5272 subscribers

Владимир Серов. Ас, которому придумали подвиг, чтобы прикрыть собственную бездарность.

28k full reads
43k story viewsUnique page visitors
28k read the story to the endThat's 66% of the total page views
6,5 minutes — average reading time

Владимир Серов у своего Ла-5
Владимир Серов у своего Ла-5
Владимир Серов у своего Ла-5

О летчике Владимире Серове написано немного, несмотря на то, что он был самым результативным летчиком-истребителем в ленинградском небе. Он не стал дважды Героем, не вышел в генералы, не написал мемуаров – он погиб 26 июня 1944 года. Даже не успел прикрепить к гимнастерке свою единственную Золотую Звезду. Он также стал единственным советским асом с боевым личным счетом за 30, который погиб в бою (Клубов, Тарасов и Краснов погибли в авиакатастрофах).

Владимир Георгиевич Серов родился 19 июля 1922 года на Кубани. Учился в аэроклубе. В 1941 году призван в РККА. В том же году окончил Краснодарскую венную школу летчиков. В апреле 1942 в звании сержанта направлен в 159 ИАП на Ленинградский фронт. Летал ведомым у майора А.Д. Булаева, в то время уже известного аса. Собственный боевой счет открыл в августе, сбив в группе Bf-109. К концу 1943-го года, по официальным данным, на его счету уже 9 личных и 6 групповых побед. К 5 апреля 1944 года Серов - старший лейтенант, заместитель командира эскадрильи 159 ИАП. Уже 20 сбитых немцев лично и 6 в группе. Представлен к званию Героя Советского Союза. Отправляясь в свой последний боевой вылет, имел на счету уже 38 личных побед – на то время рекордный результат для летчиков Ленинградского фронта и Балтийского флота. А дальше в боевом счете начинается путаница: по официальным данным, в своем последнем бою Серов сбил один «мессер», по полуофициальным – три. Причем одного из них тараном.

На памятном монументе, воздвигнутом в поселке Серово (переименован в честь летчика) в Курортном районе Санкт-Петербурга, указано 47 сбитых самолетов. Такое же количество указано в грамоте, хранящейся в историческом музее города Курганинска, на родине героя. 47 – общее число, минус 6 групповых = 41. Казалось бы, какая разница 41 или 39? Огромная! За этой разницей скрывается чье-то головотяпство и бездарность.

Ла-5 ФН
Ла-5 ФН
Ла-5 ФН

Итак, 26 июня 1944 года четверка Ла-5ФН, ведомая старшим лейтенантом Серовым, в 14.10 вылетела с аэродрома Яппиля в район Выборга для прикрытия наземных войск. Ведомым у командира летел мл. лейтенант Николай Ташлыков. Вторую пару составили мл. лейтенанты Владимир Головачев (ведущий) и Петр Сошин (ведомый). У н.п. Тали завязали бой с четверкой финских «Мессершмиттов». Неожиданно были атакованы еще четырьмя финнами. Ташлыков был сбит, самолет Головачева получил серьезные повреждения. Серову огнем из бортового оружия удалось сбить два «мессера». Третьего сбил тараном. Оба самолета рухнули на землю, но финну – сержанту Нильсу Тронти, удалось выпрыгнуть с парашютом. Он попал в плен. Серов же погиб. Головачев и Сошин вернулись на базу.

Счет 3:2 в нашу пользу. Жаль, конечно, что лучшего аса фронта потеряли, но это был его выбор: «таран – оружие смелых!» Однако летом 44-го таран был уже скорее оружием глупых, врага научились бить как положено – огнем и маневром. Позже версию с тараном перекроили в столкновение на лобовых курсах. С тем же Нильсом Тронти.

Действительно, Тронти был сбит 26 июня и попал в плен. Только это было около 11 часов, за три часа до взлета четверки Серова. Сбит он был в бою с группой из 14-го ГИАП, вероятно, лейтенантом Иваном Скляренко. К «тарану» Серова его подтащили «за уши», в качестве вещдока.

Только кому это было нужно? Полагаю, что командованию 275-й ИАД и 13-й ВА.

10 июня началась Выборгская наступательная операция советских войск в Карелии. За 10 дней Красная армия прошла с боями 120 километров и овладела Выборгом. А вот авиация совершенно не поспевала за пехотой и танками. 13 воздушная армия на тот момент располагала только одной истребительной авиадивизией – 275-й в составе пяти истребительных авиаполков. Из них на карельское направление были ориентированы всего два: 14-й гвардейский и 159-й. Сказалась недооценка финских ВВС. По имеющимся данным, финны под Ленинградом держали не более 40 истребителей устаревших типов. Но вражеские летчики были хорошо подготовлены и имели большой опыт, некоторые дрались со «сталинскими соколами» еще в Зимнюю войну. Оттого потери советских ВВС оказались неожиданно высокими. Два истребительных полка не могли справиться с возложенными на них задачами – прикрытие своих войск и сопровождение ударных самолетов. А финны, осознав катастрофичность ситуации на перешейке, перебросили туда авиационные части с других направлений. Кроме того, запросили помощи у Гитлера. Гитлер откликнулся на просьбу, уже 16 июня в Финляндию были переведены несколько подразделений Люфтваффе. Также были усилены поставки боевой техники для ВВС страны Суоми.

Чем дальше линия фронта отодвигалась от Ленинграда, тем сложнее было действовать советским истребителям. Увеличивалось подлетное время, сокращалось время действия над целью. В оперативном подчинении 13-й ВА находился 2-й Гвардейский ИАК ПВО в составе восьми авиаполков. Истребителей ПВО пришлось подключать к сопровождению бомбардировщиков и штурмовиков. Но их аэродромы находились к Югу и Юго-Западу от Ленинграда, что еще более удлиняло путь. Перебросить же их ближе к месту боев командующий 13-й ВА генерал С.Д. Рыбальченко не решился, т.к. основной задачей ИАК ПВО считалась защита неба над городом.

К 26 июня 14-й ГИАП и 159-й ИАП уже были перебазированы на Запад Карельского перешейка на аэродромы близ поселка Рощино. Но и оттуда до линии фронта было километров 65. 22 июня к ним присоединился еще один полк 275 дивизии – 196-й. Он сел на аэродром у д. Бабошино, что было уже километрах в 35 от линии фронта. Но по какой-то причине полк до 28 июня боевой работы не вел. 14-й гвардейский и 159-й по-прежнему оставались главными «рабочими лошадками» воздушной войны. И уже успели хорошенько «просесть» в личном составе. Например, в 159-м погибли ветераны полка капитаны Богатырев и Вершинин, участники боев еще лета 1941 года. Получил тяжелое ранение, от которого через год скончался, один из самых уважаемых летчиков фронта Герой Советского Союза капитан Петр Лихолетов.

Ла-5ФН Петра Лихолетова.
Ла-5ФН Петра Лихолетова.
Ла-5ФН Петра Лихолетова.

Тем не менее, никто поставленных задач полкам не отменял – они по-прежнему летали на прикрытие войск и сопровождение. Как могли. В составе групп прикрытия и сопровождения было, как правило, не больше шести, а чаще вообще по четыре самолета. Противник же нападал, имея численное преимущество, – тут бы самим отбиться как-нибудь.

По официальной версии, четверка Серова вылетела в 14.10 по сигналу с КП дивизии на перехват вражеских бомбардировщиков, идущих бомбить переправу у Тали. Но в 14.00 финны (это были 11 «Бленхеймов») уже отбомбились – слава Богу, не попали. Ни о каком перехвате уже речи быть не могло. Скорее всего, это был «дежурный» вылет на прикрытие своих войск. Минут через 15 звено Серова уже было над линией фронта. 11 финских бомбовозов в том вылете сопровождали 13 финских Bf-109G-6. Чуть проводив обратно «Бленхеймы», истребители вернулись к линии фронта в надежде чем-нибудь поживиться. Кроме них в это время в воздухе находились и другие финские истребители. Кто из всей этой своры атаковал нашу четверку, установить очень сложно, т.к. финские летчики «настреляли» в том бою целую кучу Ла-5, Як-9, «Аэрокобр» и даже «Мустанг»! Никаких «Кобр» над линией фронта в то время не было, «Мустанги» вообще не принимали участие в боевых действиях. Все Як-9, которые могли в то время там находиться, вернулись на базу. На уничтожение Ла-5 претендовали также и немцы.

Из нашей четверки домой вернулись, как уже говорилось, мл. лейтенанты Сошин и Головачев. Сошин, прикрывая Головачева в самом начале боя, вел огонь по «мессеру», но безрезультатно ушел из-под атаки в облака – погода была очень облачной. Потом не смог отыскать ни своих, ни чужих. О бое ничего рассказать не смог. Головачев сообщил, что Ташлыков оторвался от группы, что с ним стало – неизвестно. Серов, со слов Головачева, поджег один «мессер». Затем они были атакованы еще парой «стодевятых». Серов увернулся, а машина Головачева получила серьезные повреждения. Ему пришлось выйти из боя. О судьбе командира больше ему ничего неизвестно.

Обломки машины Серова, а в них и тело были обнаружены на нашей территории. Сбитый «мессер» ему записан со слов Головачева. Финская сторона за собой потерь в боях не признает. С земли видели, что из какого-то горящего самолета летчик выбросился с парашютом, но ветер отнес его на вражескую территорию. Решили, что это был Ташлыков. Но в 2007 году поисковики подняли со дна озера Смирновское искореженный Ла-5ФН. Это был самолет Ташлыкова. Останки летчика были в нем. Значит, это не Ташлыков покинул горящую машину. Тогда кто? 26 июня 1944 года финский летчик Рейно Валли при посадке из-за бокового ветра вдребезги разбил свой «мессершмитт». Сам не пострадал. Может, так финны решили скрыть боевую потерю (и немцы, и финны так часто делали)? Может, это Валли болтался под куполом? Еще в тот день сильно поврежденную машину посадил Пентти Палм. Не по нему ли «безрезультатно» стрелял Сошин?

Не было трех сбитых Серовым «мессеров» в том бою. Не было ни тарана, ни столкновения. Просто он остался один, а их было много. Он сумел сбить одного и погиб. А история эта выдумана, чтобы снять с себя ответственность за неумелое руководство ВВС фронта, за гибель замечательных летчиков. За потери, которых можно было избежать. Всего за июнь месяц 13-я ВА и 2-й ГИАК ПВО потеряли в боях на Карельском перешейке 167 самолетов. Также большие потери понесли ВВС КБФ. Вот тебе и финны!

Еще можно добавить, что через три дня, 29 июня 1944 года там же, под Выборгом, погиб самый результативный летчик 14 ГИАП Герой Советского Союза капитан Зеленов Николай Андрианович. По официальной версии, проводил учебный бой с молодым летчиком, сорвался в штопор и разбился. Похоже на правду? Всего же 14 ГИАП на перешейке потерял 29 самолетов и 19 летчиков.

Фото из открытых источников