ПОЧЕМУ БЕЛОРУСЫ МОЛЧАТ ПЕСНИ ЦОЯ?

14 August
ПОЧЕМУ БЕЛОРУСЫ МОЛЧАТ ПЕСНИ ЦОЯ?

Хотя все дальше от нас день трагической гибели Виктора Цоя, но его песни не поддаются разрушительному действию времени, не теряют невероятной яркости и накала. Они не поддаются анализу и препарированию «литературоведами» всех мастей, так же, как кошка не поддается дрессировке, а главное, они и сегодня поразительно свежи и актуальны, будто написаны только что. Слишком многое в них продиктовано внутренней свободой и горькой бунтарской судьбой, чтобы пылиться на музейных полках в качестве «документов эпохи».

Сам Виктор говорил, что «музыка не должна призывать громить Зимний дворец», что музыку нужно просто слушать, и все же эта музыка вырвалась из квартир и концертных залов, чтобы стать во главе революционных движений. Так случилось с песней «Перемен», которая звучит в культовом фильме 80-х «Асса».

Она совсем не задумывалась как революционная, не звала на баррикады, напротив – ключевые слова в ней были «И вдруг нам становится страшно что-то менять...», о том, как трудно сделать шаг навстречу неведомому, даже если ты его жаждешь всей душой и «пульсацией вен»...

Однако, вырвавшись из рук автора на волю, словно почтовый голубь, песня полетела по не предназначенному ей адресу. И стала настоящим революционным гимном – со времени путча в России 1991 года (защитники Белого дома пели ее на баррикадах) до нынешних событий в Белоруссии.

«Вечером в четверг в Киевском сквере в Минске проходил праздник, на который пришли сторонники оппозиции. Они собирались провести флешмоб, одновременно подняв руки с белыми ленточками. В этот момент два звукорежиссера, проводившие праздник, включили песню «Перемен!» Виктора Цоя. За это им дали десять суток ареста, признав виновными в мелком хулиганстве и неповиновении. Белорусы собрали для них в качестве помощи около 25 тысяч долларов».

Такое сообщение недавно пронеслось по страницам СМИ. Неудивительно: дело в том, что на песню «Перемен!» в Белоруссии наложен строжайший запрет с 2011 года. Она не крутится ни на одной радиостанции, ее исполнение приравнивается к акту экстремизма, то есть фактически к совершению теракта...

«Власти Белоруссии внесли в черный список музыкальных произведений композицию Виктора Цоя «Перемен», воспроизведение песни запрещено в эфире радиостанций. Это связано с возросшей популярностью композиции, которую в течение последнего месяца стали гораздо чаще просить поставить в эфир радиослушатели», – писал тогда портал «Новый репортер». До сих пор на рабочем столе каждого радиоведущего висит распечатка запрещенных для произнесения в эфире слов.

«Вместо тепла зелень стекла, вместо огня дым. Из сетки календаря выхвачен день...» Красиво звучит, поэтично. Что в этих словах такого ниспровергающего, скажете? Здесь что, про Лукашенко написано? Почему, за что их в черный список?

За то, что несут в себе мощнейший импульс свободы. Если споет это один человек – прозвучит как лирика. А если миллионы – прозвучит как протестный лозунг. Такая энергетика у этих слов, что власти боятся. И поэтому запрещают. От страха.

Но тем не менее: «В Минске продолжаются протесты после выборов президента страны. Несколько десятков водителей остановили свои автомобили и включили песню группы "Кино" "Перемен!" на одной из дорог столицы Белоруссии. Остальные поддержали их звуковыми сигналами» - это цитата из другой белорусской газеты.

И кстати, в том самом 11-м году в одной из газет промелькнуло сообщение: люди сидели в автомобилях и молчали песню «Перемен». Нельзя исполнять вслух, громко – но петь про себя никто не сможет запретить. За мысли никто не сможет арестовать.

В истории такое было всего один раз: в Греции, во времена «черных полковников», греки точно так же «молчали» песни композитора-революционера Микиса Теодоракиса, который много лет сидел в тюрьмах и подвергался издевательствам. Приходили в определенные таверны по цепочке, садились и молчали. Шпики и полицейские наверняка не догадывались – почему эти чудаки сидят за столиками молча? Кто знает, о чем они думают? Теперь история повторяется в Белоруссии.

Виктора Цоя нет уже 30 лет, а прожил он всего 28... Мальчишка по нынешним временам. Всего на год старше Лермонтова. Мы не знаем, что бы он еще написал и сколько. Оставил горстку песен, на собрание сочинений и то не наберется... Но если их боятся сатрапы, а люди поют их вопреки опасностям, рискуя жизнью, – то они бесценны.

ПОЧЕМУ БЕЛОРУСЫ МОЛЧАТ ПЕСНИ ЦОЯ?