Первый французский период творчества художника (Часть 1)

13 October 2019

Живописные и графические портреты Юрия Анненкова, выполненные им после отъезда за границу, заметно отличаются от тех, что были созданы в России. Кубическое начало уступает место более лёгкому, менее ярко выраженному смещению планов и в особенности  курсивной линии, которая  разрезает  пространство, обозначает контуры скупыми штрихами.

https://www.pexels.com/photo/abstract-painting-1690351/
https://www.pexels.com/photo/abstract-painting-1690351/

Времена изменились, изменилась ситуация, и вкусы стали другими. Художник отлично осознаёт, что хотя возникшая вместе с революцией футуристическая эпопея с её эпатажными экспериментами и натолкнула его на увлечение  абстракцией и создание трёхмерных ассамбляжей, тем не менее, ей больше нет места, и своё дело она уже сделала.

Он перестаёт тесно контактировать с большей частью авангардистов и, кроме того, совершенно другая почва, в которую он попал, почва буржуазная, заставила Анненкова пересмотреть приоритеты.

Бравада «измов» сошла на нет. Но влияет на него, безусловно, и новое артистическое окружение – надо сказать, знаменитое. Например, Пикассо уже написал – в 1921 году – своих внушительных купальщиц в стиле Энгра, за которыми последовали портреты в классическом духе его жены Ольги и изображения Арлекина, в которых прослеживаются поиски новой цветовой гармонии, а также возникают графические контуры, свободные от излишеств. Анри Матисс, в свою очередь, также увлечён Энгром.

Иными словами, атмосфера, в которую он попал, была совершенно иной, нежели та, которую царила в покинутой им России.  Как и в прошлый раз, Франция очень повлияла на Анненкова и вдохновила его на пересмотр творческих приоритетов. Только в этот раз влияние не было эпизодическим. 

Юрий Анненков ожесточённо принимается за работу. Его первый эмигрантский период, вплоть до начала войны, оказался очень плодотворным.     

https://www.pexels.com/photo/shallow-focus-photo-of-paint-brushes-1646953/
https://www.pexels.com/photo/shallow-focus-photo-of-paint-brushes-1646953/

Поиски новых способов художественного выражения привели мастера к совершенно иной фигуративности, чем та, которую мы видим в его русских работах – как по форме, так и по существу.

Его русский период отличается юмором, поисками эффекта, декоративности, движения – и всё это отвечало особенностям той насыщенной и непростой жизни в России, на которую он откликался каждой клеточкой своего существа, будучи открытым всему, что происходило вокруг него.

Первый же французский период Анненкова, напротив, отличается закрытостью, самососредоточенностью, вынужденным уходом в себя. Это было реакцией на  более устроенную жизнь, задумчивость, которая присуща любому, кто был вынужденно вырван из родной почвы.

Анненковские картины – будь то натюрморты или пейзажи – выражают отныне атмосферу, отвечающую состояниям его души. Художник вуалирует мотив, создавая самососредоточенные пейзажи.

Для этого периода характерно исчезновение обращения как к самой русской иконографии, так и к исконно русским иконографическим чертам, то есть того, что было ему так свойственно ранее. Анненков живёт настоящим, он снова занят тем, что происходит вокруг (разве что несколько иначе), так что самовара в его натюрмортах больше не появлялось.

В предыдущей части данной главы мы не сказали о том, что в Петербурге Анненков мечтал о Бретани, с её рыбаками и лодками. Но это было так, и он вернулся туда в 1927 году со своей матерью Зинаидой.  Бретань всегда притягивала художников – и особенно русских художников.

Поэтому среди первых французских полотен Юрия Анненкова, конечно же, фигурирует бретонская серия – морские пейзажи, зачастую с изображением деревенской колокольни, устремлённой в небо; есть пейзажи с зеленеющими лугами и пасущимися на них коровами и лошадьми (эти работы художника были выставлены на Осеннем салоне в 1926 году); головы рыбаков и старых бретонцев с этими их морщинами и живописными шапочками тоже не могли не привлечь внимания художника.

В качестве наиболее характерного примера приведём портрет рыбака с трубкой с лицом, изборождённым паутиной морщин, на которых Анненков, работая над картиной, сосредоточил своё (да и зрительское тоже) внимание. Он изобразил их при помощи мелкой штриховки, округляя каждый из своих мазков (добившись тем самым впечатления объёмности изображения). Это впечатление ещё усиливается  пересекающимися складками одежды рыбака.

В это же время он пишет знаменитый портрет своей матери, сидящей на углу стола в русской рубашке с характерной расцветкой: серый, жёлто-красный и коричневый. Выражение её лица энергично, взгляд проницателен, взгляд отмечает потрясающее сходство с Юрием в том же возрасте… 

К тому же времени (конец 1920-х начало 1930-х) относится ряд его натюрмортов и окрестностей Парижа, который нельзя обойти вниманием.  Многие из них вызывают в сознании параллель с иллюстрациями к книге «Paris Extra-Muros» (1930) Луи Шеронне. 

Пьер Куртийон отмечает: «Именно пригород стал для Анненкова настоящей школой; изучая его, художник научился разграничивать материю, презирать внешнюю красивость, которой изобиловали примитивные полотна, составлять композиции на основе  обыденного, чтобы приблизиться к вечному и проникнуть в суть вещей»

Читать продолжение статьи.