дома нескучно
Как весело и с пользой пережить самоизоляцию

Чебурек. (Рассказы Синей чашки)

26 July 2019
Иллюстрация: Алёна Наливкина
Иллюстрация: Алёна Наливкина

На террасе модного ресторана кроме их съемочной группы уже никого не было. Резко пахло ядовитыми цветами, разлитым вином, табаком. Борис есть не мог, тошнило, снова рези в животе. Налил водки - хуже не будет. Когда кому-то за столом принесли раскаленные, радостные полукружья, вздувшиеся по всей поверхности хрустящими, мелкими пузырями, Борис неожиданно вспомнил, как мама купила Синюю.

***

Магазин сиял - переливался. Больше всего его поразила тетенька, которая стояла на кассе и карандашиком болтала в каждой чашечке, мисочке, вызывая негромкий, приятный звон. Вот это работа! А вдруг она что-нибудь разобьет? Ее ругают за это? Мама дернула за рукав, потянула дальше, проходили мимо витрины с фарфоровыми зверями, он резко остановился.

Если родители не ссорились, то по выходным выдвигались в заснеженные Сокольники и там, возле пруда, кормили синиц. Нужно вытянуть руку далеко-далеко, держать на открытой ладони матово-черные семечки, и вот легонькая синица фырх-фырх сидит на ладони. Он думает, если быстро руку сжать, успеет — не успеет поймать? Попробовал, нет, улетела. Потом долго шли по аллее, туда, где звучала музыка. Он очень волновался, вдруг, в этот раз, папа купит ему чебурек. Это была мечта. Чебурек он ел один раз в жизни и сразу навечно занёс его в короткий список обожаемой еды. Вот только папа, обычно на всё согласный, в отношении чебуреков строг, гастрит — не шутки, нечего так жалобно глядеть. Они уже почти прошли нужный павильон, он выворачивал голову, провожал взглядом, не слыша, да он и не хотел этого слышать, знать, о чём там, наверху говорили родители. Мама вдруг развернулась, толкнула дверь, щеки обдало теплом. Она принесла на на промасленной, гнущейся тарелочке две штуки. Чебурек обжигал пальцы, обжигал душу неожиданный счастьем.

- Себе жизнь поганишь и ему давай. Сейчас обострение наест, кто с ним по врачам бегать будет? Этот твой?

Мама молча смотрела в сторону. Он торопливо откусывал от чебурека, боясь что она передумает, отберёт. Но она никогда не меняла своих решения, ни в молодости, ни потом.

***

Вдвоём в Сокольники они не ходили. И сейчас ему захотелось хотя бы ту, облитую лаковой глазурью синичку. Он стеснялся попросить просто стоял и стоял столбом у витрины. Не сдвинуть. Папа бы понял. Папа бы купил. Может ещё купит. Он обернулся, мама со свободным, облегченным видом повертела, взвесила в руке, понесла к кассе только одну синюю чашку.