Политолог дал прогноз о преемнике Путина

<100 full reads
163 story viewsUnique page visitors
<100 read the story to the endThat's 60% of the total page views
3 minutes — average reading time
фото из свободных источников
фото из свободных источников
фото из свободных источников

"Россия добилась в 2019 году заметных успехов по сравнению со следующим, 2020-м." Насколько остроумной покажется эта шутка через 12 месяцев? Точной информацией на сей счет обладает лишь Господь Бог. Впрочем, кое о чем наверняка догадываются люди, для кого политические прогнозы - это профессия. Мы попросили политологов поделиться своими расчетами и предчувствиями.

"Путин заинтересован в сохранении контроля"

Игорь Минтусов, председатель совета директоров компании "Никколо М", президент Европейской ассоциации политических консультантов.

«Мои прогнозы грустные: наступающий год будет хуже предыдущего - и в политическом, и в социально-экономическом плане. Плохие новости жду отовсюду. Во-первых, из международной политики, где очень много, что называется, зон беспокойства - начиная от Сирии и заканчивая Украиной. Внутренняя политика тоже дает очень мало поводов для оптимизма.

Что касается обсуждаемых сегодня конституционных изменений, мне кажется, новостей на эту тему следует ждать через один-два года, после очередных выборов в нижнюю палату. Существует, однако, небольшая вероятность того, что эти решения примет уже нынешняя Дума.

У правящей партии есть сейчас все возможности для этого. Между тем существует определенный риск, по крайней мере в теории, что в будущем составе Госдумы у "Единой России" не окажется конституционного большинства.

По поводу самих этих изменений могу сказать лишь то, что главное здесь не форма, а суть. Суть же заключается в том, что Владимир Владимирович Путин заинтересован в сохранении контроля над ситуацией в стране и после 2024 года. И это не только его желание, но и желание большого числа представителей политического класса, людей, занимающих сегодня ключевые посты в государстве.

Цель - не допустить радикальных изменений политической системы, турбулентности, хаоса после того, как закончится срок президентских полномочий Путина. Конечно, как и в любой сложной политической системе, здесь есть и много других факторов, но это главный мотив.

О том, как может называться новая должность Путина, говорить пока рано и, в общем-то, не интересно. Это может быть и что-то связанное с Белоруссией, с Союзным государством. Это может быть переформатирование Совета Федерации - усиление его роли и влияния. Это может быть крен в сторону парламентской республики... Много разных вариантов. Но, повторяю: все они носят тактический характер. Главное - то, что за этим стоит, воля главы государства и политической элиты.

Впрочем, белорусский сценарий я все-таки оцениваю как маловероятный. Главным ограничителем здесь выступает Лукашенко, его амбиции. Не очень понятно, какой вариант компромисса тут возможен.

Прогнозы относительно общественных настроений делать очень сложно. Этот вопрос зависит исключительно от действий власти, от того, насколько продуманными будут принимаемые ею решения - политические, социальные, экономические. Может быть, она будет вести себя насколько адекватно, умно, что протестные настроения не только не будут усиливать, а станут снижаться. Но вероятность этого не слишком велика».

"Если объявить преемника загодя, он станет центром притяжения для элит"

Алексей Макаркин, первый вице-президент Центра политических технологий, профессор НИУ "Высшая школа экономики".

«В конце года появились серьезные сигналы о возможности конституционных изменений. Говорили об этом давно, были утечки, но сейчас это уже не просто утечки, а заявления президента. В том числе, например, о необходимости убрать оговорку "подряд", когда речь идет о двух сроках президента. Активно обсуждается также соотношение полномочий между исполнительной властью и местным самоуправлением, расширение полномочий парламента...

На мой взгляд, у президента есть желание выстроить менее персонифицированную конструкцию власти - чтобы цена вопроса при транзите власти была не столь велика. Уже то, что его преемник не сможет пойти на третий срок - даже через перерыв, - говорит о том, что возможностей у него будет меньше, чем у действующего президента. Но я не думаю, что эти возможности будут намного меньшими. Больших изменений, полагаю, здесь ждать не стоит. Будет, как у нас иногда любят говорить, точечная настройка.

Не стоит, на мой взгляд, ждать и того, что преемник будет предъявлен публике уже в будущем году. Если объявить его загодя, задолго до выборов, он станет центром притяжения для элит, будет политически усиливаться. В результате элиты будут раскалываться. Одни будут выстраивать отношения с одним лидером, другие - с другим. Думаю, этого попытаются максимально избежать.

Вспомните, что даже в 2007 году, при высочайших рейтингах, высочайшем оптимизме, при желании населения проголосовать за любого преемника Путина, Медведев был объявлен преемником в самый последний момент. В этот раз, полагаю, "фальстарта" тоже не будет.

Второе - российско-белорусские отношения. Видно, что Лукашенко не хочет уступать. Он готов пойти на расширение экономической интеграции - до известных пределов. Но, допустим, вопрос о введении единой валюты - уже политический вопрос. И перед этим он хотел бы остановиться. Не говоря уже о введении поста главы Союзного государства, о создании союзного правительства, союзного парламента...

Поэтому интеграция, видимо, будет продолжаться, но будет проходить достаточно осторожно. Лукашенко будет и дальше ее заматывать, у него в этом огромнейший опыт.

Третий момент - приближающиеся выборы в Госдуму. Они пройдут в 2021 году, но подготовка начнется уже в 2020-м. Будет, в частности, решаться вопрос, стоит ли менять соотношение между одномандатными и списочными депутатами в Думе. В середине 2019 года на этот вопрос можно было ответить утвердительно, но затем вероятность таких изменений сильно уменьшилась. Прошли выборы в Мосгордуму, и выяснилось, что в крупных городах одномандатные округа не являются панацеей от побед оппозиции.

Поэтому будут смотреть, смотреть и смотреть. Взвешивать, что выгоднее в этой ситуации. Есть и альтернативные варианты. Например, возвращение избирательных блоков - чтобы у "Единой России" была возможность провести предвыборный ребрендинг, чтобы она могла пойти на выборы не как партия, а как блок. Решения, видимо, будут приниматься ближе к концу следующего года.

Актуальной, безусловно, будет оставаться тема отношений с Западом. И как часть ее - украинский вопрос. Встреча между Путиным и Зеленским в "нормандском формате" сама по себе оказалась не очень плодотворной. Но она дала импульс диалогу. Именно после этой встречи удалось договориться по газовому вопросу и об обмене пленными.

Эти результаты располагают к осторожному оптимизму. Но в следующем году будут решаться более сложные вопросы, связанные с выборами в Донецке и Луганске, с контролем над границей. Или не решаться.

Что касается общественных настроений, я не вижу оснований для каких-то существенных изменений по сравнению с прошлым годом. Ни в ту, ни в другую сторону. В первую очередь это связано с ситуацией в экономике. Прогнозисты называют разные цифры роста, но все они не очень большие - в пределах двух процентов ВВП. Граждане этого не ощутят. Они же не эксперты, они смотрят не на эти цифры, а на свои зарплаты и на цены в магазинах.

Но и какого-то обвала тоже никто не прогнозирует. Как и каких-то реформ, сравнимых по значимости и непопулярности с пенсионной. Населению бы пенсионную реформу пережить! Кстати, многие, согласно опросам, назвали именно ее главной неприятностью 2019 года, хотя поправки в законодательство были приняты еще в 2018-м... Поэтому вряд ли что-то будут трогать.

Наоборот, мне кажется, попытаются сделать что-то, что людям бы понравилось. Президент ведь сказал правительству, что население пока не видит эффекта от национальных проектов. Значит, есть желание, чтобы этот эффект появился. Словом, я не вижу пока оснований для роста протестных настроений. Какие-то локальные протесты по конкретным поводам, конечно, будут, но чего более масштабного вряд ли стоит ждать.

Проблемы для власти с этой стороны могут появиться в 2021 году, ближе к думской кампании, когда активизируются политики. Парламентские выборы 2016 года удалось спокойно пройти на "крымском факторе", но этого фактора уже нет».