20 484 subscribers

2 марта 1813 года. Русские идут к Гамбургу. Жители ждут. Французы расстреливают зачинщиков народного восстания в Гамбурге.

2,3k full reads
2,7k story viewUnique page visitors
2,3k read the story to the endThat's 85% of the total page views
3,5 minutes — average reading time

В >>предыдущей статье<<, господа, мы с вами рассмотрели как французы встали в глухую оборону по реке Эльбе; дальше отступать не хотят, да и некуда. Эльба — «последний» рубеж, «последняя» линия обороны. Мы рассмотрели, какое ответственное решение принял Кутузов Михаил Илларионович и генеральный штаб русского командования и что за этим последовало. Остановились мы с вами на важном событии, а именно отправке отряда лёгкой кавалерии в составе 1300 бойцов полковника Теттенборна к Гамбургу. И мы продолжаем.

Итак, как мы с вами помним, отряд Теттенборна имеет 1300 бойцов, но в Гамбурге сконцентрировано до 6000 французов. На что надеялось русское командование, отправляя столь малочисленный отряд освобождать крупный город? Это же верное поражение, не так ли? Однако не всё так просто. Оказывается русские имеют на вооружении настоящее «секретное оружие», а именно лояльный им, восставший против наполеоновского режима, немецкий народ, который с оружием в руках выступил на борьбу за свою свободу и с нетерпением ждёт и не просто ждёт, а чает прихода русских регулярных войск, чтобы совместными усилиями освободить вольный город Гамбург. Вот почему Теттенборн выступил к Гамбургу с таким относительно немногочисленным отрядом.

Что касается действительного военного секретного оружия того времени, то спешу вас успокоить. Оно было. Наполеоновские войны начала XIX века стали настоящим переломным временем и звёздным часом нового стрелкового и артиллерийского оружия. Каждый день на заводах ведущих мировых держав разрабатывалось что-то новое, совершенствовалось старое. Новаторы и рационализаторы каждый день трудились над совершенствованием стрелкового и артиллерийского оружия, внедряя его в войска, порой в обстановке секретности. Бородинское сражение, например, показало, что две трети всех ран на поле боя нанесены стрелковым оружием. Около 20% артиллерией. И только около 5% холодным оружием.
Во время наполеоновских войн в российских полках находились ружья двадцати восьми различных калибров, что говорит о гигантских темпах развития оружейной стрелковой индустрии в России и в мире.

Но восставший народ — вот настоящее, всесокрушающее и непобедимое оружие, особенно, если оно поддержано регулярными войсками, например как в нашем случае, русскими войсками.

Вернёмся же к событиям в Гамбурге, господа. Отряд Теттенборна спешит и он уже близко. Народ его ждёт.

А мы, между тем, ненадолго перенесёмся в Гамбург, но на две недели ранее и посмотрим, что в нём происходило...

Итак, 19 февраля 1813 года. Гамбург... центральная городская площадь у ратуши...

...Французский офицер средних лет медленно прохаживается взад-вперёд. Два шага туда, два шага обратно. Останавливается. Рядом с ним выстроился в шеренгу взвод солдат; ждут команды.

На площади многолюдно. Французы согнали местных жителей, кто-то пришёл сам посмотреть на казнь зачинщиков недавнего вооружённого восстания в Гамбурге. Люди негромко разговаривают, кто-то шепчется. Женщины плачут.

Периметр площади оцеплен французскими солдатами.

Офицер, однако, молчит. Осматривает приговорённых к расстрелу, что выстроены у кирпичной стены здания.

— За бандитизм, вооружённый мятеж и подстрекательство к вооружённому мятежу, — прокурор начинает зачитывать приговор, — за многочисленные убийства и покушения на убийства должностных лиц, а так же граждан Французской империи, за оскорбление представителей власти, за покушение на сами устои незыблемости и территориальной целостности Французской империи, приговариваются к смертной казни через расстрел на месте следующие граждане, — и прокурор начинает зачитывать список имён и фамилий приговорённых.
— Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Привести приговор в исполнение немедленно. Начинайте, — и прокурор даёт отмашку офицеру.

— Сынок! — зарыдала женщина в толпе. Видимо среди приговорённых находится её сын.

— Chargez vos armes, — скомандовал офицер, и солдаты начинают заправлять свои ружья пулями и порохом. Делали они это удивительно профессионально, синхронно, быстро и даже красиво. Движения чёткие и быстрые. Месяцы и годы тренировок чрезвычайно развивают навык. А нужно было выполнить с десяток простых операций, а именно:

Открыть «полку» ружья для пороха.
Достать патрон из подсумка.
Откусить бумажный конец патрона и высыпать порох в полку ружья.
Закрыть полку ружья для пороха, зажав патрон большим и указательным пальцами, чтобы порох не просыпался мило, поставив ружье прикладом в пол, дулом вверх.
Затем засыпать порох в ствол ружья.
Затолкать пальцем патрон в дуло ствола.
Вынуть шомпол и протолкать им патрон в ствол два раза до упора.
Вернуть шомпол в паз ружья.

После этого солдат возвращал ружьё в исходное положение, а именно на плечо. С этого момента ружьё считалось заряжено, а солдат готов к стрельбе.

В этот момент один из приговорённых к расстрелу поднял руки вверх:

— Люди! Боритесь! Мы умираем, чтобы вы помнили о нас и продолжали сражаться за свободный, вольный город Гамбург! Я верю, что вы изгоните этих поработителей из нашего прекрасного города!

И говорящий грозно указал пальцем на стоящих перед ними французских солдат.

Люди на площади зароптали, послышались тихие, приглушённые голоса и шёпот в толпе. Женщины начали плакать, а мужчины что-то выкрикивать из толпы.

Французский офицер, однако, совершенно спокоен. Он как будто ждёт, когда человек закончит свою пламенную речь.

— Вы сейчас меня расстреляете, но мне не страшно умирать! — продолжал обречённый. — Нас сто тридцать тысяч, всех не перестреляете! — и человек бросил грозный взгляд на французов, которые должны убить его с минуты на минуту. — Сдавайтесь, французы, это ваш единственный шанс на спасение! И боритесь против тирана Наполеона, за вашу будущую свободную и счастливую Францию! Помяните мои слова, тиран падёт и ваша Родина будет свободна! Сражайтесь за эту свободу! И умрите за неё как умираем сейчас мы!

Человек замолчал. Французский офицер подождал ещё пару секунд, и обратился к приговорённому:

— Вы закончили?

Приговорённый, однако, не ответил, он закрыл глаза и приготовился принять свою судьбу.

— Благодарю вас, — произнёс французский офицер и повернувшись к своему взводу солдат скомандовал:

— Appretez vos armes!

Солдаты взвели курки своих ружей.

— Joue!

Ружья солдат в ту же секунду оказались прижатыми прикладами к щекам, а стволы устремились в сторону приговорённых.

Вот она последняя секунда жизни. Кто-то готов к ней, а кто-то нет. Кто-то молится и уже ощущает себя единым целым с Господом, а кто-то находится в совершенной прострации.

Офицер медленно поднял руку вверх. Казалось, поднимал он её целую вечность.

— Нет, остановитесь, я не хочу умирать... пощадите... меня заставили... я не хотел! — заорал диким голосом один из обречённых, упав на колени и закрыв лицо трясущимися руками.

— Feu! — офицер резко опустил руку вниз.
Раздался ружейный залп. Приговорённые вздрогнув, оседают на землю, покрываясь буро-красными пятнами крови, которые быстро пропитывают одежду.

Случайное изображение.
Случайное изображение.
Случайное изображение.

Так 19 февраля 1813 года были расстреляны основные зачинщики народного восстания в Гамбурге.

Но жестокое подавление восстания не сломило вольных жителей Гамбурга. Оружие надёжно запрятано и ждёт своего часа. Люди не сломлены и готовы сражаться. Русские освободители идут. Каждый день, каждый час приближает вольный народ к долгожданному освобождению. И оно уже близко.

В >>следующей статье<<, дорогие мои, мы продолжим.