161 subscriber

Буллинг. Как остановить травлю ребенка

214 full reads
358 story viewsUnique page visitors
214 read the story to the endThat's 60% of the total page views
3 minutes — average reading time

Привет Познающим Дзен! Узнали о буллинге, познакомились с инспектором по делам несовершеннолетних и спустя месяц, за вычетом новогодних праздников, проблемы как не бывало. К сожалению, все бывает далеко не так легко и просто. Что такое буллинг? Как понять, где заканчивается конфликт и начинается травля? Когда необходимо вмешиваться взрослым? Представляем вашему вниманию книгу «Буллинг. Как остановить травлю ребенка», которая раскрывает ответы на эти непростые для любого родителя вопросы.

Детали

Журналист и мама троих детей Наталья Цымбаленко, чья история о пресечении травли сына громко прозвучала в СМИ и была прочитана сотнями тысяч человек, систематизировала свой опыт для книги.

Наталья Цымбаленко. Источник: https://www.m24.ru
Буллинг — совсем не страшное слово ровно до того момента, пока ваша семья не столкнется с этим явлением напрямую. То есть вы, конечно, читали про случаи травли и насилия в школах, видели ролики в соцсетях, возможно, даже в вашей школе проводили какие-нибудь профилактические мероприятия. Но все это не имеет никакого значения до того момента, пока ваш ребенок не оказывается вовлеченным в этот процесс. И вот тогда приходят шок, гнев, обида, которые очень мешают адекватно оценить ситуацию и понять, какие меры следует предпринять, куда обращаться, что говорить ребенку и как удержаться от применения к обидчикам физических форм воздействия. Для тех, кому все же придется оказаться в такой ситуации, я и постаралась систематизировать свой опыт в книге, которую вы держите в руках.
Наталья Цымбаленко

Отрывок

В качестве отрывка выдержки из пятой части книги «Роль школы в буллинге».

__________________________________________________________________________________________

Это общая ответственность, общая проблема, и решать ее надо вместе.

В России самая распространенная позиция педагогов в случае возникновения буллинга — мы не должны вмешиваться, дети сами разберутся. Вторая по популярности модель поведения — причем здесь школа, во всем виновата семья / сам ребенок. От нашей классной руководительницы мы услышали оба варианта. И как бы это ни было неприятно признавать школе — обе эти позиции полностью неверны и деструктивны.

По сути, именно такая позиция учителей и провоцирует буллинг, так как является молчаливой поддержкой происходящего.

Логика рассуждений, которая подталкивает школу занимать такие позиции, очень простая. Если у меня в классе зафиксирована травля, то я плохой учитель. Проморгал, не предотвратил, пренебрег симптомами и т. д. Разумеется, такой вывод неприятен сам по себе. Поэтому учителя не хотят признавать происходящее в классе буллингом, особенно если это привычные мелкие стычки, оскорбления, порча канцелярии или бойкот, которые не связаны с физическим насилием. Однако есть и более серьезные аргументы в пользу отрицания фактов травли.

Учитель думает, что, признавая существование бул­линга в своем классе, он «выносит сор из избы», ста­вит себя под удар и вредит имиджу школы в целом.

Слишком многое оказывается поставлено на карту, а значит, проще занять выжидательную позицию, возвращаясь к первой успокоительной мысли — все это детские «шалости» — в конце концов, дети должны научиться справляться с такими вещами самостоятельно.

Когда факты травли уже невозможно отрицать или скрывать, включается схема — вы/ваш ребенок сами виноваты. Ваш ребенок не вписывается в кол­лектив, проведите с ним работу, во всем виновата семья и далее по списку. И да, бывает, что родители ведутся на такие рассуждения учителей и переносят ответственность за травлю в школе на самого ребен­ка, формируя у того классический синдром жертвы. Ведь фигура учителя является авторитетом не только для детей, но и для их родителей. В конце концов, мы доверяем школе наших детей как минимум на шесть часов пять дней в неделю. И мы изначально доверяем людям, которые несут ответственность за жизнь, здоровье и благополучие ребенка, пока тот находится в стенах школы. И естественно роди­тели прислушиваются в первую очередь к мнению классного руководителя и других учителей, пола­гая, что они контролируют обстановку в коллективе и лучше разбираются в том, что происходит между детьми.

Желание школы не раздувать скандал приводит к тому, что жертве просто советуют подружиться с преследователями, найти общие интересы, больше общаться вне школьных занятий. Родители часто следуют таким (нужно сказать, крайне неудачным) советам учителей, веря, что необходимо помочь ре­бенку адаптироваться в коллективе.

Один из наиболее деструктивных примеров та­кой помощи — это приглашение всего класса на день рождения или другое домашнее мероприятие.

Дом и семья рассматриваются жертвой как убежище от издевательств, а тут в пространство, которое он счи­тал безопасным, вторгаются его преследователи.

Обычно ситуация после такой попытки все испра­вить только усугубляется. Жертва перестает чув­ствовать себя в безопасности даже дома, постоянный страх, чувство беспомощности провоцируют депрессивные и суицидальные настроения. А вот преследователи получают новые поводы для изде­вательств, ведь теперь они владеют информацией о доме жертвы, ее домашних привычках, увлечениях (словом, всей той части жизни, которая ранее была им недоступна).

Однако если родители оказались настойчивыми и добились того, чтобы факты травли стали извест­ны за пределами класса, если проблема дошла до директора школы и инспектора по делам несовер­шеннолетних, то наступает период активной и даже какой-то суетливой деятельности. Школа начинает проводить родительские собрания, приглашать экс­пертов для чтения лекций, отдельно собирать учи­телей на совещания, посвященные теме буллинга, активизируется школьный психолог, планируются встречи с инспекторами по делам несовершеннолет­них и т.д. И это, естественно, не считая тех действий, который школа предпринимает, чтобы разрешить конкретный факт травли, «неожиданно» всплыв­ший наружу.

Буллинг — это не спонтанный взрыв насилия, а долгоиграющая хладнокровная политика продуманных издевательств. Поэтому травля — всегда вызов школе как образовательному учреждению. Меры по предотвращению буллинга требуются столь же методичные, спланированные и долгоиграющие. По сути профилактика буллинга должна быть заложена в организационной культуре школы.

Часто в историях про буллинг, которые выклады­ваются в социальные сети, появляются коммента­рии преподавателей о том, что нынешняя школь­ная система требует от них сугубо оказания обра­зовательных услуг. Вот учителя их и оказывают, а функция воспитания полностью лежит на семье. Воспитывайте своих детей правильно, и не будет никакого буллинга. Современная российская систе­ма школьного образования действительно заслужи­вает критики, но сводить свою роль как учителя до носителя информации, возможно, и заманчиво, но неправильно.

Источник: aegis.com
Источник: aegis.com
Источник: aegis.com

Как бы ни старался педагог играть роль равно­душного стороннего наблюдателя — это все равно превращается в модель взрослого поведения, кото­рое дети либо копируют, либо, наоборот, не могут принять. И в последнем случае начинается конфликт педагога и ребенка, в процессе которого сама фигура взрослого учителя, наставника лишается авторитета и власть в классе может сосредоточиться полностью в руках агрессоров.

Требовать от школы гарантий, что в ее стенах ни­когда не возникнет травля, — бессмысленно. Далеко не все зависит от усилий и внимания педагогов. Мы говорим о детских и подростковых коллективах, эмоционально незрелых, находящихся в процессе поис­ка собственного «я». Это сложный этап взросления, чреватый патологиями, одной из которых и является буллинг. Однако школа должна и обязана сделать все, чтобы дети понимали разницу между конфликтом и травлей. И знали, что решать конфликты жела­тельно без применения физической силы, и умели уверенно и твердо противостоять насилию.

И если в ситуации конфликта позиция сторонне­го наблюдателя для учителя допустима, то в случае буллинга это только усугубляет ситуацию и позволяет насилию стать нормой в коллективе, привычным фоном взаимоотношений в классе, а потом и вовсе традицией.

Где же граница, по которой проходит разделение ответственности между семьей и школой за буллинг в детских коллективах?

Во-первых, за исключением очень редких случа­ев, не бывает такого, что виновата только школа или только семья. То, что ребенок столкнулся с буллин­гом, — это общая ответственность, общая проблема, и решать ее надо вместе.

Попытка школы самоустраниться от одного про­блемного случая, от одной «скандальной» родитель­ницы, от одного «странного» ребенка, которого не принимает коллектив, ведет к тому, что буллинг становится сначала привычкой, а потом традицией в коллективе. Чем более старательно школа закры­вает глаза на факты травли, тем более нездоровой и опасной становится атмосфера в классах. И тем сильнее возрастают шансы, что в результате не­контролируемой детской и подростковой агрессии случится нечто уже непоправимое.

Во-вторых, травлю в классе не стоит связывать с оценкой конкретного учителя или школы в целом. Буллинг начинается и в гимназиях с высокими рей­тингами, и в частных элитных заведениях, и в обыч­ных районных общеобразовательных школах.

У вас в классе может быть только что получившая диплом учительница или педагог с огромным стажем и опытом, сильный учитель, имеющий множество наград, или случайно оказавшийся в школе человек с дипломом педагогического колледжа. Квалифика­ция, опыт, высокие показатели успеваемости — ни один из этих факторов не гарантирует, что в классе не будет травли. Поэтому ситуация буллинга должна рассматриваться безотносительно к оценке конкрет­ного учителя. НО! Обязательно должна оцениваться реакция педагога на обращения родителей и детей по поводу случаев насилия.

В-третьих, учитель и школа в целом не имеют права игнорировать факты буллинга. Это пропи­сано в законах Российской Федерации, это есть в образовательных стандартах школьного образования, по которым работают все российские учеб­ные заведения.

Школа несет ответственность за здоровье детей, в том числе и психологическое. Буллинг создает реальную угрозу здоровью и нормальному психи­ческому развитию ребенка. А у школы не может быть приоритетов выше, чем безопасность детей. Все разговоры о престиже школы, сохранении тра­диций, чести и достоинстве должны отходить на задний план.

В-четвертых, школа обязана отслеживать и предотвращать те конфликтные ситуации, которые потенциально могут трансформироваться в буллинг.

Школьная стратегия по профилактике травли не может носить характер разовых мероприятий или бумажной отчетности. В идеале профилакти­ка буллинга должна быть частью организацион­ной культуры школы. Но в любом случае работа по предотвращению травли — это комплекс последо­вательных и связанных между собой мероприятий, которые охватывают всех детей (от начальной шко­лы до выпускных классов). Помимо профилактики буллинга школа должна иметь четкий план действий на тот случай, если предотвратить травлю не удалось. Вовремя локализовать буллинг и минимизировать ущерб для всего коллектива — это задача школы.

Раньше учитель мог не обращать внимания на конфликты внутри его класса или даже поощрять травлю. И школа его прикрывала.

__________________________________________________________________________________________

Сегодня и школа, и родители начинают понимать — такое поведение уже не считается приемлемым. Однако полностью перекладывать ответственность на школу тоже не­верно. Очень часто причины буллинга коренятся в семье. Как бы ни была важна роль школы в соци­ализации детей и подростков — первый и самый важный опыт взаимоотношений с другими людьми дети получают в семье.

Более подробно с книгой можно ознакомиться на нашем сайте.

Для покупки книги дарим промокод на скидку 20%Антибуллинг.