дома нескучно
Как весело и с пользой пережить самоизоляцию

Из воспоминаний о поездке в Армению

9 November 2019

После второго курса Университета в 1979 г родители решили меня вознаградить и купили мне путёвку на 10 дней в Армению. Путёвка за свой счёт. Это моя первая путёвка. 10 дней поездки по всей Армении. Начиналась поездка в столице Армении Ереване. Конечно, я подготовилась, как могла.

Во-первых, я прочитала, что могла о Ереване. Розовый город из вулканического туфа. Вся Армения строит из него. При извлечении из земли он мягок и податлив. Затем становится камнем. Я очень ждала этой встречи с розовым городом. Тогда это было просто красиво. Никакого другого подтекста не было. Из этого туфа делают очень красивые резные камни-хачкары. Хачкары почему-то серые. Они везде. Мне они понравились ещё до поездки.

Мне проинструктировали, что там (вообще на юге) не надо позориться и платить копейка в копейку. За что бы то ни было. Нужно давать больше, чем это стоит. И не ждать сдачу.

Пожалуй, это была вся информация перед отъездом. Но уже это меня вполне устраивало. Интересно.

Из Горького самолёт прилетал в Ереван раньше 6 часов утра. Автобусы-троллейбусы начинают ходить в 6 часов. Нормально. У нас также. Нужно добраться до гостиницы Наири. Не мне одной нужно добраться до этой гостиницы. Подскажут… Все женщины. Никто не знает дороги. Все впервые в Ереване.

В аэропорте спрашивали, как добраться до гостиницы. Показывают общее направление. Тоже нормально. Сбились в небольшую толпушку. Идём все вместе. Выходим на улицу, спрашиваем у первого встречного. Мужчина средних лет сказал, что нужно пройти на остановку. Махнул в сторону остановки. Он пошёл своей дорогой. Развернулся, взял одну из нас за руку и со словами: «Лучше я вас провожу, чтобы не заплутали». Повёл совсем в другом направлении. Ну, после минутной растерянности, идём за ним. Нас же много. Оказалось, что он привёл нас на конечную троллейбуса. Постучал водителю. Тот открыл двери. Он зашёл и по-армянски сказал ему что-то. Тот открыл нам двери. Сказал: «Заходите». Мы к этому времени уже узнали, что в автобусах и троллейбусах там нужно расплачиваться талонами. Мы шли мимо киосков, где ими торговали. Но они открываются много позже 6 часов. Мы бросились к водителю с просьбой продать нам талоны. У нас такое в городе было возможно. Не купил в киоске—продаст водитель. Он рассердился, велел садиться и не спрашивать. «Гостиницу «Наири» я объявлю!» Мы растерянные сели.

Конечно, буквально через остановку вошёл контролёр. Мы дружно бросились ему объяснять, что только прилетели. Киоски закрыты. Талонов у нас НЕТ. Водитель не продал. Мы не виноваты.» Контролёр переспросил: «Он с вас денег не брал?» Мы горестно говорим: «Нет». Контролёр потерял к нам всякий интерес. Выходя из троллейбуса, буркнул: «Гостиница «Наири» следующая. Он объявит».

Вот мы и в гостинице. Там у меня начались непонятки. Сбежался весь персонал. Смотрят мой паспорт и переспрашивают фамилию. Моя фамилия Шеянова. Родители отца из деревни Белавка, что на юге нашей области. Отец в молодости носил кличку «Чёрный». Я пошла в него. И вот персонал строит мне глазки, переспрашивает фамилию и начинает говорить со мной по-армянски. Я в полной растерянности отвечаю, что к сожалению, по-армянски не понимаю. «Да-да, конечно!!!» И снова по-армянски. Позже я узнала, что какой-то национальный герой носил фамилию Шеян или Шиян. Исчез в России. Я понимаю, что отец к этому товарищу не имеет отношения. Но мне явно не верят. Ладно, заселилась…

Пошла гулять по Еревану. На улице продают газированную воду. Очень жарко. Я знаю, что у нас из автомата такая вода с сиропом стоит 3 копейки, от человека 4 копейки. У меня 10 копеек одной монеткой. Вспоминаю напутствие и подаю денежку. Забираю стакан. Выпиваю залпом и иду вдаль по улице. Сзади бежит продавец со сдачей. Догнал, отдал. По всей Армении меня постоянно догоняли и отдавали сдачу до копейки.

По всей Армении, если я спрашивала дорогу у мужчин, меня брали за руку и отводили туда, куда я спрашивала. Некоторые говорили, что потом трудно отвязаться. Пытаются навязать знакомство. Ни разу со мной такого не было. Спрашивать, откуда я, да, спрашивали. Не навязывались никогда. На улицах полно мужчин разного возраста. Было даже неудобно всё время спрашивать мужчин. У нас как-то принято женщине спрашивать у женщины. Пыталась и не только я. Вижу, что идёт с хлебом. Значит, живёт недалеко. Спрашиваю… Либо не ответит, либо на ломаном русском: «Не знаю».

Ездили в троллейбусах-автобусах. Нам уступают место. Очень приятно. На улицах все мужчины предупредительны. Тоже приятно. В Дилижане случился небольшой конфуз. Там были маршрутные такси. Мы ехали втроём. Вместе жили в одном номере, вместе поехали город посмотреть. Дома лепятся к скалам. Крыша общая. Интересно. Оказалось, что мы ещё одну особенность армянской жизни не усвоили. Платили там в этих такси на выходе. Мы заплатили при входе. Ну, думаем, ничего. Нас всё-таки трое—подтвердим, что заплатили, если на выходе будет спрашивать. Но… Машина сломалась. Все выскочили и всё. А нам что делать? Объясняемся с водителем, что раньше заплатили. Я приготовилась морально. Что плакали наши денежки. Водитель, однако, нас заприметил, и деньги вернул. Так за всю поездку мне и не удалось ничего переплатить.

Так получилось, что в большой столовой я была за всё время своей поездки, только в Ереване. Под гостиницей огромный полутёмный зал. Самообслуживание, как во многих столовых у нас. Талончики на питание. Всё знакомо. Особенно это было распространено в столовых при предприятиях. Мы пошли втроём, как нас заселили в номер. Это тоже обычно и привычно и удобно. Взяли подносы. Набираем еду. Едой тоже не удивили. Но вот хлебом… Обычно к обеду я брала два кусочка белого, или серого, или чёрного хлеба. Тут тоже есть такой. Я беру. Всё, как обычно. Подхожу к кассе. Кассир спрашивает: «А хлеба?» Показываю два кусочка и с подносом отхожу. За мной идут молодые парни-армяне. Я не слышала, что они говорили кассиру. Отходят, просто заваленные чем-то. Понимаю, что это—тоже хлеб. Теперь я знаю—это называется толстый лаваш. Молодые люди отходили от кассы просто заваленные лавашом. Смотрю, сели за соседний столик и очень быстро с ним управляются. Потом один очень вежливо обращается ко мне. Как я понимаю, просит хлеба. Один кусочек у меня остался… Я не поняла, он просит как бы за нас взять лаваша в столовой—им не хватило. Охотно соглашаюсь. Идём к кассе. Он говорит кассирше по-русски: «Девочки забыли взять хлеба! Я донесу.» Кассирша смеётся, нагружает его лавашом. Мы возвращаемся к столикам. Его напарники очень рады прибавке хлеба. Нам тоже приятно, что люди едят хлеб, что у них хороший аппетит, что мы могли им помочь, и нам это ничего не стоило.

Что мне очень понравилось в Армении—это обилие фонтанчиков. Все фонтанчики для питья украшены резными камнями-хачкарами. Нам говорили, что резьба означает благодарность. Получается, что, когда к воде наклоняешься, благодаришь.

Ещё мне показалось интересным культ озера Севан. Довольно своеобразно. Все фонтаны, которые есть в моём городе, имеют круглую форму. В Армении все чаши фонтанов в форме озера Севан. Это такая восьмёрка. Интересно.

Пока была в Ереване, всё было нормально. Я горожанка. Это город. Всё в порядке… Поехали по стране. И тут обнаружилась у меня одна странность. Увидела я голые, лишённые растительности скалы и затосковала по лесу. Оказалось, что мне нужно, чтобы надо мной деревья раскачивались. При подъезде к Дилижану увидели на склоне горы ЛЕС. Сказала двум своим спутницам: «Заселяемся в номер и бежим в ЛЕС за гостиницей. Хоть на минутку» Рванули. Там я плакала: это не лес оказался, а сад. Это бы полбеды. Но только издали деревья казались сплошной стеной. Сад на склоне… От дерева до дерева метров 10. Никакого общего полога.

И ещё одна забавная особенность в гостинице в Дилижане. Вообще-то, это была турбаза. Там предлагали «кислородный коктейль на армянских травах». Я после неудачи с «лесом» пошла пообщаться. Девушки защебетали: «чисто армянские травы из чисто армянских гор». Я попросила посмотреть список трав. Сам коктейль мне понравился, и они немного растаяли. «Только вы ничего не поймёте»… Список гласил: зверобой, тысячелистник, ещё что-то такое же знакомое. Я порадовала их ещё раз, сказав, что мне очень понравилось. Это не было враньём.

Ещё одна особенность. Они активно твердили во всех своих городах, что Армения старейшее государство, принявшее христианство, как государственную религию. Поэтому у них полно особенностей. Глава называется Католикос. Иконам не поклоняются. Их пишут с современных детей. Дети действительно красивые.

Всё хорошо, всё красиво. Вот только наш автобус в полном составе ахнул, проезжая мимо площади, на которой было всё: и памятник Ленину (сидящий Ленин), и Вечный огонь, и так любимый в Армении фонтан с чашей в виде озера Севан. Там пацаны лет 12 жгли газеты в Вечном огне, складывая их кучей на коленях Ленина. Автобус ахнул. Представить ТАКОЕ в России было невозможно!! К памятникам у нас было уважительное отношение. А к ВЕЧНОМУ ОГНЮ –как к святыне. Это же уважение к павшим, давшим нам ПРАВО ЖИТЬ. Тогда для нас это было НЕМЫСЛИМО. Водитель и экскурсовод НЕ ОБРАТИЛИ ВНИМАНИЯ. 1979 год. А в наше время в Нижегородском Кремле в Вечный огонь кидают мусор какие-то молодые люди. У нас ещё возмущаются (СЛАВА БОГУ). Но уже находятся такие, что пытаются сказать, что не происходит ничего особенного. НАРОД, ПОТЕРЯВШИЙ ПАМЯТЬ И УВАЖЕНИЕ К СВОИМ ЗАЩИТНИКАМ И ПРЕДКАМ, НЕ СМОЖЕТ ЗАЩИТИТЬ СВОЮ РОДИНУ. Нас ведут к этому…

И ещё… Каждая экскурсия начиналась словами: «Наш народ всю его историю вырезали, поэтому Нам ВСЕ ДОЛЖНЫ»… У нас была группа горьковского формирования. Нам показывали радары, обнаруживающие градобойные облака и скалы с формирующимися лавинами, изготовленные в городе Горьком. Они это знали и это не было для них тайной, как для нас. У нас об этом не принято было распространяться, даже если кто-то работал там. Это приятно, что твой город поминают добрым словом. Но это: «Нас вырезали и НАМ ВСЕ ДОЛЖНЫ»… Уже экскурсии на третьей наша группа просто зарычала: «Мы ВАС ВЫРЕЗАЛИ? ГРИБОЕДОВА ПОТЕРЯЛИ, который ВАС ЗАЩИЩАЛ И СПАСАЛ. НЕ ЗА ВАМИ ЛИ ДОЛЖОК? Вы выжили и сейчас живёте в нашей стране, где вы тоже хозяева. Почему это ВАМ ВСЕ ДОЛЖНЫ?» Экскурсовод смешался. Сойти с проторенной дорожки «НАМ ВСЕ ДОЛЖНЫ» ему было трудно. Но он извинился, сказал, что русские—особый народ… Не думаю, что его экскурсии после этого изменились… «НАМ ВСЕ ДОЛЖНЫ»--не правда ли, знакомая позиция. Это начали выращивать очень давно… Сейчас эту позицию то и дело слышишь от всех бывших СОЮЗНЫХ РЕСПУБЛИК и, к сожалению, не только республик. Из-за этого распался Советский Союз. Если продолжится такое, что русские всем должны—распадётся и Россия. Это наши общие враги здорово придумали: сделать всеобщим должником и виноватым во всех бедах русский народ. Загрызут его изнутри, а затем и с остальными расправятся. Позиция «НАМ ВСЕ ДОЛЖНЫ» делает КАЖДЫЙ НАРОД СЛАБЫМ. Нам бы лучше помнить, что мы СИЛЬНЫ ВМЕСТЕ.

И ещё одна неожиданность в поездке. Там группы идут по одним и тем же маршрутам. Как принято говорить: разного формирования. Следом за нами по всей Армении проехала сборная группа с Украины. Там были и из Одессы, и из Краматорска. «Сборная солянка». Они все очень разговорчивые, дружелюбные. Приезжают следом за нами и нас спрашивают: куда стоит сходить на экскурсии, от каких воздержаться. Из Дилижана организовывали отдельную экскурсию в Тбилиси. Вставать нужно было в 4 часа. Из нашей группы поехали немногие. Украинская группа поехала в полном составе. Всю дорогу пели украинские песни «Тыж мине пидманула». «Одесса-мама»--яркая крашенная блондинка говорила, что знает 100 куплетов. Спели все 200 пока доехали до Тбилиси. Так что домой из Армении я вернулась с хохляцким акцентом. Охотно с ними говорили. Потом выяснилось, что я по незнанию особенностей подобных путёвок заранее взяла билет домой на самолёт на день позже. Меня никто не выкинул из гостиницы в конечном пункте. Просто мой самолёт улетал в 3 часа ночи. Я отчалила из Ленинакана в Эчмиадзин (аэропорт Армении) вместе с украинской группой. Они улетали в разное время. В аэропорту то один из мужчин со мной болтает. Он улетает, другой поддерживает разговор. И только последний, улетая в 1 час ночи, посетовал, что больше у них никого нет. До моего самолёта ещё 2 часа, но, может, я как-нибудь продержусь? Я была изумлена. Я же одна в Армению полететь не побоялась. Чего мне бояться в аэропорту? Он сказал, что они волновались и поэтому по очереди, чтобы мне не наскучить, занимали меня разговорами.

Оставшись одна, я прошлась по аэропорту. Армянская семья прощалась. Молодёжь улетала, бабушка плакала, оставаясь. Бабушка, увидев меня, просто вцепилась и запричитала по-армянски. Понять было несложно. Они молодые. Улетают… Она не уверена, что дождётся их… Я ей искренне сочувствовала. Для этого не нужны ни слова, ни понимания языка. Постояла рядом с ней. Потом она стала что-то спрашивать. Пришлось признаться, что очень ей сочувствую, но не понимаю по-армянски. Я её шокировала, кажется.