СЛУЧАЙНЫЕ ИСТОРИИ. МИНЁР.

4 August 2020
СЛУЧАЙНЫЕ ИСТОРИИ. МИНЁР.

Часть первая: https://zen.yandex.ru/media/id/5d35f4838600e100ad749e34/sluchainye-istorii-miner-5f2988d69bd10957f0d3974f

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Компьютер весело присвистнул. На панели инструментов появился жёлтенький конвертик с надписью «Новое сообщение». Как тяжелораненный, я сполз с кровати, подтянулся к ноутбуку и щёлкнул по нему. Весь монитор заняла фотография, на которой я ,тридцать пять килограммов назад, лихо отплясывал в парике и женских ботфортах в номере про бешеную проститутку за команду «Недольвы» Клуба Весёлых и Находчивых. В тот год наша немногочисленная дружина из города Ржаксы, что в Тамбовской области, разорвала Лигу Москвы и Подмосковья, выиграв её с максимальными оценками жюри во всех конкурсах. И я был её легендарным капитаном. Потом гастроли, несколько серых сезонов в Первой Лиге, женитьба, и… ребята поехали дальше, а я сошёл. Теперь они там штурмуют святая святых Клуба- Высшую Лигу, а я сижу тут, корчась от боли. Но, Слава Богу, не забывают своего первого капитана, и каждый год зовут на День рождения команды. Раньше я регулярно посещал все их мероприятия, но потом Марине не понравилось, что я там сильно напиваюсь. Они с тёщей не поленились позвонить моим родителям и «сообщить о проблеме». А у мамы к алкоголю было стойкое , даже я бы сказал, паническое, неприятие. Её отец по синьке вышел в окно, а брат спился и в сорок девять лет умер от инсульта. И понеслось! По нескольку тревожных звонков в день, уговоры, угрозы, женский плач в трубку, обещания ,клятвы… и всё…я уже не в тусовке КВН-щиков. Хотя ребята, надо отдать должное их стойкости и терпению, периодически ещё зовут на свои сабантуи.

Написав вежливую отмазку и поздравив всех причастных с праздником, я попытался подняться со стула.

От выстрела в бедре и спине заложило уши. А ещё ведь надо доехать до супермаркета!

Всё, Сашок, отбегался. Оттанцевался. Отспешил своё. Теперь всё только через боль, только на морально-волевых. Ну, и на хрена такая жизнь!? Каждый шаг нужно превозмочь, каждый маршрут, даже самый короткий, досконально просчитать и оптимизировать. Но почему я?! Почему это произошло именно со мной?! За что!? За что мне!? Что я сделал в жизни не так!?

Чтобы не упасть, я начал считать ступеньки в подъезде. Дряхлая старушка с потрёпанной тележкой, сильно стукнув входной дверью, обогнала меня уже где-то на втором этаже, хотя я жил на третьем, а она – на пятом.

-Здравствуйте.

- Здравствуйте.

Шоссе дышало парами разбавленного бензина. Иномарки обгоняли отечественный автопром и , реже, наоборот. Я еле дохромал до остановки. Броситься бы сейчас под машину, вон ту, бизнес-класса, с яркими галогенами и бритым водилой. Или нет, под вон то красное «Пежо» с интеллигентно кричащей в телефон дурой за рулём. Или под вот эту навьюченную измученную «Газель».

- Проходите мадам, здесь не занято.

- Ты чего?! Уж пять лет, как месье своего схоронила. Мадмуазель.

- Садися.

Невысокий коренастый старичок галантно послюнявил платок и вытер им лавочку перед безликой, но ярко разрисованной бабёнкой, которая плюхнулась на предложенное место и, кокетливо поёрзав задницей, нашла удобное положение тела. Старичок встал рядом и стал что-то ей рассказывать, жестикулируя бадиком. Из-за шума машин снаружи и сверления дрелью кости внутри, я не слышал их разговора, хотя стоял неподалёку. Обрывки фраз, сказанные громко, смешки, восклицательные междометия до меня вроде и долетали, но в логическую цепочку повествования, увы, не выстраивались. Да и не до них было. Болевой синдром многократно усилился и выжигал мозг, сужая его до одной мысли- вот бы сейчас сдохнуть! Закрыть глаза и открыть их уже новорожденным розовощёким голопузом, жадно сосущим мамкину сиську. И снова детство, снова школа, снова, снова, снова…Молодой здоровый организм, несущий тебя только вперёд, к мечте. Быстрее, выше, сильнее…Ловкость, гибкость, распахнутые на мир глаза, жажда ежедневных открытий…

Самоубийство? Э, нет. А если спасут!? Потом с перекошенным лицом валяться в агонии на больничных простынях!? Не дай Бог!

Тем временем старичок подсадил свою пассию в автобус, попутно её облапав. Дверь лениво закрылась перед его воздушным поцелуем.

Лечь. Уснуть. И не проснуться. Хорошо бы, но это удел избранных. Такую смерть ещё надо заслужить.

-Молодой человек,- старичок смотрел на меня снизу-вверх, обдавая дешёвым перегаром.- Можете меня поздравить, мне сегодня стукнуло девяносто!

- Да ну на фиг!- искренне удивился я.- Круто!

Он хитро кивнул в сторону остановки.

- Баба моя. Так, поёбываю маленько.- и, заметив мои ошалелые глаза, сконфузился.- Понимаю, нехорошо. Но у меня жена умерла пятнадцать лет назад, и у неё тоже никого нет, вот и…,- он пояснил паузу в словах жестом дрожащих рук,- Работали вместе. В НИИ Космонавтики.

Нехорошо!? Ты издеваешься!? Дед, да это просто замечательно! Иметь «боевой» стручок в твоём возрасте- это подарок судьбы!

- Александр.- я с уважением протянул ему руку.

- Валентин.- он переложил бадик и ответил на рукопожатие.- А я ведь с тридцать второго года здесь живу, да-а. Раньше вот тут вот мой дом стоял.- он ткнул тростью в землю под собой.- В аккурат на этом месте сараюшка, а рядом мастерская. Отец в деревне бочки резал, ну, и меня научил. Так я сначала ими кустарил. А потом все по банкам бросились солить и никому они к лешему не сдались, эти бочки. Тута вот,- он очертил бадиком в воздухе полукруг рядом со мной.- дороги не было. Три дома стояли с участками. Прямёхонько друг за другом. Вон ,- он ткнул в уходящую машину,- аж до поворота. Три семьи проживало. В одном я с Натальей Архиповной, во втором Ларюшины, а в третьем, с пристройкою- Фомины, тех человек десять, все родня. Участки громадные у каждого, почитай с четверть гектара. У Вадьки, который Фомин, там пристройка больше основного дома стояла, как замок, только неуклюжий. А в пятьдесят третьем году, когда текстильную фабрику в Первомайке открыли амуницию космонавтам шить, так вот ей-то, фабрике той, будь она неладна, дорога до переезда и понадобилась. Ну и вздумали нас переселять. Ларюшины возмущаться стали, писать везде. Мол, наш участок с домом по краю проектируемой дороги стоит, его и обойти можно. А шум машин под забором готовы и потерпеть. И Кагановичу писали, и Микояну, и даже чёрту лысому, запамятовал сейчас его фамилию.

- Хрущёву?- козырнул я школьной пятёркой по истории.

- Да нет. Другому, совсем лысому. А в тот год Сталин возьми да и умри. И началась чехарда во власти. И Ларюшинские письма все на стол начальнику нашего райкома, Степану Павловичу Пелихову, незабвенному, точнёхонько и легли. А Степан Павлович, царствие ему небесное, после войны шибко по карьерной лестнице скакать начал. Таранил любого, как бык, никого не щадил. Оттого, наверное , и мнительным стал, и злопамятным. И в дурдом потом по синему делу загремел, где от поноса и помер. Короче, дом Ларюшиных начали ломать первым. Николай, мужик ихний, в сердцах собрался и поехал в Москву на приём к министру дорожного строительства. Да там и сгинул. А Татьяна, жена его, подождала-подождала, собрала в охапку ребятишек с манатками да и подалась к матери в деревню, в Рязанскую область. Где-то с недели две, может больше, после её отъезда, приходят от Пелихова гонцы с планом дороги. И говорят, мол, предлагаем вам на пустыре участки порезать. Не столько, конечно, как было, поменьше, но тоже нормально. Тычут, мол, здесь дорога поворот будет делать, потому как рембазу переносить запретили. Сроку вам неделя, чтобы определиться, жалобы принимаем по такому-то адресу.

На следующий день ко мне Вадька Фомин заявился с женой своей, по-моему, Натальей Леонидовной её звали. Три года мы с ним враждовали из-за яблони, что я посадил, а он, зараза, втихаря ночью спилил. Видите ли, она мешала его тыквам соку набираться, солнце загораживала. Я про себя и думаю, вряд ли, ты , буржуйская морда, по-соседски ко мне попрощаться и повиниться пришёл, да ещё при параде и супругу с бутылкой клубничного самогона приволок. Сто пудов какое-то дело хочешь обкашлять. И точно! Как ты думаешь, чего заявился?

Я пожал плечами.

- Ларюшинскую землю делить! Ну, как делить? Просить, чтобы я в его пользу ходатайство подписал, мол, участок бесхозный теперь, и все соседи не против признать его собственностью Вадима, забыл как его по отчеству, Фомина. Накрыли на стол, сели, выпили, я ему и говорю, чё, мол, ко мне пришёл? Земля эта Ларюшинская, их и спрашивай. Они давай меня уговаривать. А я чё? Я ничё. Короче, посидели, всю самогонку его и мою допили, попели, повспоминали хорошее да и разошлись по домам. А Фомин, как немного от посиделок тех отошёл, так, не будь дураком, на приём к Пелихову и затесался. И ему, так мол и так, семья большая, участок маленький…два бы хорошо, с Ларюшинским в самый раз будет. Ну, Степан Павлович выслушал его внимательно, самогонку клубничную, как подобается, в стол положил и обещал подумать. Кто ж тогда знал, что он этот участок своему двоюродному брату продать решил!? А Вадька, дурачок, на радостях всё разметил, фундамент на Ларюшинском участке залил и собрался дом целиком с помощью крана поднять и на новое место передвинуть. Ну и я к нему тихим сапом присоседился, мол, и мой тоже домишку передвиньте, чтобы два раза не кататься. А тут опять гонцы от Пелихова с ордерочками на участки, нате, распишитесь. И Фоминым принесли. На один участок. Матерился, дня два не заткнуть было. И на этой самой почве возник у него конфликт со всем семейством. До этого домочадцы его по струнке перед ним ходили, любой чих исполняли. Мол, глава семьи у нас Царь и Бог, всё может достать, со всеми может договориться. А тут такой прокол! Дошёл конфликт до того, что поделили они этот Вадькин участок надвое. Да ещё забором друг от друга отгородились, метра два высотой, с колючкой по верху. Как на зоне, едрить их бога душу! Где-то через год, тоже так под осень, Вадька ни с того ни с сего пропал. Везде его искали, даже на Север в геологическую экспедицию запрос подавали. Нигде нет. Исчез и с концами. А без него, видишь ли, хозяйством управлять стало некому. Сыновьям-то он своим рукожопым сильно ничего не доверял делать, всё больше сам. Так они лет через десять, как дом прохудился, и разбежались кто куда.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: https://zen.yandex.ru/media/id/5d35f4838600e100ad749e34/sluchainye-istorii-miner-5f298b6a1c609c3f7211c563