пассажира взималась по договоренности и пополняла личный карман таксиста.

Подбор пассажиров - один из способов дополнительного заработка для таксиста, когда он подбирал пассажиров, едущих в одном направлении, и получал с каждого полную плату по показаниям таксометра, что увеличивало выручку в несколько раз.

Подсадка пассажиров - в уже занятую пассажирами машину на маршруте следования подсаживался другой пассажир, едущий в попутном направлении, а плата за проезд взималась с каждого полностью.

Подсадчик - человек на крупных стоянках такси, обычно из числа бывших таксистов, который за небольшую мзду от водителя или пассажира сажал пассажира в такси, заранее обговорив с ним плату за проезд выше показаний таксометра и сообщал это водителю.

Провезти пассажира «на попа», «в светлую», «на светлейшего» - т.е. без включенного таксометра, закрыв при этом зеленый фонарь «свободен» при помощи перчатки или специального непрозрачного колпака; при таком способе присвоения выручки у водителя значительно возрастал холостой пробег, что сразу же отслеживалось в таксопарке, поэтому подобные махинации проделывались от случая к случаю и не носили системного характера.

Толкушка - цифровой механизм штамп-часов, который водители, допускавшие самовольную переработку на линии, использовали для подделки в сторону уменьшения реального времени нахождения на линии и занижения суммы полученной выручки.

Удавка - легко съемная пломба, обычно, с разделительного редуктора, позволяющая недобросовестному водителю изменять показания таксометра и спидометра с целью присвоения части выручки, такая пломба также легко возвращалась на место.

Попав за границу, я узнал, что там профессия таксиста не столь выгодная и престижная, как в СССР, а основной криминал связан с делёжкой хлебных мест стоянки и с перевозкой незаконных грузов, и на обычных пассажирах это никак не отражалось.