Электрикос всех армян

а он входил в комнату, которую занимал наш отдел, мы впадали в ступор. Шумный, энергичный, напористый, веселый, остроумный - энергия, которая исходила от него, казалось заполняла все пространство на много метров вокруг. Любой, находившийся рядом с ним, чувствовал себя крохотной песчинкой на фоне горы. Он был глыбой, скалой, гигантом. В прямом и переносном смысле.

21 июля исполнится 114 лет со дня рождения Андраника Гевондовича Иосифяна. Крупнейшего советского учёного в области электротехники, основателя советской школы электромеханики, одного из основоположников советского ракетостроения и космонавтики, академика АН Армянской ССР, доктора технических наук, профессора, Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской, Сталинской и Государственной премий СССР, заслуженного деятеля науки и техники Армянской ССР и техники РСФСР. В истории советской науки он навсегда останется основателем и первым директором ВНИИ электромеханики и главным конструктором спутников серии «Метеор».

Сергей Королев называл его «главным электриком всех ракет», а Михаил Янгель – «электрикосом всех армян». О научных заслугах Андраника Гевондовича писано-переписано много. Трудно назвать мало-мальски крупный советский проект, в котором не был бы задействован этот легендарный ученый. А если не он, то его ученики – точно. Баллистические ракеты, атомные электростанции, атомные ледоколы, первые искусственные спутники Земли и космические аппараты для гидрометеорологических исследований, первый полет человека в космос, кибернетика, электронно-вычислительная техника и другие достижения были реализованы при его активном участии.

Но главное его наследство – ВНИИЭМ. Институт созданный в 1941-м году из завода электроверётен, а сегодня - гордость отечественной науки. Точнее, сначала был завод № 627, но именно благодаря научному и организаторскому таланту Иосифяна на этом заводе впервые в СССР параллельно с производством была развернута серьезная научная и проектно-конструкторская работа, что в итоге вылилось в преобразование в 1944 году завода в НИИ. А в 59-м НИИ получил свое нынешнее название «Всесоюзный научно-исследовательский институт электромеханики» - ВНИИЭМ.

Андраник Гевондович был не только гениальным ученым, но и ярким, интересным человеком, зачастую своими высказываниями или поступками идущим наперекор общественному «болоту». И всю жизнь ему сопутствовали легенды и байки. Говорят, два гиганта армянской науки - Иосифян и астрофизик Виктор Амбарцумян - относились друг к другу с прохладцей. И такие отношения тянулись еще с довоенного времени, когда два молодых кавказца ухаживали за одной и той же девушкой, пытаясь добиться её благорасположения. В итоге, девушка предпочла более яркого и экспрессивного Андраника, любимца женщин и душу любой компании. Правда или нет, не знаю, но когда в далеком 1941-м году встал вопрос о выборе личного кабинета в старинном особняке у Красных ворот, отведенном под новый завод-институт, Иосифян, не задумываясь, выбрал комнату, потолок которой был расписан обнаженными женщинами. Говорят, на вопрос "почему?" он отвечал: «Они мне помогают думать». Мне пришлось как-то раз побывать в этом кабинете. Скажу вам, что Андраник Гевондович смотрелся в нем очень органично.

Когда по заданию правительства Туполев копировал американский бомбардировщик дальнего действия B-29, электронную начинку для будущего Ту-4 делал Иосифян. Самолет должен был стать точной копией американского прототипа. Соответственно, надо было максимально точно перевести всю имеющуюся в распоряжении документацию. И вдруг- тупик: фраза "запустить пух-пух". Что это такое и о чем речь, никто не имел ни малейшего представления. И если бы не Иосифян, который, как говорят, почитал про "пух-пух", посмотрел чертежи , покрутил их так и этак и ткнул в один из них пальцем: надо завести вот эту штуковин, которая оказалась двигателем аварийного генератора. Как только его включили, выхлопная труба запыхтела: "пух-пух-пух".

Кстати, мало кто из неспециалистов знает, что у истоков знаменитого ВНИИЭМ стоял и будущий фантаст Александр Казанцев, тоже талантливый ученый-электромеханик, с которым Иосифян работал с 30-х годов. И периодически появляющиеся в романах Александра Петровича яркие умные и веселые кавказцы с большим носом, один в один списанные с Иосифяна, – дань уважения фантаста своему другу и гениальному ученому.

Я уже говорил, что легенды и байки сопровождали Андраника Гевондовича всю жизнь. "Он умер в 1993 году, в ночь после Дня космонавтики, - вспоминали коллеги ученого. - А спустя 40 дней, когда по христианским канонам душа покидает Землю, лунная тень накрыла орбиту, на которой со своей солнечной батареей находился созданный им метеорологический аппарат "Метеор". Система электропитания на время отключилась. И подумалось: "его душа соединилась c небом".

Все, кто знал этого великого ученого и прекрасного человека, согласятся со мной: таких больше не делают. Умные и гениальные есть, талантливые есть, трудолюбивые есть... Но сочетания всех этих качеств в одном человеке найти сегодня трудно. А ведь сюда еще надо добавить и его моральные принципы - Иосифян всегда считал главной угрозой цивилизации потребительскую психологию. "Она и есть главный мировой агрессор, ибо расшатывает тыл - консолидирующие общество нравственные установки", - писал он. , - то Иосифян и правда выглядит последней глыбой среди мелкого щебня.