Непианисты джаза

5 September

В середине шестидесятых музыкальный гений Орнетта Коулмена позволил не только посадить за ударную установку десятилетнего сына, но и самому выступить на до того мягко говоря нехарактерных для маэстро инструментах - скрипке и трубе. Запись как легко догадаться была встречена полярными мнениями, однако сегодня очевидно - талант Орнетта не мог позволить ему записать плохую пластинку. Поверил в него тогда, надо сказать, далеко не последний лейбл в мире джаза - Blue Note.

Орнетт Коулмен со скрипкой
Орнетт Коулмен со скрипкой

Под эксперименты с новыми для себя инструментами Орнетт даже подогнал солидную философскую музыкальную теорию, согласно которой музыкант имеющий опыт на одном инструменте переносит его на незнакомый инструмент таким образом, что свежесть подхода, аппликатуры, звукоизвлечения дает возможность получить совершенно новое понимание возможностей инструмента и добиться прежде неслыханного звучания.

Майлз Дэвис играет на гитаре
Майлз Дэвис играет на гитаре

Впрочем, по понятным причинам большинство музыкантов на подобные непредсказуемые шаги не отваживалось - даже другой музыкальный гений Майлз Дэвис, как следует из фотографии, перебирал аккорды на шестиструнной вне большой сцены.

Куда легче обстояло дело с фортепиано - каждый второй уважающий себя джазовый музыкант в свободное от работы время (а то и параллельно) на основе привычных гармоний стандартов сочинял темы, очевидно пользуясь в первую очередь инструментом с черно-белыми клавишами. Тут опять же уместно вспомнить Орнетта, который на своем прослушивании у босса лейбла Contemporary на просьбу наиграть на фортепиано что-нибудь из авторских мелодий ответил отказом. Оказалось, что будущий создатель фри-джаза сочинял исключительно на родном пластиковом саксофоне - подобный подход во многом объясняет специфику его фирменных композиций.

О да! Мингус

Устроив на стыке 1950-1960 годов серию безусловных шедевров один из немногих истинных композиторов джаза контрабасист Чарльз Мингус наконец зажил достойной его характера размашистой жизнью. В 61-м году он отметился не только записью Oh Yeah!, но и покупкой лимузина, поездкой в Англию, где лишь несколько недель спустя узнал, что фунт дороже доллара в два с половиной раза, купил новый немецкий бас, спустив тем же вечером в одном из ночных клубов половину его стоимости.

Charles Mingus - Oh Yeah! (Atlantic, 1962)
Charles Mingus - Oh Yeah! (Atlantic, 1962)

По возвращению в США он получил от знаменитого менеджера Джо Глейзера (в том числе ответственного за успехи и соответственно часть финансов Луи Армстронга) предложение о работе с оплатой в 1000$ в неделю. Той же осенью он познакомился с другим крайне эксцентричным героем джаза Роландом Керком, которого нежно называл 'мой Франкенштейн'. Парочка разделяла любовь к безразмерным пальто и плащам с необычайным количеством карманов - если для Керка по всей видимости одежда составляла часть уникального стиля, то для Мингуса имела и чисто функциональное значение, учитывая его привычку набивать карманы наличными.

Мингус за фортепиано
Мингус за фортепиано

Рассматривая возможность подписания контракта с недавно созданным лейблом Фрэнка Синатры Reprise Мингус записал свою последнюю (не считая возвращения в 70-х) пластинку для лейбла Atlantic, получившую название Oh Yeah!. Тех, кто имел возможность посещать концерты Чарльза запись могла и не удивить - на живых выступлениях контрабас вполне успешно был отдан на растерзание Дугу Уоткинсу и Генри Граймзу, сам же Мингус восседал за фортепиано. Для остальных же альбом оказался настоящим откровением - мало того, что на нескольких номерах Мингус пел, рычал и стонал, устраивая госпелы и блюзы единственным возможным для него образом, насыщая их не только животной энергетикой, но и фарсовыми текстами и названиями, так еще и полностью забросил свой родной инструмент.

За фортепиано, впрочем, Мингус оказался ничуть не менее хорош - его ритмические акценты, драйв остаются на месте, а инструмент словно дает ему возможность сконцентрироваться на вокале. Химия же с Керком столь очевидна и плодотворна, что Oh Yeah! вне всяких сомнений становится в ровный ряд шедевров гениального контрабасиста

Charles Mingus - Plays Piano (Impulse!, 1963)
Charles Mingus - Plays Piano (Impulse!, 1963)

Свой взгляд на то, как должно звучать фортепиано Чарльз продолжал навязывать своим музыкантам - так происходило и на одной из самых известных его записей The Black Saint And The Sinner Lady, где место за инструментом по большей части занимал Джеки Байрд, в свою очередь очень яркий и самобытный исполнитель и композитор. Во время сессий Мингус, испытывая большое уважение к таланту пианиста, все же не мог несколько раз не указать как следует исполнить тот или иной кусок, а в некоторых случаях и вовсе играл сам.

Несмотря на то, что однажды ответственный за выпуски лейбла Impulse! Боб Тиль обнаружил прикрепленную ножом к его стулу рукотворную записку Мингуса о недоплаченном ему авансе, продюсер всячески поддерживал и вступался за артиста перед начальством. Не воспротивился он и идее контрабасиста о записи сольного фортепианного альбома - как ни удивительно именно эта запись стала одной из самых непростых для Мингуса, несмотря на то, что наконец все свои мысли он мог выразить сам и за несомненно позволяющим это инструментом.

Естественно столь яркие записи имели за собой с два десятка лет занятий за фортепиано - случаев, где Мингус меняет свой традиционный инструмент на клавиши хватает и в пятидесятых. Достаточно вспомнить дуэтную запись с пианистом Сполдингом Гивенсом (он же Нади Камар), сделанную для его собственного лейбла Debut еще в далеком 51-м году, на которой Мингус берет Yesterdays в соло-формате или пластинку Майлза Дэвиса известную, как Blue Haze, на которой контрабасист меняет за инструментом лидера MJQ Джона Льюиса, отправившегося решать свои неотложные личные дела.

Клавишные упражнения Мингуса не просто блажь и уж точно не попытка преподнести себя в качестве яркого пианиста - как показывают две упомянутых пластинки его фортепианный стиль не только позволяет устраивать фирменные безбашенные номера, но и раскрывает его с другой, чувственно-сентиментальной стороны.

Ночные огни Маллигана и охотники за слоновой костью

Как гласит легенда в начале пятидесятых баритон-саксофонист Джерри Маллиган проводил свободные от своей работы в оркестре Стэна Кентона вечера в небольшом голливудском клубе Haig. Влияние заведения на историю джаза сложно переоценить - после того, как в течение продолжительного времени в клубе выступал пианист Эрролл Гарнер было принято решение взять на работу трио вибрафониста Реда Норво. От рояля можно было отказаться, ведь группа состояла из гитариста Тэла Фарлоу, все того же Чарльза Мингуса с контрабасом и собственно Норво.

Джерри Маллиган в Нидерландах, 1960 год
Джерри Маллиган в Нидерландах, 1960 год

Все музыканты выступавшие в Haig (а речь про гитариста Лауриндо Алмейду, саксофонистов Бада Шенка и Орнетта Коулмена, трубача Шорти Роджерса) впоследствии учредили свои бесфортепианные коллективы, каждый из которых совершил разного масштаба революции в музыкальном жанре. Первым же и возможно ярче всех заявил о себе квартет Джерри Маллигана - Чета Бейкера - записи лета 52-го года отправились прямиком на только что созданный лейбл Pacific Jazz, где и имели значительный успех.

Следующим летом Джерри был арестован за хранение наркотиков и шесть месяцев провел вне музыкальной сцены Лос-Анджелеса. Его коллега Чет Бейкер не терял времени даром и успел отметиться первыми вокальными пластинками и организовать собственный, традиционный квартет с фортепиано. Расправившись со своим сроком Джерри было предложил возобновить музыкальные отношения, однако очевидно не мог предложить финансовых условий, в полной мере устраивавших трубача.

Маллиган же продолжал настаивать на идее квартета без фортепиано и собрал новый состав, где ключевую роль играл исполнитель на вентильном тромбоне Боб Брукмайер. По иронии, он как и Маллиган был очень приличным пианистом, поэтому на некоторых квартетных записях понять кто сидит за фортепиано можно только по звучащему на переднем плане духовом инструменте. В качестве достойного примера подходит соответствующим образом названная композиция с пластинки 62-го года для лейбла Verve, где за клавишами расположился как раз Брукмайер.

Он же неоднократно заявлял о своих фортепианных способностях на своих сольных пластинках, однако наиболее запоминающимся образом сделал это спустя пару недель после первой сессии, подарившей миру самый известный джазовый альбом Kind Of Blue. Его напарником по пластинке стал пианист Билл Эванс, ответственный за почти все фортепианные звуки на главной джазовой записи - не забыв про высочайшего уровня контрабасиста и барабанщика пианисты устроили необычный квартет с двумя клавишными инструментами.

По вполне понятным причинам мнения критиков относительно пластинки разделились - некоторые находили прелесть во взаимодействии двух белых пианистов, другие сетовали на то, что Брукмайер занимается не своим делом и пытается поразить своего слушателя будто бы яркой техникой. Как бы там ни было альбом, приправленный небанальным оформлением, занял свое место в истории джаза.

Что же до Маллигана, то его фортепианные вставки может быть не столь многочисленны, зато не менее значительны. Стоит вспомнить хотя бы открывающую пластинку 63-го года Night Lights одноименную композицию - именно несколько вступительных нот на фортепиано вкупе с щетками барабанщика Дейва Бейли задают неповторимую атмосферу всего альбома, безупречно сочетающуюся с оформлением пластинки.

Упомянуть можно и Theme For Jobim, записанную к альбому середины шестидесятых Butterfly With Hiccups и Piano Blues с первого LP, выпущенного на Pacific Jazz, где Маллиган на белом блюзе аккомпанирует выбранному для концертного выступления трубачу Джон Эрдли.

Дудлы Арчи Шеппа

Будучи участником множества бесфортепианных авангардных коллективов тенор-саксофонист Арчи Шепп начинал все же в казалось бы классическом саксофонном квартете с одной, правда существенной, поправкой - за роялем в этом составе сидел ни много ни мало отец-основатель фортепианного авангардного звучания Сесил Тейлор. Влияние, которое оказал Тейлор на молодого музыканта несомненно - достаточно поставить заглавную композицию с альбома On This Night середины шестидесятых - на ней Шепп взяв в помощницы академическое сопрано Кристину Спенсер выдает нечто в духе классиков авангарда 20-го века.

Как вспоминает сам маэстро его первая работа за деньги случилась как раз благодаря его пусть и скудному, но знанию клавишного инструмента - другой легендарный юноша из Филадельфии трубач Ли Морган искал пианиста на образовавшийся джазовый вечер. Сам Шепп признается, что на момент знакомства с Ли мало чего знал про джазовые гармонии и мог исполнять только блюзы. Чего, впрочем, оказалось достаточно, чтобы завоевать расположение трубача.

На своих пластинках Шепп неоднократно оказывался за фортепиано, правда, преимущественно лишь задавая яркую, запоминающуюся тему, убедившись же, что музыканты ее уверенно и со вкусом поддерживают обращался к своему главному инструменту. С подобной темой пробрался он и на запись к своему коллеге по лейблу Impulse! барабанщику Чико Хамильтону, блестяще разбавив гитарно-ориентированные замыслы группы.

Случилась у Шеппа и целиком фортепианная запись, правда выпущена она была лишь спустя 7 лет первым номером лейбла Inner City. В полном соответствии с названием пластинки Шепп выдает зарисовки на тот или иной всплывающий у него в голове стандарт. Бонусом смачный звук контрабаса Боба Рейда и редкие вставки трубача Алана Шортера.

Фортепиано Шеппа никоим образом не похоже на, скажем, размышления Мингуса - вышеприведенная Worried About You кратко утверждает те гипнотические темы, которые ложатся в основу двадцатиминутных медитативных записей саксофониста, характерных для него образца конца шестидесятых. Подозрительным образом два аккорда, скажем, на Yasmina, A Black Woman умудряются не только не надоедать на протяжении значительного времени, но и производить желаемый эффект.

А что же Майлз?

Ни одна хоть сколько-нибудь приличная статья про джаз не должна обходиться без ответственного за 90% жанровых изменений в джазе музыканта, поэтому вспомним три фотографии, на которых Майлз учит лучших джазовых пианистов играть на фортепиано.

Майлз и Ред Гарланд
Майлз и Ред Гарланд
Майлз и Билл Эванс (Пол Чемберс с контрабасом)
Майлз и Ред Гарланд
Майлз и Хорас Силвер
Майлз и Ред Гарланд

А играл он примерно вот так. Запись попала на пластинку Сонни Роллинза, хотя первоначально планировалась к выпуску в рамках одного их альбомов Майлза на Prestige