4,5K subscribers

Первый человек. Жизнь Нила Армстронга. Выписки. Часть первая

137 full reads
  • Последний мой пост был - "Старт Аполлона-8". В видео у меня была описка. Я написал "Аполлон-6". Исправить я уже не мог. Поэтому удалил видео, исправил и загрузил снова. Но умный Д3EH счел, что у меня дублируется материал, и сделал его доступным только по прямой ссылке. Мне лень писать работникам Д3EHA и что-то им доказывать, поэтому просто даю эту самую прямую ссылку на видео первых 2.5 минут полета Аполлона-8. Снято четырьмя камерами.

21 декабря 1968 года. Старт Аполлона-8

А теперь к теме. Издательство "Эксмо" в серии "Герои космоса. Лучшие книги о космонавтике" в 2019 году перевело и опубликовало книгу Джеймса Хансена "Первый человек. Жизнь Нила Армстронга". Оригинал вышел в 2005 году: Hansen J.R. "First man (the life of Neil A. Armstrong)"

Обложка книги Джеймса Хансена "Первый человек. Жизнь Нила Армстронга"
Обложка книги Джеймса Хансена "Первый человек. Жизнь Нила Армстронга"

Я прочитал эту книгу и сделал выписки. Так сказать, дайджест наиболее интересных мест. А прочесть книгу может каждый, она в отрытом доступе. В 2018 году перевели и издали книгу Юджина Сернана и Дональда Дэвиса "Последний человек на Луне". Так что российский читатель может прочитать про первого и про последнего человека на Луне.

Итак выписки (для тех, кому лень читать или нет времени):

1951 - первый полет Армстронг совершил на самолете Груммана, в 1969 в лунном модуле Груммана он сел на Луну:

В пятницу 5 января 1951 года Армстронг впервые взлетел на самолете F9F-2B компании Grumman. Этот «захватывающий» полет на Panther, продолжался немногим более часа и стал еще одним из «тех волшебных моментов» в карьере Нила как летчика. «Для меня просто потрясающе оказалось быть на переднем крае, в кабине нового реактивного истребителя».

На обложке книги про Нила Армстронга помещен отпечаток ноги не Армстронга, а Базза Олдрина. Фотографий Армстронга на Луне практически нет. А могли бы быть. Я думаю, это маленькая месть Олдрина за то, что ему не дали стать первым человеком на Луне. Фотокамера была только у Нила, но он ее иногда передавал Олдрину. Олдрин свой отпечаток снял, а Нила нет. Хансен подробно описывает всю подноготную попыток Базза Олдрина стать первым человеком, ступившим на Луну. Не удалось. Обида была. надо полагать, сильная. Как и у Германа Титова. Кто знает и помнит второго? Все знают только первого. Колумба, Гагарина, Армстронга. Олдрин прекрасно это понимал:

«Дик изложил свои планы насчет Apollo 11 и спросил меня, как я отношусь к идее принять Майка Коллинза и База Олдрина в мою команду. Мы немного обсудили этот вопрос, и я не увидел в таком раскладе никаких проблем. Когда Дик заявил, что Баз может быть не всегда самым удобным коллегой, я ответил: “Ну я работаю с ним уже несколько месяцев, и, как мне кажется, с ним все в порядке”. Но я знал, о чем говорил Дик. Потом он заявил, что хотел бы освободить Джима Ловелла для полета на Apollo 11, даже несмотря на то, что это несколько нарушало заведенный порядок, но он мог пойти на такой шаг, только если бы я решил, что это надо сделать. Я был бы счастлив полететь вместе с Ловеллом. Джим очень надежный парень, очень уравновешенный и устойчивый, в котором я был крепко уверен. Это оказалось бы очень необычно для работавшей схемы назначений в летный экипаж, но Дик сказал, что не исключает варианта, при котором мой экипаж будет состоять из Джима Ловелла и Майка Коллинза».
...
Армстронг взял сутки на размышление перед тем, как дать Дику окончательный ответ. К этому времени экипаж, в котором Джим Ловелл выполнял обязанности пилота командного модуля, оказался на окололунной орбите. Ловелл так никогда и не узнал, что, если бы Армстронг передумал, он мог стать членом экипажа Apollo 11. «Джим уже командовал Gemini XII, — рассуждал Армстронг, — и я решил, что он заслуживает сам быть командиром. Мне казалось, я не имею права становиться выше Ловелла по субординации, и в результате ему выпало лететь на Apollo 13. До нынешнего дня он ничего не знает об этом. Я никому никогда не рассказывал раньше о моих разговорах со Слейтоном. Насколько я знаю, и Баз об этом ничего не знает».
...
4 января 1969 года Слейтон вызвал База Олдрина и Майка Коллинза в свой кабинет, где уже находился Армстронг, и сказал им, что они теперь в составе основного экипажа Apollo 11. Дик заявил, что «может так сложиться, что ваш полет станет первой попыткой высадки на Луну». Затем он добавил, что хочет, чтобы они готовились к полету, исходя из предположения, что посадка состоится, с тем чтобы, если так и будет, они были бы полностью готовы выполнить
...
Первый вопрос, который репортеры задали на пресс-конференции в Хьюстоне 9 января 1969 года экипажу Apollo 11, касался главного: «Джентльмены, кто из вас станет первым человеком, который ступит на лунную поверхность?» Дик Слейтон вмешался и ответил за астронавтов: «Я думаю, что мы еще не решили этот вопрос. Мы провели большое количество имитационных тренировок, и я думаю, то, кто именно из них первым выйдет наружу, будет зависеть от результатов дальнейших тренировок, которые проведет этот экипаж».

Нельзя обойти стороной и столь любимую тему операции Майкла Коллинза:

Следующим назначением Майка в летный экипаж была роль дублера для Уолта Каннингема на второй планировавшейся экспедиции Apollo. Когда после пожара на стартовой площадке планы оказались в значительной степени пересмотрены, Коллинзу предстояло стать пилотом командного модуля в полете, который тогда носил обозначение Apollo 8. Однако ему пришлось ложиться на операцию для устранения костной шпоры в канале спинного мозга, и в экипаже его заменил Джим Ловелл. Благодаря тому что Майку удалось быстро восстановиться после медицинского вмешательства, он попал в один экипаж с Армстронгом и Олдрином на Apollo

Наверное, некоторые думают - астронавты Аполлона сели в ракету и потом автоматически опустились на Луну, где играли в гольф, катались на лунном багги и падали в пыль, чтобы повеселить телезрителей на Земле. На самом деле экипаж Аполлона-11 готовился к полету очень напряженно:

Армстронг, Коллинз и Олдрин тренировались по четырнадцать часов в сутки, шесть дней в неделю на протяжении шести полных месяцев подряд. Часто они работали и дополнительных восемь часов в воскресенье.
Начиная с 15 января 1969 года по 15 июля 1969 года — этот день предшествовал запуску — экипаж Apollo 11 провел 3521 час за тренировками. Это соответствует в среднем 126 часам в неделю, или 42 часам на каждого члена экипажа в отдельных тренировочных программах и упражнениях. Примерно еще 20 часов в неделю занимали обсуждения и размышления над планами экспедиции и процедурами полета, разговоры с коллегами, поездки к тренировочным объектам и другая рутинная работа. Армстронг и Олдрин набрали по 1298 и 1297 индивидуальных часов тренировок соответственно, а у Коллинза было примерно на 370 часов меньше. Половину своего времени подготовки он провел в тренажере CSM (командно-сервисного модуля), в котором работал физически отдельно от Армстронга и Олдрина. С другой стороны, почти не было таких часов, когда Нил и Баз не работали бы плечом к плечу. Почти треть их подготовительного времени прошла в тесноте тренажера лунного модуля LM.
Важнейшей, первейшей целью Apollo 11 было выполнить посадку на Луну. Тренировки по действиям на самой лунной поверхности занимали лишь 14 % подготовительного времени астронавтов. В рамках этого курса Армстронг и Олдрин учились собирать геологические образцы и устанавливать на Луне оборудование для запланированных экспериментов, а также осваивали обращение со скафандрами Extravehicular Mobile Unit или EMU[77]. Эта важнейшая единица оборудования состояла из защитного облачения и снаряжения, которое следовало носить с собой во время работы на поверхности Луны. Во время тренировок с EMU астронавты оценивали работу каждой части этого комплекта.
«Мы практиковались в работе на поверхности до тех пор, пока не стали достаточно уверены в том, что можем выполнить запланированную задачу, — отмечал Армстронг. — Если оценивать по десятибалльной шкале сложность работы на финальном участке спуска и посадки как девять, то деятельность на поверхности я бы оценил в два балла. Нельзя сказать, что она не влекла за собой серьезных рисков, потому что они все-таки были. Безусловно, мы полностью полагались на то, что наши скафандры останутся целыми, и значительное беспокойство вызывал контроль температурного режима — не станем ли мы перегреваться, потому что на поверхности Луны должно было быть тепло, свыше 93,3 °C. Часть наших тренировок по выходу мы провели в барокамере с имитацией температурной нагрузки, и скафандры справлялись. Поэтому мы достигли определенной уверенности в том, что они будут работать нормально. Опасения вызывали лишь неизвестные факторы, которые мы не могли имитировать, потому что не знали их природу. В конце концов, оказалось что наши наземные тренировки близко совпадали с условиями на Луне, хотя условия лунной силы тяжести повторить было нельзя».

Не забывали и про курсы геологии:

Начиная с самого отбора «Новой девятки» в 1962 году, «каждый из нас несколько лет изучал вводный курс геологии. У нас были отличные преподаватели, которые много знали об астрогеологии и селенологии — науке об изучении Луны астрономическими средствами. Мы ездили на Гавайи и в Исландию — отличные места, чтобы заняться изучением вулканических пород. Предполагалось, что на Луне мы в основном столкнемся с тектоническими отложениями или остатками вулканических и тектонических лавовых потоков — или чем-то подобным. Очень хотелось припрятать кусочек известняка и взять его с собой на Apollo 11, а потом, вернувшись, предъявить его как найденный образец. Это не оставило бы камня на камне от множества теорий! Но мы не стали так поступать».

Они еще и фотографировать учились. И вот еще немного статистики:

Во время тренировок при подготовке к полету Apollo 11 Армстронг провел 164 часа в тренажере CSM, и это составляло лишь треть от того времени, которое пробыл в нем Коллинз, пилот командного модуля. Естественно, учитывая его основные обязанности в этой экспедиции, Нил провел значительно больше времени, отрабатывая навыки посадки на Луну, — 383 часа в тренажере LM, плюс 34 часа в летающем аппарате LLTV или в Сооружении для исследования проблем прилунения (LLRF): общим числом 417 часов тренировок по посадкам на Луну. Его полный итог тренажерного времени, 581 час, равняется более чем 72 рабочим дням, то есть свыше десяти недель восьмичасовых смен на тренажере. Олдрин отработал на 11 часов больше в имитаторе командного модуля и на 28 часов больше в тренажере LM, чем Нил. В отличие от Армстронга, Баз не летал на LLTV и не пользовался сооружением LLRF во время шестимесячной подготовки к экспедиции Apollo 11. «Тренажеры-симуляторы стараются построить как можно более похожими по поведению на реальный аппарат, но они никогда не достигают того уровня реализма, который позволяет сказать, что на нем лететь так же легко, как на настоящей машине. Те люди, что не были на протяжении своей карьеры связаны с разработкой тренажеров, пользуясь ими, обычно просто стараются “выиграть” Их цель — пилотировать все время как можно лучше, и они избегают создаваемых самим тренажером проблем. Я действовал наоборот. Я активно старался спровоцировать тренажер-симулятор на проявление проблем, чтобы я мог обнаружить причину их возникновения и научиться на этом опыте. Уверен, что кое-кто из парней знал о том, что я делаю», — по крайней мере, многие об этом узнали после довольно неприглядного инцидента в одном из тренировочных «прогонов» на имитаторе LM, многого стоившего Нилу.
Это были самые интенсивные тренировки, с которыми мне приходилось сталкиваться, и им следовало быть такими. Высадка на Луну являлась проектом большего масштаба и размаха, с большим количеством вовлеченных в него людей, чем все проекты, в которых кто-либо из нас участвовал раньше».

Когда начался предстартовый карантин?

Экипаж переселился в отведенный для них жилой корпус на мысе Кеннеди 26 июня. С первым боем часов в полночь 27-го начался тренировочный обратный отсчет длительностью в одну неделю перед репетицией старта. Имитация запуска произошла 3 июля точно в 9:32 восточного времени — столько же будет на часах и во время реального старта. До того как началось испытание, троих мужчин поместили под строгий медицинский карантин, который должен был начинаться за две недели до старта и продолжаться еще три недели после завершения полета. Так сделали, чтобы ограничить вероятность занесения в организм астронавтов инфекций. Главный врач отряда астронавтов доктор Чарльз Берри устроил им последний медосмотр с головы до пят в день начала репетиции обратного отсчета.

5 июля 1969 года - предполетная пресс конференция:

5 июля экипаж Apollo 11 возвратился в Хьюстон из Флориды для участия в дне общения со СМИ. Сначала состоялась пресс-конференция. После этого у астронавтов брали интервью радиовещательные компании, корреспонденты различных журналов, а три телевизионных гиганта по очереди провели прямые эфиры с их участием. До вечера этого дня троим мужчинам пришлось выдержать четырнадцать часов кряду, отвечая на вопросы нескольких сотен репортеров со всего мира. Армстронг, Коллинз и Олдрин явились на пресс-конференцию, одетые в противогазы. Три астронавта, поднимаясь на сцену, ухмылялись, зная, какой у них сейчас дурацкий вид. Нил, Майк и Баз уселись в закрытом с трех сторон пластиковом ящике примерно четырехметровой ширины. Чтобы гарантировать, что никакая зараза не попадет от журналистов в тот воздух, которым они дышали, вентиляторы, установленные на задней стороне кабинки, гнали воздух от экипажа Apollo в сторону аудитории.
Пресс-конференция 5 июля 1969 года
Пресс-конференция 5 июля 1969 года

И вот день старта:

Для Армстронга, Коллинза и Олдрина путь в космос начался в помещении предстартовой подготовки экипажа за три с половиной часа до старта, вскоре после шести часов утра, когда техники надели шлемы астронавтов, защелкнув замки разъемных колец вокруг шеи каждого астронавта. С этого момента экипаж первой лунной экспедиции прекратил дышать обычным воздухом Земли. Они перестали слышать человеческие голоса, отсеченные барьером скафандра, иначе, чем по электронной системе связи. Они смотрели на мир лишь сквозь глянец прозрачных забрал гермошлемов и не могли слышать, осязать, обонять и чувствовать вкус ничего, кроме тех субстанций, которые современная техника производила для них внутри индивидуальных защитных коконов.

Кто первым вошел в корабль Аполлон-11?

Первый астронавт, вошедший в космический корабль Columbia в утро старта, был не Армстронгом, не Коллинзом и не Олдрином, а Фредом Хейзом, дублером Олдрина в качестве пилота лунного модуля. Фред явился сюда на девяносто минут раньше основного экипажа, чтобы выполнить от начала до конца пошаговую инструкцию длиной в 417 команд, которая была предназначена гарантировать, что каждый из кабинных переключателей и регуляторов окажется в правильной позиции. В 6:54 Хейз и другие участники «провожающей команды» дали свое «добро» на готовность корабля.

А потом уже рассаживаются астронавты. Ну и еще немного об операции Коллинза:

Коллинз, пилот командного модуля, устроился на правом сиденье, а за ним последовал пилот лунного модуля Олдрин, севший в центре (Олдрин помещался в центральном сиденье потому, что он тренировался лететь в этой позиции на Apollo 8. Коллинз не участвовал в тренировках из-за операции по удалению костной шпоры в шейном отделе позвоночника, поэтому, вместо того чтобы переучивать База процедуре вывода на орбиту по-новому, NASA решило тренировать Майка на работу в правом сиденье).

Я всегда был уверен, что космонавты это те люди, которым не ведомо понятие "морская болезнь". Но оказывается, что есть еще и космическая болезнь. ее впервые испытал на селе Герман Титов, который мужественно сообщил о ней на Землю. Тошнило и Франка Бормана (Аполлон-8) и Рассела Швайкарта (Аполлон-9). Вероятно, и Валентина Терешкова три дня мучилась на орбите от космической болезни. А вот экипажу Аполлона-11 повезло:

По словам Нила, «было большой удачей, что ни у кого из экипажа на протяжении всего полета не началось расстройство здоровья. Некоторые, как считалось, обладатели железных желудков все равно становились жертвами космической болезни. Никто тогда в точности не знал, что ее провоцирует. Медики-исследователи пробовали различные средства против нее». Он сам с возрастом избавился от детской склонности к головокружению, хотя во время выполнения приемов высшего пилотажа мог почувствовать тошноту. Однако интересно заметить, что подверженность космической болезни не соотносится напрямую со склонностью к морской болезни и укачиванию на Земле.

Полтора витка по орбите вокруг Земли и в путь - к Луне!

Когда корабль подошел к точке отлетного маневра через половину его второго околоземного витка, запрограммированная последовательность команд запустила двигатель третьей ступени носителя Saturn в последний раз, и Apollo 11 начал разгон до «скорости убегания». Длительность отлетного импульса составила чуть меньше шести минут. В момент зажигания корабль находился над Тихим океаном; в 140 км под ним по кругу двигался строй самолетов КС-135 — бывших летающих заправщиков военно-воздушных сил, которые теперь несли большое количество электронного оборудования и предназначались для передачи данных телеметрии с борта корабля в Хьюстон. Эти данные говорили, что Saturn V справился со своей задачей хорошо и теперь связка удалялась от Земли со скоростью 9,5 км/с — значительно быстрее винтовочной пули.

А теперь самая интересная тема, которая не оставит равнодушным никого из конспирологов - космический туалет!

Сняв наконец космическое облачение, астронавты с облегчением избавились от устройств, приделанных к интимным местам. Поскольку у астронавтов могла возникнуть как малая, так и большая нужда до того момента, когда стало бы возможным снять скафандр, специальные ассенизационные устройства были закреплены на их телах до надевания скафандров. Олдрин вспоминал эти прозаические детали так: «Мы смазывали наши задницы специальным кремом и надевали на них то, что по-научному называлось фекально-изолирующим снаряжением». По сути, усовершенствованный подгузник уменьшал до минимума вонь от испорченного белья, а крем защищал тела мужчин, уменьшая эффект раздражения. Чтобы космические путешественники могли мочиться, их снабдили похожими на устройства для медицинской профилактики шлангами, которые вели к мешкам-сборникам, напоминавшим бикини и крепившимся на бедрах. Во избежание утечек катетер с насадкой-кондомом должен был прилегать как можно плотнее, и выяснявшаяся при этом нелицеприятная правда о размерах мужского оборудования становилась поводом для шуток, которыми обменивались астронавты в своей компании. Помытым и переодетым в свежее белье и комбинезоны, им стало легче удовлетворять естественные нужды. Фекалии помещались в специальные контейнеры, а мочу сбрасывали за борт корабля в открытый космос.

Чем и как астронавты питались во время своего полета на Луну?

Затем астронавтам пришло время поесть. Они должны были потреблять достаточное количество воды и от 1700 до 2500 калорий в день. Еще до своего первого обеда, который по расписанию должен был состояться во второй половине первого полетного дня после увода S-IVB и снятия скафандров, экипаж перекусил сандвичами с различными наполнителями из тюбиков. В бортовой буфетной имелись арахисовые кубики, карамельные конфеты, кусочки бекона и сухофрукты.
Впервые в истории американской лунной программы в меню напитков были не только вода и сок, но и вдоволь кофе. По двум двухметровым шлангам, которые вели к раздаточным краникам, подавалась холодная и горячая вода. На концах шлангов имелись штуцеры пистолетного типа с кнопкой. Если астронавт хотел пить, он вставлял штуцер в рот, нажимал на кнопку, и его рот наполнялся водой. Если же ему надо было приготовить еду, он вставлял штуцер шланга горячей воды в пластиковый пакет с дегидратированной пищей и трижды брызгал внутрь. Потом пакет следовало размять, содержимое становилось съедобным, и его можно было высосать через трубочку. К сожалению, устройство, предназначенное для удаления водорода, растворенного в воде, работало не слишком хорошо. Довольно большое количество газа попадало в еду, отчего астронавтов пучило и они испытывали проблемы с кишечными газами. Олдрин шутил по этому поводу, что ситуация с газами была настолько плоха, «что мы могли вообще отключить ЖРД ориентации и справляться с их работой сами».
Паек оказался достаточно питательным, пусть и довольно безвкусным. Рагу из индейки в соусе и с гарниром перемешали с горячей водой и ели ложками. «Влажные упаковки» с продуктами употребляли как есть, включая ветчину и картофельное пюре. Иногда все члены экипажа если одно и то же, например на второй день полета, когда все питались хот-догами, яблочным муссом, шоколадным пудингом и цитрусовым соком. В другое время, наоборот, у каждого имелся индивидуальный рацион. Любимым блюдом Нила были спагетти в мясном соусе, гратен из картофеля, нарезанный кубиками ананасовый пирог и виноградный фруктовый лед.

И немного о конкурентах в борьбе за Луну - АМС "Луна-15" и испытание ракеты Н1:

Первая новость касалась полета советской автоматической межпланетной станции «Луна-15». Согласно тому, о чем рассказали астронавтам, космический робот из Советского Союза только что достиг Луны и начал кружить вокруг нее. В последней отчаянной попытке сорвать ожидаемый эффект от прилунения американской пилотируемой экспедиции 13 июля, за трое суток до старта Apollo 11, Советы запустили маленький непилотируемый аппарат; его задачей было не просто сесть на Луну, но еще и добыть образец лунного грунта и доставить на Землю до того, как Apollo 11 возвратится. Газеты в США выходили с аналитическими статьями, где писалось о том, что русские нарочно стараются переиграть Америку со своим «таинственным зондом», и (неверно) предполагали, что они с его помощью могут попытаться создать технические проблемы для американской экспедиции. Руководители космической отрасли США и в самом деле беспокоились, что советская активность около Луны и сеансы связи с «Луной-15» могут вызвать проблемы в сеансах связи с Apollo, поскольку в прошлом уже случалось, что радиостанции СССР работали на частотах, использующихся NASA, или вблизи этих диапазонов.
Лишь много лет спустя стало известно, что за девять дней до запуска «Луны-15» на космодроме Байконур в Казахской ССР 3 июля 1969 года произошел самый мощный в истории космонавтики взрыв ракеты на стартовом устройстве. В этот день Советы проводили испытание собственной лунной ракеты: исполинского носителя под названием Н-1. Если бы беспилотный испытательный пуск Н-1 окончился успехом, СССР был готов полностью разворачивать свою глубоко засекреченную программу пилотируемых полетов на Луну. Через считаные секунды после пуска ракета Н-1 рухнула обратно на стартовый стол и взорвалась — по некоторым оценкам, мощность взрыва равнялась 250 тоннам в тротиловом эквиваленте. Каким-то образом никто не погиб. Лишь в ноябре 1969 года слухи о происшествии в Советском Союзе стали появляться в западной прессе; к этому времени американская разведка узнала о нем по снимкам спутников-шпионов. Авария Н-1 предрешила конец советской лунной программы. До самого падения Советского Союза в августе 1991 года ее участники не признавали, что такая программа вообще существовала, не говоря уже о подтверждении факта такой аварии.

НЛО - куда же без него в те годы. Это сейчас молодежь даже не знает, что это такое, а тогда это было очень популярно. НЛО видели постоянно и постоянно их фотографировали. А что же с астронавтами?

Невозможно говорить об Apollo 11 и не коснуться события, которое в позднейших пересказах превратилось в историю о том, как команда корабля видела НЛО. Если верить этим пересказам, астронавты увидели нечто такое, что не смогли опознать, и это были то ли таинственные огни, то ли настоящие космические корабли, летящие строем. Как часто случается с самыми невероятными историями, в ее основе есть зерно правды. Первое заявление о том, что экипаж Apollo 11 наблюдал НЛО, относится к раннему моменту в первый день полета, когда начинался импульс вывода на отлетную траекторию — в этот момент астронавты увидели какие-то вспышки в окне № 5. Астронавты ничего не доложили на Землю о вспыхивающих огнях, даже несмотря на то, что, как вспоминал Олдрин, такие вспышки повторялись «как минимум два или три раза в разное время», и не только по пути к Луне. Феномен вспыхивающих огней был таким необычным, что NASA предупредило следующий экипаж о нем. И когда Apollo 12 отправился в полет, они тоже увидели эти искры или огоньки. Мало того, возвратившись, астронавты заявили так: «А знаете что? Мы их видим даже с закрытыми глазами!» Оказалось, что вспышки представляют собой явление, которое происходит в особенно глубокой темноте космоса внутри человеческого глазного яблока. Существует определенный оптический порог, привязанный к некоему психологическому порогу, когда человек должен захотеть присмотреться и увидеть вспыхивающие огни, или он не увидит ничего. Эксперты теперь сумели объяснить, что у некоторых астронавтов столь низкий порог чувствительности, что они видят такие вспышки даже на относительно низких орбитах вдали от радиационных поясов Ван Аллена.

Цвет Луны... После книг Билла Кейсинга и Ральфа Рене тема цвета Луны очень востребована среди определенной категории знатоков космонавтики. И главный вопрос - серая она или коричневая?

Следуя по окололунной орбите, путешественники пытались решить неформальный спор, который возник во время двух предыдущих экспедиций, когда корабли выходили на орбиту Луны. Экипажу Apollo 8 поверхность Луны показалась серого цвета, а для астронавтов Apollo 10 она выглядела скорее коричневой. Теперь, когда у них возник шанс это сделать, Нил, Майк и Баз хотели отыскать истину. «Цветом как гипс», — заметил Коллинз еще до момента выхода на орбиту. «Что ж, мой голос в пользу экипажа десятого», — заявил Олдрин вскоре после маневра. «Выглядит рыжеватой», — сказал Армстронг. «Но, когда я в первый раз увидел ее, а солнце светило под другим углом, она действительно была серой», — продолжил Баз, и его товарищи согласились, хотя и не прекращали разглагольствовать о цвете Луны еще несколько следующих витков по орбите. В конце концов это противоречие разрешилось с ничейным исходом. Все зависело от условий освещения. Цвет Луны менялся ежечасно от угольно-черного на рассвете или закате до розовато-бежевого в полдень.

О телевизионных трансляциях во время полета на Луну я уже писал. Вот одна из них:

Первая телепередача с борта Apollo 11, находящегося на окололунной орбите, началась в 15:56 по восточному летнему времени. Поскольку была июльская суббота, многие американцы начали смотреть трансляцию по окончании игры недели на канале NBC, где сошлись две бейсбольные команды: балтиморские «Ориолс» и бостонские «Ред-Сокс». При том что по плану астронавтам следовало выполнить импульс скругления орбиты в 17:44 времени восточного побережья в тот же день, они не очень рвались играть роль звезд телеэкрана; вообще, если бы их предпочтения принимались во внимание, они лучше обошлись бы без этого телевизионного шоу вовсе.
Трансляция длилась тридцать пять минут. Направив телекамеру сначала сквозь бортовое окно, потом, когда корабль, двигаясь с запада на восток, прошел примерно 160 км над Луной, уже через иллюминатор в люке кабины, астронавты провели для телезрителей всего мира небольшую экскурсию по видимой стороне Луны. Они рассказывали о деталях рельефа, расположенных вдоль пути, которым Нилу и Базу предстояло пролететь на LM менее чем через двадцать четыре часа. Нил указал место, где начнется снижение с торможением двигателем, а затем Коллинз и Олдрин наперебой стали рассказывать о каждой заметной детали рельефа, которая могла бы послужить Eagle указателем по пути к точке прилунения: двойной пик горы Мэрилин, названной так Джимом Ловеллом во время полета Apollo 8 в честь его жены; большой кратер Маскелайн; невысокие холмики, которым дали названия Бутхилл и Дьюк-Айленд и над которыми лунный модуль должен был промчаться через двадцать секунд от начала спуска; борозды, прозванные Сайдуиндер и Дайэмондбэк потому что они извивались, как пустынные змеи; дальше следовали Впадины, за ними Последний хребет и, наконец, сама точка прилунения в Море Спокойствия, которая в этот момент еще оставалась почти погруженной в темноту

А теперь облачение в лунный скафандр в тесной кабине лунного модуля:

Облачение в гермокостюм всегда выполняется в комической практике тщательно, но в это утро прилунения астронавты занимались им особенно дотошно. Нилу и Базу предстояло провести в скафандрах более тридцати часов. Первой частью снаряжения, которую они осторожно натянули на свои тела, было нательное белье с водяным охлаждением. Оно напоминало длинные панталоны и представляло собой сетку из сотен маленьких гибких прозрачных трубочек из пластика. На Луне подаваемая из системы охлаждения вода будет циркулировать по этим трубкам, но до этого момента было еще далеко, а тугое исподнее уже добавляло изрядно дискомфорта облачавшимся для работы в открытом космосе путешественникам. Олдрин отправился внутрь лунного модуля одетым лишь в белье, потому что хотел выполнить ряд начальных проверок оборудования. Через полчаса к нему пробрался уже полностью в скафандре Армстронг. Когда Нил занял место в лунном модуле, Баз вернулся в навигационную нишу CSM, чтобы закончить собственный процесс облачения, а затем, не задерживаясь, снова вошел в LM. Они с Нилом закрыли люк переходного тоннеля со своей стороны, а Майк со своей.

Для меня одним из самых главных доказательств прилунения являются непрерывные записи на 16 мм кинокамеру предпосадочного снижения. Взаимное расположение кратеров как дактилоскопия. Поделать ее невозможно.

Перед тем как Eagle начал свой путь вниз, астронавты включили снимавшую на шестнадцатимиллиметровую пленку кинокамеру, установленную рядом с Базом напротив правого окна. Она была направлена вперед и вниз, и ей предстояло заснять каждый метр исторического спуска к Луне.

И, наконец, прилунение:

И вот Армстронгу стало видно, что находится позади кратера, а успех посадки LM теперь всецело и прямо зависел только от его мастерства пилотирования. Именно здесь пригодились навыки, выработанные Нилом во время тренировок на LLTV, потому что ему требовалось не просто зависнуть и опустить лунный модуль на поверхность вертикально вниз, но пролететь горизонтально на довольно большой скорости еще около 460 м. «Когда я учился на Тренировочном аппарате для отработки лунной посадки, я выполнял подобные этому маневры. Мне следовало использовать ту же методику для перемещения над поверхностью по горизонтали. Если бы у меня было немного больше опыта с нынешней машиной, я мог бы смелее и быстрее преодолеть этот кратер, но мне казалось неблагоразумным прибегать к очень сильным поворотам по осям ориентации. Я просто не располагал достаточным летным опытом на данной машине в этих условиях, чтобы предугадать, как она отреагирует на воздействие и насколько мне самому будет удобно ею управлять. Но, к счастью, LM летел лучше, чем я ожидал. Так что я точно мог бы заставить его побыстрее убраться из опасной зоны в более благоприятную и сэкономить нам побольше топлива».
Прилунение было настолько нежным и мягким, что астронавты не сразу поняли, что они действительно сели. «Я не почувствовал никакого рывка модуля вперед или в сторону в стремлении перевернуться, — утверждал Нил. — Он просто сел, как вертолет». По-настоящему было бы лучше садиться несколько более жестко, как это потом делалось в следующих экспедициях Apollo. «Обычно стремишься совершить как можно более мягкую посадку, — объяснял Нил, — но если бы мы сели жестче, то тогда сработали бы зажимы на опорах и в амортизаторах сжалось бы больше амортизирующей пластиковой пены, и днище модуля оказалось бы ближе к грунту, и нам не пришлось бы так высоко спрыгивать с последней ступеньки лестницы и запрыгивать обратно. Так что, вероятно, был резон в том, чтобы садиться более жестко».
Сегодня нам становится понятно, что запас топлива в посадочной ступени Eagle не был таким маленьким, как все время считал ЦУП — или как представляют это историки. Анализ данных после полета показал, что после прилунения у Армстронга и Олдрина было 350 кг топлива в общем остатке. Из этого общего количества около 45 кг еще можно было использовать. Их хватило бы примерно на 50 секунд зависания с работающим двигателем. Этот полезный остаток топлива примерно на 225 кг меньше, чем оставалось в посадочных ступенях каждой из пяти последовавших экспедиций Apollo.
Прилунение состоялось в 16:17:39 летнего времени восточных штатов США в воскресенье, 20 июля 1969 года (20:17:39 среднего Гринвичского времени). Именно тогда человечество поняло, что посадка прошла благополучно — по телевизору Кронкайт воскликнул: «Вот это да! Человек на Луне!» — и как взрыв начался всеобщий триумф. Как и Кронкайт, люди повсюду почувствовали огромное эмоциональное облегчение. Кто-то сидел, не в силах вымолвить ни слова, другие устроили овацию. Люди смеялись и плакали от радости. Они кричали, вопили, свистели и визжали от восторга. Все кинулись друг к другу пожимать руки, обниматься, празднующие наполняли бокалы и провозглашали тосты. Верующие возносили молитвы. В разных уголках мира стали говорить: «Что ж, американцы действительно сделали это». Естественно, что в Соединенных Штатах чувство гордости за такое великое достижение было особым. Даже недовольные государством, как, например, многие в период Вьетнамской войны, чувствовали, что посадка на Луну стала невероятным, из ряда вон выходящим событием.