Волшебная кисть Ренуара.

26 July 2019


Когда 38-летний Огюст встретил 18-летнюю Алину Шариго, он так и представился: «Ренуар – тот, который рисует картины». Наивная Алина подумала: «ренуар» – какая-то редкая профессия, и, между прочим, оказалась недалека от истины. Он и вправду мало что умел, кроме живописи. И потому Алина, став женой Ренуара, взяла на себя и дом, и быт, и заботы. Всё! Лишь бы Ренуар рисовал. Алина даже не ревновала мужа к натурщицам. Те бродили по мастерской в чем мать родила, Ренуар ругал их и грозил палкой, когда они небрежно держали позу. А сердобольная Алина, ободряя, похлопывала по спине. А потом мчалась на кухню – варить обед на всех. В конце концов, Ренуар достоин писать большую красоту. И сытую. Недаром как-то художник рассказал жене, что к нему пристала тощая девица из дамского журнала: «Зачем вы рисуете таких объемных красавиц? Это же не модно!» Ренуар ответил вполне философски: «Мода пройдет. А мои красавицы будут жить вечно!»

Наверное, он прав… Алина взяла со стола альбом. Их сын Жан увлекся фотографией и вклеил туда снимки картин отца. На Алину, как всегда, заворожено улыбаясь, смотрели ренуаровские «девушки с зонтиками», «девушки в черном», танцовщицы, купальщицы. И она вдруг с трепетом осознала – все они, написанные Ренуаром еще задолго до знакомства с ней, похожи на нее, Алину. Даже Мария-Антуанетта с чудом сохранившейся фарфоровой тарелки, расписанной 14-летним Ренуаром. Мистика какая-то! Алины еще на белом свете не было, а Ренуар уже изображал ее. Не видя, не зная, он рисовал ее лицо, ее тело. Что-то изменял, правил, добивался совершенства. И наконец, создал свой прелестный канон красоты. И уже после того, как красота эта выплеснулась в красках, в его жизнь вошла реальная Алина. «Думаешь, почему тебе, Огюст, так удается изображение королевы Марии-Антуанетты? – Папаша Ренуар усмехнулся, рассматривая фарфоровую тарелку, расписанную его 14-летним сыном. – Да потому, что мы и сами – благородных кровей. Может, даже королевских. Не смотри, что я – портной, а дед твой – башмачник. Это – поворот Судьбы. Дед твой был сыном знатного аристократа. Но когда началась революция, та самая, что срубила голову бедной Антуанетте, родители-аристократы подкинули сына в дом бедняку-башмачнику. Самих-то их казнили, но мальчик выжил. Вот теперь ты, его внук, и рисуешь королеву…»

Юный Пьер Огюст Ренуар (1841–1919) работал с 13 лет: сначала на посудной фабрике, потом в мастерской, где расписывали шторы и веера. Кисти и краски стали его единственными игрушками. Еще в два года мальчишке можно было сунуть в руки цветной карандаш, и он затихал, оставив всех в покое.

Однако денег на учебу не было. Ренуар заработал их сам: расписывал тарелки на фабрике фарфора, веера, скатерти и ширмы, пока не собрал на оплату Школы изящных искусств в Париже. Начал писать картины, да они у начинающего живописца мало что стоили. Приходилось работать «по бартеру»: портрет жены башмачника – за пару башмаков, булочника – за бесплатный хлеб на месяц. Да Ренуар не гнушался даже подбирать тюбики, выброшенные другими учениками, чтобы выдавить оставшуюся краску!

Но и после окончания учебы мир искусства не признавал «портняжку». Официальные художественные салоны регулярно отвергали его полотна. Да и первую выставку импрессионизма, где Ренуар показал семь картин, не обругал только ленивый.

В 1876 году Огюст Ренуар познакомился с известным издателем Шарпантье. И его картины так понравились жене издателя, что уже через пару недель мадам Шарпантье заказала молодому художнику свой портрет, затем – портреты детей, потом представила Ренуара другим богатым знакомым. И пошло-поехало! Вот только с моделями была напряженка.


Ренуар стоял на Монмартре на улице Монет и робко оглядывал дефилирующих красоток. Еще с училища художник мечтал писать обнаженную натуру. Женская нагота – красивая, чистая, – что может быть притягательнее? Но профессиональные натурщицы считают такое позирование «безнравственым».

В конце концов брат Ренуара Виктор, юноша куда более активный, чем робкий Огюст, привел в мастерскую художника известную ночную диву – Нини Лопес. Правда, уговорить ее позировать обнаженной даже оба брата не смогли. Тогда Ренуар изобразил ее в жанровой картине «Ложа», где пресыщенная и горделивая дама полусвета презрительно разглядывает театральную публику. Критики подняли бучу – совершенно непристойный сюжет! Но через месяц Нини прибежала в мастерскую Ренуара с восторженным блеском в глазах. Оказалось, драгоценности, которые нарисовал художник на героине «Ложи», ей таки достались. Поклонник, увидев на картине такую красу, и вправду не пожалел денег.

С тех пор по Парижу пополз слух – полотна Ренуара приманивают удачу. Эта легенда особо стойко держалась на Монмартре – ночные красавицы всерьез поверили, что волшебная кисть художника может наколдовать им лучшую жизнь. Теперь они соглашались позировать даже обнаженными.


Когда 38-летний Огюст встретил 18-летнюю Алину Шариго, он так и представился: «Ренуар – тот, который рисует картины». Наивная Алина подумала: «ренуар» – какая-то редкая профессия, и, между прочим, оказалась недалека от истины. Он и вправду мало что умел, кроме живописи. И потому Алина, став женой Ренуара, взяла на себя и дом, и быт, и заботы. Всё! Лишь бы Ренуар рисовал. Алина даже не ревновала мужа к натурщицам. Те бродили по мастерской в чем мать родила, Ренуар ругал их и грозил палкой, когда они небрежно держали позу. А сердобольная Алина, ободряя, похлопывала по спине. А потом мчалась на кухню – варить обед на всех. В конце концов, Ренуар достоин писать большую красоту. И сытую. Недаром как-то художник рассказал жене, что к нему пристала тощая девица из дамского журнала: «Зачем вы рисуете таких объемных красавиц? Это же не модно!» Ренуар ответил вполне философски: «Мода пройдет. А мои красавицы будут жить вечно!»

Наверное, он прав… Алина взяла со стола альбом. Их сын Жан увлекся фотографией и вклеил туда снимки картин отца. На Алину, как всегда, заворожено улыбаясь, смотрели ренуаровские «девушки с зонтиками», «девушки в черном», танцовщицы, купальщицы. И она вдруг с трепетом осознала – все они, написанные Ренуаром еще задолго до знакомства с ней, похожи на нее, Алину. Даже Мария-Антуанетта с чудом сохранившейся фарфоровой тарелки, расписанной 14-летним Ренуаром. Мистика какая-то! Алины еще на белом свете не было, а Ренуар уже изображал ее. Не видя, не зная, он рисовал ее лицо, ее тело. Что-то изменял, правил, добивался совершенства. И наконец, создал свой прелестный канон красоты. И уже после того, как красота эта выплеснулась в красках, в его жизнь вошла реальная Алина.

Да ведь Ренуар и детей своих также создал. Если сравнить прелестные портреты чужих детей, которые он рисовал, не имея своих, станет ясно – задолго до реальности он сотворил их на полотне – движением своей кисти.

«Нас всех нарисовал папа!» – сказала Алина детям. И дети поверили ей. Жан Ренуар, ставший выдающимся кинорежиссером ХХ века, даже всерьез описал этот мистический феномен в своей книге об отце. И надо сказать, что все дети Алины и Ренуара оказались весьма талантливы. Первенец Пьер стал блестящим актером, а младший Клод продолжил дорогу отца в искусстве – стал замечательным керамистом.

Что ж, Огюст Ренуар был творцом. Вот и творил согласно собственному плану: создавал не просто картины, но и свой мир – окружающих и родных. Жадный до творчества, Ренуар рисовал, даже когда артрит скрючил его пальцы. Все удивлялись: «Как такими пальцами вы создаете такую красоту?» А насмешник Ренуар только отшучивался: «Разве вы не знаете, что у меня волшебная кисть?» Даже когда болезнь приковала художника к инвалидному креслу, он не унывал. Тем более что сообразительная Алина нашла простой выход: купила мужу техническую новинку – автомобиль. Ренуар садился в машину, и шофер возил его то в гости, то просто по окрестностям – «на этюды». А Ренуар со смаком шутил: «Вот и я – как дорогая кокотка. Езжу только в авто!»


2 декабря 1919 года Ренуар попросил подать ему карандаш: «Я понял, каковы идеальные женские пропорции. Хочу нарисовать прекрасную вазу, используя их!» Вдруг карандаш выпал из его скрюченных пальцев. «Краски мне скорей! Дайте палитру!» – прохрипел он и потерял сознание. К ночи его не стало. Ему шел 78-й год. Тайна идеальных пропорций осталась неразгаданной. Ясно одно – пресловутые 90–60–90 ХХ века привели бы Ренуара в ужас. А худышка Барби снова свела бы в могилу. Век необратимо менялся. Но удивительно, красота полотен, созданных Ренуаром, только возрастала в цене. Когда-то его скандально знаменитую «Ложу» с грехом пополам удалось продать за 425 франков. Сегодня творения его волшебной кисти стоят миллионы долларов.