6267 subscribers

Газетная фальшь

5,1k full reads

Осенью уже такого далёкого 1987 года к нам в школу пришло откуда-то "сверху" указание провести классные собрания по поводу выходки Константина Кинчева на концерте в Ленинграде. Источником информации была статья из газеты "Смена" под броским заголовком "Алиса" с косой чёлкой".

Газета "Смена" от 22 ноября 1987 года
Газета "Смена" от 22 ноября 1987 года

Уже не помню о чём говорили на собрании и чем всё закончилось. Интерес был в другом: что за песню пел Кинчев, и зачем ему надо было приветствовать Гитлера? Тогда у меня был только магнитоальбом "Энергия", заслушанный вдоль и поперёк и выученный наизусть. Там текста, приписываемого Кинчеву, не было.

Спустя какое-то время альбом "БлокАда" наконец добрался и до нас. Прослушиванию не самой лучшей композиции "Эй, ты, там на том берегу" было посвящено больше времени, чем остальным. Ничего криминального!

Вот таким образом стремление советской журналистики очернить идеологически чуждую музыку лишь подогрело к ней интерес.

Следующий пример. За несколько лет до этого жёсткому разносу подверглись советские композиторы-авангардисты. И опять на страницах газеты. Публикацию "Музыка принадлежит народу" напечатала "Советская культура" в 1979 году.

Газета "Советская культура" от 23 ноября 1979 года
Газета "Советская культура" от 23 ноября 1979 года

Композитор Тихон Николаевич Хренников обвинил "семёрку" молодых композиторов в творческой беспомощности и невыразительности:

Нет-нет, а приходится услышать сочинение написанное только ради необычных тембровых комбинаций и эксцентрических эффектов, в котором музыкальная мысль, если и присутствует, то безнадёжно тонет в потоке неистовых шумов, резких выкриков или невразумительного бормотания. Тут уж не приходится говорить об индивидуальности или эмоциональной окрашенности музыки. И всё это выдаётся за новаторство в искусстве.

Под каток официальной критики тогда попали Елена Фирсова, Дмитрий Смирнов, Александр Кнайфель, Виктор Суслин, Вячеслав Артёмов, София Губайдулина и Эдисон Денисов. Вклад этих композиторов в мировую музыку, безусловно, разный. Кто-то более популярен, кого-то подзабыли. Сегодняшний уровень развития информационных технологий позволяет самостоятельно найти, послушать и оценить их сочинения.
И сделать выводы.

Пьесу "У края пропасти" для семи виолончелей и двух аквафонов София Губайдулина посвятила Виктору Суслину. Под "пропастью" здесь подразумевается пространство виолончели между грифом и подставкой, а основная идея сочинения в первую очередь ассоциируется с предупреждением об Апокалипсисе.

Конечно, статья Хренникова каким-то образом повлияла на судьбы упомянутых в ней композиторов, но все они остались на свободе, их жизни ничего не угрожало. А ведь были годы, когда заметка в "Правде" могла статья и приговором, и некрологом в одном флаконе.

Газета "Правда" от 28 января 1936 года
Газета "Правда" от 28 января 1936 года

Статья вышла через два дня после посещения Сталиным оперы Дмитрия Дмитриевича Шостаковича "Леди Макбет Мценского уезда". Прямым текстом автор статьи угрожает композитору:

Это игра в заумные вещи, которая может кончиться очень плохо.

Газетной публикацией был дан старт широкомасштабной кампании как против композитора, так и всех непокорных. Властям был нужен повод начать закручивать гайки после относительно свободного периода в творчестве. Сама статья похоже была написана заранее. Вот автор утверждает:

Слушателя с первой же минуты ошарашивает в опере нарочито нестройный, сумбурный поток звуков.

А теперь послушайте начало у Шостаковича:

Лиризм в чистом виде. Где нестройный сумбур? Да нет его, как не было "нацистских" приветствий в песне "Алисы". Всё повторяется в нашем мире.

Будем надеяться, что время "газетной фальши" ушло навсегда из нашей жизни вместе с исчезновением самих газет.

Традиционная несмешная байка:

Музыка Сергея Прокофьева к балету "Ромео и Джульетта" поначалу казалась всем настолько непонятной и сложной, что общее собрание коллектива оркестра и балетной труппы Большого театра, состоявшееся за две недели до предполагаемой премьеры, единогласно постановило отменить спектакль - во избежание полного провала. При этом, вслед за одним местным остроумцем, весь театр повторял одну и ту же крылатую фразу:
- Нет повести печальнее на свете, чем музыка Прокофьева в балете ...

Уважаемые читатели и авторы, чтобы всегда быть на плаву в Океане межу Нот, сохраните себе спасательный круг: постоянно пополняющийся публикаций канала.