Контрольный поцелуй в отрубленную голову или страсти при Петре

Мария Даниловна Гамильтон - племянница Петровского сподвижника вошла в число придворных дам царицы Екатерины Алексеевны. Она была красива, обладала хорошими манерами, при дворе быстро сделала карьеру - на службу поступила в 1713 году, а в 1715 у нее уже были свои собственные горничные.

Вместе с ней служили известные "зазнобы" монарха - Матрена Балк, Авдотья Чернышева, княгиня Кантемир и другие. Причем царица Екатерина Алексеевна была обязана высказывать всяческое расположение любовницам Петра, дарить подарки. Утешало ее то, что он после каждого короткого увлечения возвращался к ней - законной жене.

Короля делает свита

Требования к придворным были одинаковы: они должны были обладать приятной внешностью, отменным здоровьем, участвовать в протокольных мероприятиях, много танцевать и пить горячительные напитки. Порой им предлагали одеться в маскарадные платья или шутовские наряды.

Контрольный поцелуй в отрубленную голову или страсти при Петре

Любовь недолгою была

Гамильтон прекрасно справлялась со всеми обязанностями и совсем не возражала, когда Петр I сделал ее своей любовницей, правда, увлечение его было недолгим. Но это ее не огорчало, радостей много в жизни, например, иметь дорогие туалеты, драгоценности, деньги. Порой, с разрешения, а чаще без него она начинает пользоваться вещами и драгоценностями самой императрицы.

Нежеланные дети...

После Петра у Гамильтон было несколько чудесных романов, последствия которых могли отразиться на ее стройном стане. Случалось такое с фрейлинами. Но так как это осуждалось - им приходилось куда-то пристраивать внебрачных детей. Ведь фрейлинами могли быть только незамужние дамы. Матерей-одиночек в те времена не существовало и помощи им ждать было неоткуда (как, впрочем, и сейчас). Поэтому приходилось нашей героине решать проблему с прерыванием беременности. А тогда это в прямом смысле считалось убийством, то есть уголовно наказуемым преступлением (как сейчас стремятся обьявить церковные служители).

Особенную привязанность испытывала Мария Даниловна к государственному денщику Ивану Михайловичу Орлову. Надо отметить, что должность эта была весьма соблазнительной - с нее когда-то начинал свою карьеру князь, фельдмаршал Меньшиков, генерал прокурор Сената Ягужинский. Так что пылкая дама, возможно, таким образом не только шла на поводу у сердца, но и разумно рассчитывала "построить карьеру", ведь других перспектив "продвижения" для женщин тогда не было.

Контрольный поцелуй в отрубленную голову или страсти при Петре

Неисповедимы дороги судьбы

Во время заграничного вояжа Иван и Мария сопровождали царскую свиту. Пока царь и царица путешествовали вместе, Гамильтон была счастлива, она видела своего непутевого любовника, который ее частенько поколачивал, изменял ей, но все-таки был рядом. Чтобы удержать его около себя, она начала "подворовывать" царские деньги и украшения. На любовном фронте, как известно, все средства хороши. Но вот беда! Дорогой беременной государыне стало плохо. Преждевременные роды привели к смерти младенца, и свита Екатерины задержалась в городе Везель.

Когда государыне стало лучше, она со своей свитой приехала к мужу в Голландию. Вояж длился долго, фрейлина с денщиком то встречались, то расставались, то ссорились, то мирились. Но главное - в этой поездке Гамильтон не сразу осознала, что забеременела. Никакие лекарства уже помочь не могли. Решить эту проблему ей было просто необходимо - ведь она камерфрейлина царицы, недопустимо опорочить честь своей дворянской семьи.

Убийство

Срок был большой, пришлось рожать. Родила живого младенца. Служанка ее позже засвидетельствует, что Гамильтон задушила его и потребовала, чтобы ее муж захоронил тело младенца. В те времена подобных случаев было немало, хотя за это карали смертью. Муж горничной, конечно, знал об этом, но понадеялся на русское "авось". Завернул тельце в простынь и оставил у дворцового фонтана. Во дворце переполох, денщик спешит к Марии со своими вопросами, а та - в слезы. Как ты мог подумать, я детей люблю, если бы что-то и было, так я бы пристроила ребенка!

В конце года Гамильтон должна была в составе свиты царицы ехать в Москву, и теперь ей ничто не мешало. А в то время Петр затеял большое следствие по делу его сына - царевича Алексея. Допросы велись с пристрастием. Застенки были переполнены, людей пытали днем и ночью. Не знала наша героиня, что и сама попадет под горячую руку и карающий рок судьбы.

Возможно, пытаясь воспользоваться ситуацией, Гамильтон в это время начинает распускать слухи об Екатерине, та призывает ее к ответу - и ниточка потянулась: найдены украшения, присвоенные Марией, арестован и Иван Орлов, которому неоднократно передавались деньги. Машина тайной канцелярии работала исправно. Боясь за свою жизнь, Иван представил Гамильтон в самом ужасном свете. Она же его "выгораживала", как могла, тем и спасла. Вскрылась и правда об умерщвленном младенце.

Прощальный поцелуй

Екатерина Алексеевна уже простила Марию и вместе с вдовствующей царицей и другими сановниками просила не казнить девушку. Почему государь не проявил милосердия? Может быть, в назидание другим придворным дамам? Может быть он решил, что ребенок был его? Неизвестно.

14 марта 1719 года состоялась публичная казнь. Только что отрубленную голову царь поднял и ...поцеловал!

Контрольный поцелуй в отрубленную голову или страсти при Петре

Затем еще долго объяснял окружающим анатомические особенности строения головы и шеи. Затем он еще раз поцеловал голову своей любовницы и ушел с места казни. Позже, по его приказу голова была заспиртована и помещена на вечное хранение в Академии наук.

Если вам интересны такие эпизоды из жизни женщин в истории - пишите об этом в комментариях, а также подписывайтесь на канал, мы постараемся находить самые интересные моменты из прошлого и предлагать для вашего внимания!