Кто разомкнёт порочный круг?

29 March 2019

26 марта 2019 года судья Ново-Савиновского районного суда Казани Лукманова А. А., изучив мою – представителя Бориса Васильевича Ларионова жалобу о признании незаконным бездействия прокурора Ново-Савиновского района Казани, кое-что установила.

Например, что Ларионов был осуждён мировым судьёй судебного участка №11 по Советскому судебному району города Казани от 6 августа 2018 года по ст. 322.3 УК РФ и приговорён к штрафу в размере 5000 рублей. И что этот приговор вступил в законную (?!) силу 1 октября 2018 года по постановлению Советского районного суда Казани. Который не дал никакой оценки ни одному из десятка возражений против обвинительного приговора.

Судья установила также, что, действуя в интересах осуждённого Ларионова, заявитель жалобы потребовал невозможного – обязать районного прокурора к проверке обоснованности обвинительного акта по уголовному делу.

В своём постановлении судья сослалась на внутренний судебный документ. Это п. 3.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 г. N 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ».

Согласно этому документу не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ лишь те действия (бездействие) и решения, проверка законности и обоснованности которых относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего уголовное дело по существу. А лишь в тех случаях, когда жалоба «не содержит предмета обжалования», суд отказывает в её принятии к рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ.

Судья Лукманова посчитала, что моя жалоба не подлежит рассмотрению, поскольку обжалуемые действия связаны с уголовным делом, по которому судом вынесено окончательное, но, как я считаю, неправедное, решение.

Судья утверждает, что жалобы в порядке статьи 125 УПК РФ рассматриваются лишь на досудебной стадии уголовного судопроизводства, в виду чего она решила в принятии к рассмотрению моей жалобы на бездействие прокурора Ново-Савиновского района Казани отказать.

И пояснила, что отказное постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение 10 суток со дня вынесения, что я и намереваюсь сделать.

Посмотрим, однако, что говорится в ст. 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб», которую для краткости привожу эту норму в вольном пересказе.

Постановления прокурора, способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, всё же могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. А обвинительный акт такие признаки определённо содержит.

По результатам рассмотрения жалобы судья обязана признать действия (бездействия) должностного лица незаконным или необоснованным, обязав это лицо устранить допущенное нарушение либо оставить жалобу без удовлетворения. Но рассмотреть эту жалобу судья обязан!

И если бы судья Лукманова изучила обвинительный акт по делу Ларионова, эти самые признаки она увидела бы. Я уже не раз писал о том, что проверку сомнительного обвинительного акта прокуратура проводила неоднократно, в т. ч. трижды – по поручению Генеральной прокуратуры.

Но она как бы не заметила, что в составленном ею процессуальном документе дознаватель Ермошкина привела фальсифицированное доказательство по уголовному делу, что является тяжким преступлением…

Прокуратура посчитала, что доводы об отражении недостоверных сведений в процессуальном документе своего подтверждения не нашли. Ларионов же об этой «недостоверности» в полицию заявил 16 ноября 2018 г. Но она, игнорируя ст. 144 УПК РФ, ответа на заявление Ларионова не дала. А прокуратура отказ инициировать процессуальную проверку заявления Ларионова обосновала инструкцией Генеральной прокуратуры.

Да, инструкция Генпрокуратуры обеспечивает иммунитет должностного лица. Но только в том случае, если, требуя привлечь это лицо к ответственности, заявитель лишь предполагает, что оно совершило преступление.

Ларионов же прямо заявил, что дознаватель Ермошкина фальсифицировала доказательство по уголовному делу, тем самым совершив уголовно-наказуемое деяние, что ей, заметим, сошло с рук…

Прокуратура как бы намекает, что заявление Ларионова о преступлении дознавателя – это ложный донос. Но почему же она не привлекла «лжедоносителя» к ответственности по ст. 306 УК РФ?

Быть может, потому что «ложным доносом» на самом деле является обвинительный акт, посредством которого преступник-в-погонах оклеветал ни в чём не повинного пенсионера?

Так, ужель в России целой не найдётся инстанции, которая, разорвав порочный круг, могла бы реабилитировать 81-летнего пенсионера, вся вина которого заключается в том, что он посмел руководителю региона пожаловаться на федеральную полицию? Которая его не пускала... в туалет.