Это чиновники придумали истину – спасение утопающих – дело рук самих утопающих

В Сибири катастрофа. Имею в виду наводнение. Картина, которую можно увидеть на роликах, размещенных в интернете, просто жуткая. Мне, автору этих строчек, в 2014 году пришлось пережить подобное. Правда, масштабы были поменьше, да и никакая ГЭСС у нас своей роли не сыграла. Но все же, общего с тем, что происходит сейчас, хватало.

Вначале топило в горах. Тогда, в конце мая, в верховьях горных рек (горы Алтайские) выпала двухмесячная норма дождя за неделю. Плюс на высотах, выше трех тысяч метров, появилось аномальное тепло. Снег, которых должен таять месяц, растаял за несколько дней. Реки в течение нескольких часов затопили населенные пункты.

У нас топить начало 31 мая. О том, что сверху идет большая вода, местному руководству было известно. Знали об этом и в руководстве региона. Но жителей не предупредили. Я потом с нашим начальником ГО ЧС разговаривал. Он сказал, что людей не хотели пугать.

Главное для местной власти при любой скверной ситуации – чтоб вышестоящее начальство ничего не узнало. Дошло до такой степени, что когда люди уже сидели на крышах, с которых их снимали местные добровольцы на лодках, местная высшая власть рапортовала: «Справимся своими силами»!

Что касается «справимся», то вот пример. Уровень воды достиг критической отметки. По данным водомерного поста, находящегося выше по течению, за двенадцать часов уровень воды поднялся на восемьдесят сантиметров. От того поста до нас вода доходит за шесть часов. Из-за обилия островов, которые уже скрыты водой, река Обь у нас на тридцать процентов шире. Но после того поста в нее впадают две небольшие, так же переполненные водой реки. Любой нормальный человек догадается, что у нас уровень поднимется примерно еще на семьдесят сантиметров.

На водомерных постах, находящихся на реках Катуни и Бии (Обь из них получается) отмечается подъем уровня воды. То есть, семьдесят сантиметров для нас – не предел.

Что сделает в таком случае нормальный человек? Разумеется, начнет эвакуацию. Но чиновники имеют отличительные особенности. Поэтому они, используя тяжелую технику, продолжали засыпать глиной места, где Обь прорывалась на территорию населенного пункта.

В ночь на первое июня процентов семьдесят территории оказалась под водой. К концу дня затопило почти на сто процентов. Осталось несколько маленьких островков. Помощи не было. Эвакуацией занимались местные добровольцы. Некоторые из них даже свои лодочные моторы повредили. Однако в краевой центр чиновники сообщали, что все под контролем.

Так продолжалось до тех пор, пока в интернете не появились несколько видео с комментариями с места событий. Лишь после этого здесь появились спасатели. Вначале приехали алтайские. К тому времени вода из населенных пунктов в горах уже ушла. Так что спасателей, работавших в горах, перебросили в предгорную зону.

Спасателей, прибывших на место катастрофы, было много. Лодка у них была только одна. За несколько дней до этого еще три имевшихся у них лодки в горах были изорваны. То есть, большая часть спасателей работать не могла.

Небольшое уточнение. Надувные лодки ПФХ делают в краевом центре, в городе Барнауле. Время полета вертолета до Барнаульского аэропорта – примерно час. Еще столько потребовалось бы, чтобы доставить новые лодки с завода в аэропорт и загрузить их в вертолет. Почему это не сделали? Может быть, кто-нибудь придумает ответ.

На следующий день прилетел губернатор Карлин. Не буду оценивать его действия. Может быть, он все делал правильно, может быть, не правильно. Дело не в этом.

Вертолет с губернатором приземлился на крошечном островке. Отсюда его повезли на КамАЗе к зданию администрации. Местами вода доходила до пола кабины. Губернатор знал, куда он едет. Он был в болотных сапогах и прочим обмундировании. Примерно так подготовилась к поездке его свита и телевизионщики. Все они находились в кузове грузовика.

Машина подошла к крыльцу здания администрации. Крыльцо не заливало, воды там было на улице меньше полметра. На большим крыльце высокого гостя встречал глава района и его первый зам. Оба к встрече подготовились основательно. Были в приличных костюмах, галстуках и, как потом выразился губернатор, «в штиблетах».

Я не знаю, что бы сделал с этой парочкой в такой ситуации тот же Сталин, или Петр 1. Кстати, Петр, как известно, во время наводнения в Санкт-Петербурге сам на большой шлюпке людей спасал. К сожалению, губернатор не имел полномочий рубить головы или отправлять в лапы НКВД. Он всего лишь обратился к телевизионщикам, потребовав выключить камеры, и высказался (русский язык, как выяснилось, Карлин знал прекрасно).

К сожалению, о всех подробностях рассказать невозможно. К тому времени, когда сюда прибыл губернатор, здесь уже орудовали спасатели из Красноярска и Москвы. Но! Процентов 60 – 70 терпящих бедствие вывели местные добровольцы на своих лодках. Некоторые спасли более чем по 200 человек. Утонули двое. Чиновники умудрились выкрутиться. Все списали на то, что они оказались пьяными. Получается, что если бы женщина не была «под мухой», то она, бредя по колено в воде по кухне своей квартиры, смогла бы увидеть, что крышка люка, закрывающая подполье куда-то уплыла, и, свалившись в подполье, сумела бы выбраться из него?

Еще пример чиновничьей деятельности. На третий день после затопления в одном из домов случайно обнаружили старушку. Уровень воды в доме был примерно метровый. Старушка поставила стул на стол, и все это время сидела на этом стуле. У нее была с собой только булка хлеба. Ноги были в резиновых сапогах. К счастью, вода не успела подняться так, чтобы залить их.