Адская измена

 
 

«Было уже далеко за полночь. Небо украшало бесчисленное множество мерцающих звёзд, а над вершинами высоких елей величественно расположился трон царицы ночей – полной Луны.
    К этому времени, я прополз уже почти половину кладбища и, наконец, из-за кустов увидел свою жену, метрах в шести от себя, совершенно нагую, танцующую какой-то медленный танец на одной из могильных плит, и при этом, не испытывающую ни малейшего чувства стыда или неловкости.
    В свете ярко пылающего костра, разложенного неподалеку, её обнаженное тело выглядело настолько привлекательно, что даже я какое-то время не мог оторвать от него своих глаз. И именно поэтому, я не сразу увидел, что находилось в темноте, за её спиной, и кто был причиной всей этой адской вакханалии.
    Глаза жены были закрыты, распущенные волосы ласкали ее плечи, руками она нежно гладила свою талию, а ее губы сошлись в блаженной улыбке.
    Вдруг, ее торс откуда-то сзади обхватили две могучие руки, покрытые густыми чёрными волосами. Они стали бессовестно «разгуливать» по телу, касаться всех его интимных мест, и оставлять на них грязные полосы.
    А затем, из-за спины жены показалось чьё-то лицо… Хотя, нет, это было даже не лицо, а невероятно уродливая физиономия, больше похожая на морду козла. Изо рта этого монстра вырывались на свет жуткие звуки, вызванные наслаждением, которое он испытывал от прикосновений к моей женщине. Черный, слюнявый язык похотливо свисал с отвратительной пасти, то и дело, касаясь ее шеи.
    При виде этого зрелища меня вырвало, и я испытал дикий ужас, которого не испытывал раньше никогда и ни где. Меня сильно затрясло, ноги подкосились, и я в изнеможении опустился на четвереньки.
    «Боже милостивый! – подумал тогда я, не веря своим глазам, – Что это ещё за чудище? Неужели мои ожидания оправдались, и сам князь тьмы покушается теперь на мою возлюбленную?»
    Затем я услышал сдавленный бесноватый хохот, словно смеялось сразу несколько человек. Но когда я снова выглянул из-за кустов, то увидел, что это были не люди, а… черти. Да, это были самые настоящие черти, со свинячьими рылами, рогами на головах, все чёрные и ужасно тощие. Их было больше дюжины. Они выплясывали вокруг «милующейся» пары какой-то ритуальный танец, и иногда выкрикивали заклятия на неведомом мне языке.
    Потом я услышал громкий волчий вой. Он звучал со всех сторон, и казалось, что животных было не меньше сотни…»

    (Михэй Нице, «Исповедь Валахии», часть I: «История Григора Ливиану»)

Ты говоришь: "Спать чудно с сатаной!",
Но я поспорю, милая, с тобой...

Мы жили в деревне до боли глухой,
Мы муж и жена, и бывало порой
С тобой
поругаемся мы.
И как-то однажды, под сферой ночной
Побил я тебя, не пришла ты домой,
Совсем
не вернулась из тьмы.
Искал я тебя, пока не рассвело,
Все хаты излазил, исшарил село –
Везде
лишь одна темнота.
И лишь с петухами зайдя на погост,
Увидел тебя на кресте во весь рост
Ногой,
как Распятие Христа.

Домой я принёс тебя, раны промыл,
Вином напоил и в кровать уложил,
И был
в это утро я мил.
Весь день ты лежала ослабевшей, немой,
И что за беда приключилась с тобой
Сказать
твоих не было сил.
Но в полночь опять ты покинула дом,
И вновь на погосте за нашим селом,
Всю ночь
я за тем наблюдал,
Как ты на могиле при полной Луне
Сполна отдавалась самому сатане.
Князь тьмы
тебя жадно ласкал.

Под светом Луны, на могильной плите
Имел тебя дьявол в окружении чертей,
И те
танцевали вокруг.
ВолкИ создавали здесь дьявольский фон,
И трупы под этот бесячий музон
С могил
повылазили вдруг.
Князь мрака, «наевшись» в кайф телом твоим,
К кресту привязав, тебя отдал другим.
Твой стон
заглушали волкИ.
А я, наблюдав, не заметил тот миг,
Как вдруг носферату открыли мой лик –
На мне
их сомкнулись клыки.

НАДПИСЬ НА МОГИЛЬНОЙ ПЛИТЕ

«Моей единственной возлюбленной Сорине:

Я вижу с неба всё и вся, малыш любимый, милый.
Я вижу, как ты сейчас стоишь перед моей могилой.
Ты просишь у меня теперь за все грехи прощения,
Но твой поступок – это лишь от Бога отречение!
Ты отомстить хотела мне, я это понимаю,
И лично я тебя, Сорин, за всё это прощаю!
Но я не Бог, не всемогущ, и ты прекрасно знаешь
С каким чудовищным ты злом ночами согрешаешь!
Пред Господом в ответе ты за эти злодеяния!
Не думаю я, что тебе помогут покаяния.
Твоя измена лишь сулит тебе в «низы» дорогу,
Ведь изменила ты не мне, а, несомненно, Богу!»

    Григор Ливиану (1746-1774 г.г.)»

© Алексей Доцент, 2019