БЕСЕДЫ В ПРЕДБАННИКЕ

3. РАЗМЫШЛЕНИЯ О ПРАВОСЛАВИИ

Ч.1

- Г. Вы сегодня вовремя. Здравствуйте, Константин.

- К. Приветствую вас, Григорий. Холода загоняют в баньку. Да и стряхнуть с себя усталость от длинных рождественских праздников.

- Г. Ну, пошли, погреемся.

…………………………………………………………………………………………………….

- К. Однако, хорошо, Григорий!

- Г. Отлично, Константин.

- К. По пивку?

- Г. С удовольствием. Да, Рождество прошло. Наступили Крещенские морозы. Правда, в этом году они не очень крепкие. А раньше были до чего лютые – с детства помню.

- К. Это везде климат изменился. Влияние прогресса. Мы в прошлый раз об этом говорили. Да и праздники эти отмечают не так, как раньше на Руси. Не искренне. Вообще я не очень доверяю искренности многих, заявляющих о своей вере в Бога. Вчера они сидели на партийных собраниях и считались воинственными атеистами, сегодня неумело крестятся в церкви и нехотя лезут в прорубь.

- Г. Мода теперь такая.

- К. Ну, не скажите. То, что власть открыто демонстрирует близость к церкви, а церковь благословляет все начинания власти, хотя она по Конституции и отделена от государства, говорит о том, что они снова нуждаются друг в друге.

- Г. Но это было так давно. Еще во времена царизма. Ведь советская власть практически уничтожила церковь.

- К. Это не совсем так. В самые трудные военные годы Сталин понял, что церковь должна стать союзником светской власти. Она способна объединять и подчинять людей. Именно тогда он призвал память к великим ратникам и святым России: князю Александру Невскому, Минину и Пожарскому. Даже вспомнил об объединительной роли некоторых самодержцев: Ивана Грозного, Петра I, Александра I. Правда, он весьма своеобразно восстанавливал церковь. Во-первых, это коснулось лишь русской православной церкви, во-вторых, он внедрил в нее и полностью подчинил ее службам КГБ. После войны такой нужды в церкви уже не было и роль ее снова была сведена к чисто формальной. Она была сохранена лишь для демонстрации Западу записанного в Конституции положения о свободе совести и вероисповедания.

- Г. Значит, сейчас сближение власти с церковью является политическим шагом?

- К. Несомненно. В той политической ситуации, в которой находится Россия, в отсутствии реальных политических партий, идеологии правящей бюрократии, нечетко сформулированных целей развития российского общества, отсутствия национальной идеи и т.д. и т.п. роль церкви становится огромной. Ведь именно она со своими неоспоримыми догматами может хотя бы временно заполнить эту политическую пустоту. Опора на сверхвысокий рейтинг президента очень ненадежна.

- Г. Наверно, именно этой потребностью власти объясняется такая агрессивность русской православной церкви? Иерархи уже поговаривают о признании ее государственной религией. Они не признают права других конфессий открывать в России свои миссии, строить свои храмы. Они не позволяют Папе Римскому приехать в Россию. Они не признают самостоятельности русской православной церкви за рубежом. Ведь это политика, а не религия.

- К. Церковь в России всегда была политикой, начиная с Крещения. Ведь само Крещение России и выбор для России православия в ее восточном Византийском варианте было актом чисто политическим. Но, как оказалось впоследствии, крайне неудачным.

- Г. Это почему же? Ведь православие в России существует уже более тысячи лет и не имеет существенной конкуренции. Поясните, пожалуйста: почему это политический шаг и почему выбор религии неудачен?

- К. Давайте прервемся и сходим ополоснуться.

……………………………………………………………………………………………………

- Г. С вами есть чем заняться в баньке, а то раньше сидишь, да в потолок смотришь. Ну, рассказывайте.

- К. Итак, почему политика? Надо вспомнить, что в самом конце X века Россия находилась не в простой ситуации. Киевом правили выходцы из Новгорода Олег, затем его сын Игорь. Княжество постоянно испытывало давление с востока со стороны печенегов, с запада со стороны придунайцев и поляков. Последние изолировали Россию от Западной Европы, где христианство утвердилось уже достаточно прочно. Возможность заручиться союзнической поддержкой была только на юге Европы и на Ближнем Востоке. Поэтому русские князья и миром и войной (походами) стремились установить связь с Византией. Попытки упрочить отношения с двуличными Византийскими императорами предпринимали и княгиня Ольга и ее сын Святослав Игоревич. И хотя Святослав силой оружия принудил императора Иоанна I Цимисхия подписать почетный для Киева договор, союзник постоянно подводил, призывая на помощь русских князей только для защиты собственной власти.

- Г. Ну, пусть так, но ведь союзные отношения никак не касались вопросов веры, религии.

- К. Действительно, до поры до времени вопросы веры были второстепенны. В языческой Руси веротерпимость была привита за счет многовековой ассимиляции восточных славян с азиатскими кочевыми племенами. Княжеские дружины, ходившие военными походами на Константинополь, добровольно и без особых обязательств принимали крещение коллективно. Княгиня Ольга тоже приняла крещение, будучи с визитом в Константинополе. Но это все были индивидуальные акты и к государственной политике отношения не имели. Идея христианства была еще малодоступна. Даже князь Владимир поначалу не осознавал такой уж нужности христианства. Ведь накануне принятия христианства, он провел языческую реформу, утвердив список официально почитаемых божеств и расставив в Киеве их изваяния для всеобщего поклонения. Этот шаг рассматривался, как политический акт, призванный примирить жителей различных земель и городов после военных стычек между сыновьями Святослава. Вскоре он понял, что многоплеменное население сильно привязано к своим традиционным божествам и не хотят принимать «спущенных сверху». Это объясняет и то сопротивление, которое позднее оказывало население введению православия. Тем не менее, идеи единобожия, видимо, показались Владимиру рациональными.

Конечно, нельзя совсем отбрасывать и личные мотивы. Уж очень хотелось князю Владимиру войти в клуб царственных особ для подъема своего международного престижа и повышения рейтинга в своем государстве. Это можно было сделать, женившись, например, на сестре византийского императора Василия II греческой царевне Анне. Чтобы склонить его к этому Владимиру пришлось помочь войском усмирить мятежников, пытавшихся свергнуть императора, а также самому принять Крещение. А после этого в 989 году князь торжественно окрестил киевлян в водах Днепра и снес всех самим же утвержденных истуканов – языческих богов.

- Г. Так все это было сделано из-за бабы?

- К. Ну, не только. Он прекрасно понял, что для укрепления власти, объединения земель и народов единобожие очень выгодно. Опыт успешного правления в христианских государствах Западной Европы подтверждал эту пользу. Киевская Русь становилась в ряд европейских цивилизованных стран.

- Г. Ну, допустим. Спорить здесь трудно. Правильность принятия христианства доказана его долгожительством в России. Трудно представить, что в России возможно было распространение буддизма, иудаизма или ислама среди славянских народов. Но почему же принятие христианства, как вы сказали, было неудачным решением для России?

- К. Неудачен не сам факт принятия христианства, а выбор греко-византийской модели христианства. Не могу утверждать, что у Владимира был другой выбор. Может быть, он просто поторопился и не проанализировал все возможные варианты и исторические последствия этого решения. Но история показала, что страны, примкнувшие к римско-католической ветви христианства, развивались быстрее и в государственном и экономическом отношении, и достигли к настоящему времени более высоких показателей политического, экономического и социального развития.

- Г. Но причем здесь религия? Мне кажется, что успехи стран Западной Европы во многом определяется скученностью сравнительно небольших государств на ограниченной территории и высокой конкуренцией между ними. Россия находилась на периферии Европы. На 300 лет ее развитие ее было замедлено оккупацией татаро-монголами. Но Россия догнала Европу в XVIII веке, и весь следующий век шла с ней ноздря в ноздрю. Лишь неудачное правление или, как сейчас бы сказали, неудачный менеджмент последнего царя и последующие политические кризисы отбросили Россию на несколько десятилетий назад.

- К. То, о чем вы говорите, очень распространенное заблуждение. Оно лежит в основе идеологии всех национал-патриотов, от народовольцев начала ХХ века до современных жириновцев, рогозинцев, коммуно-патриотов и т.п. Вся причина в том, что общественно-социальный уклад и соответствующие ему производственные отношения стали сдерживающими факторами социально-экономического развития государства. В России феодальный строй задержался на два-три столетия дольше, чем в Западной Европе. Эта социально-экономическая система не могла быть конкурентоспособной. И она не выдержала политических вызовов конца XIX начала XX веков. Попытки реформирования государственно-экономической системы (подобные реформам Александра II и П.А. Столыпина) были половинчаты и запоздалы, поэтому не дали ожидаемых результатов.

- Г. Все это правильно, Константин. Но причем здесь православие?

- К. Ладно, прервемся и разберемся подробнее…

……………………………………………………………………………………………………………