Комплектование рядового состава и офицерского корпуса кизлярского гарнизона (до проведения гарнизонной реформы 19 апреля 1764 г.

3 days ago

Гарунова Н.Н.

Северный Кавказ в целом является регионом, где в течение XVI-XIX вв. происходил многомерный и многосложный процесс вовлечения народов региона в сферу влияния, деятельности, а затем и власти Российской империи. К одному из важных вопросов в этом длительном, сложном и неоднозначном процессе утверждения Российской империи на Северном Кавказе следует отнести нахождение здесь российской императорской армии. Несмотря на, казалось бы, значительные успехи в исследовании военной истории XVIII века, проблемы отдельных военных гарнизонов, их становления и комплектования далеки от разрешения и часто предстают в искаженном свете. История, состав и численность гарнизонов, а также артиллерийское и тыловое их оснащение на Северо-Восточном Кавказе, в том числе в Кизлярском гарнизоне, до сих пор остаются недостаточно изученными аспектами истории России.

Кизляр как «русская столица на Кавказе» имел достаточно большой гарнизон, комплектация которого проходила согласно нормативных документов, принятых в российской императорской армии. Основным источником комплектования был рекрутский набор, хотя по документам можно проследить и другие источники пополнения личного состава. Обычно в Россию от каждого полка отправлялась с определенным количеством солдат воинская команда, состоящая из обер-офицера, унтер-офицеров, капралов и рядовых. В регламенте отмечалось, «чтобы по числу принимаемых рекрут “не менее быть могло как на всякое капральство по 4 человека”». Рекрут брали в губернских и провинциальных городах, причем главным критерием для крепких и здоровых молодых людей от 20 до 30-35 лет был «рост 2 аршина 4 вершка». Принятых рекрут приводили к присяге по военному артикулу и расписывали по артелям, при этом в артели должны были находиться по 8 человек. В регламенте отмечалось: «рекрут поручали круговой поруке, чтобы они из службы не убегали и смотрели друг за другом, и учреждали за ними пристойные караулы».

Рекрутам выплачивали денежное и хлебное жалованье «против солдатской нормы по третям года и до определения в полки, жалованье с мясными деньгами производилось по окладу полевых солдат. Для содержания рекрут выделялись рекрутские деньги, собираемые в ходе подушного сбора с населения доимочных денег». По дороге в Кизляр провиант для рекрут брали из местных магазинов, если магазинов не было, то провиант покупался по настоящей цене. По указу императрицы от 27 июня 1740 г. было предписано находящихся в Кизляре рекрутов в первый год «к тяжелым и изнурительным работам не привлекать, а наоборот, с еще большим прилежанием обучать рекрут военной экзерциции под присмотром оберунтер-офицеров, и готовить их к овладению солдатской должности и привлекать в качестве наставников (учителей) старых солдат и еженедельно им читать военный артикул».

По требованиям военной коллегии предписывалось иметь «обстоятельный журнал» или «поденную за-писку», куда записывались события каждого дня и ночи, а также все, что произошло в солдатской среде. Проведение рекрутского набора строго регламентировалось присылаемыми из Военной коллегии инструк-циями. По неполным архивным данным, в Кизляр было прислано: в 1743 г. — 81 чел., в 1746 г. — 1230 чел., в 1747 г. — 211 чел., в 1754 г. — 102 чел., в 1755 г. — 193 чел., в 1781 г. — 168 чел., в 1795 г. — 222 чел., в 1798 г. — 555 чел. По архивным данным возможно проследить название городов и губерний, из которых в Кизлярский гарнизон присылались рекруты: Астрахань, Царицын, Пенза, Казанская и Тамбовская губернии, Симбирская провинция, в период с начала 90-х гг. — и из самого Кизляра. Рекрутами пополнялись кроме солдат — группы извозчиков и денщиков.

Гарнизон Кизляра комплектовался и из других источников. Среди них большую роль играло пополнение полков за счет принятия на службу Ея Величества солдатских детей. Отец, чтобы зачислить своего сына в свой полк, подавал челобитную на имя императрицы. Иногда солдатские дети подавали челобитные с просьбой зачислить их в полк, где служили их отцы, — так, например, «в январе 1749 г. солдатский сын Михаил Никифорович Никифоров подал челобитную с просьбой зачисления его в Куринский пехотный полк».

Следующим по значимости источником комплектования было зачисление в состав гарнизонных войск выпускников гарнизонных школ. Так, например, в мае 1783 г. в Кабардинский пехотный полк определены 9 человек солдатских детей из Кизлярской школы. 20 марта 1791 г. в первый кизлярский батальон из школь-ников в солдаты переведен Андрей Никифоров. Кроме того, солдаты комплектовались из числа дворовых людей, ямщиков, числа дворянских недорослей (обер, унтер-офицеров) путем челобитной на имя Ея Императорского Величества.

Ценным источником по вопросу о комплектовании гарнизона Кизляра являются так называемые «фор-мулярные списки» военных чинов, составляемые при перемене чина или при уходе в отставку. Интерес к ним связан с тем, что в формулярном списке присутствует пункт, где военный чин указывает свое социальное происхождение.

Таким образом, Кизлярский гарнизон комплектовался за счет того, что в состав гарнизона присылали: «солдатских детей из других городков, однодворцев, церковников, корабельных плотников, из крестьянских детей, из стрелецких детей, разночинцев, посадских детей, дворянских детей, из казачьих детей, купечества, разных категорий крестьян: экономических, дворцовых, помещичьих». В ряде архивных документов можно проследить, откуда прибывали военные чины: из Астрахани, Сызрани, Симбирска, Саратова, Петропавловска, Царицына, Самары, Саранска, Казани, Пензы, Москвы, Уфы и из Астраханского, Симбирского, Казанского, Пензенского, Самарского и других уездов, а также из конкретных сел, деревень, слобод. Формулярный список имеет национальный состав присланных в комплект гарнизона Кизляра: «русские, выведенные из Польши белорусские люди, и принявшие вс. Крещение чуваши и черемисы».

Комплектование офицерского корпуса гарнизона Кизляра происходило на основании указа № 8274 от 3 ноября 1740 г. «Высочайшая резолюция на доклад генерал-фельдмаршала Миниха “О переводе из капитанов в секунд-майоры, из унтер-офицеров в прапорщики на основании указа от 2 августа 1736 г. на основе бал¬лотирования”». Производство в офицерский чин происходило на офицерском собрании полка при наличии в полку штаб- или обер-офицерской вакансии. В ходе офицерского собрания проходила процедура аттестации претендента на освободившееся место. Претендент должен был соответствовать предъявляемым к офицеру требованиям. Если он набирал необходимое число баллов, то он занимал свободное место и на собрании тут же на него составлялся аттестат. Дополнительно еще составлялась аттестационная ведомость о всех офицерах полка, где отражались данные о том, достоин офицер или не достоин «к перемене чина».

Правила производства в офицеры не закрывали доступа в офицеры представителям других сословий, и даже бывшим крепостным, вступившим в гарнизон Кизляра в качестве рекрутов. Архивные документы свидетельствуют, что до офицерского чина смогли дослужиться представители: «из солдатских детей, из посадских людей, из дворовых людей, из церковников, из матросских детей».

Кроме того, офицерский состав пополнялся за счет принятия в комплект состоящих «сверх комплектных офицеров». Так, состоящий «сверх комплекта подпоручик Бестужев за крайнюю его бедность был опреде-лен в комплект». В сентябре 1798 г. шефы полков доносили императору Павлу I, «что в тех полках состоит сверх штата унтер-офицеров, коим велено быть на собственном их содержании. Кроме дворян есть немалое число из солдатских детей и достойных, коих в рассуждении их бедности не могут лишившись казенного жалованья, провианта и амуниции, содержать себя сами, следовательно и нести службу нет уже никого способа». Павел I предписал: «На всех унтер-офицеров действительно ныне в полках и батальонах сверх положенного по штату число находящихся, требовать солдатское жалованье, также провиант и мундирные вещи, не причисляя их однако ж в число рядовых; только на этих сверх комплектном унтер-офицеров содержании комиссариатской и провиантской экспедиции особенно суммы не ассигновать и впредь после указа никого в унтер-офицеры не из дворян не производить».

При перемене чина у офицера из жалованья производили вычеты. Так, например, 17 февраля 1784 г. произведенный из подпоручиков в поручики Кизлярского 2-го батальона Илья Никифоров произвел следующие вычеты «за повышение чина, за печатание патента и за пергамент 1 руб. 4 коп., в коллегию иностранных дел за приложение государственной печати 50 коп., сторожам за воск 6 коп., за гербовую бумагу за 5 листов, за каждый лист по 10 коп. — 50 коп., за печатные пошлины 50 коп. и при этом вычитали в госпиталь, а затем офицер приносил присягу на верность Ея Величеству».

В ряде архивных документов можно проследить, что в состав Кизлярского гарнизона входили иностранцы: в качестве коменданта, штаб-, обер-офицеров — полковник Леопольд Дебеугобрия, премьер-майор Стефан Меер, секунд-майор Иван Дебексбер, капитаны Томас Дивиянов и Каспер Мельдин, подпоручик Андреян Фохмлеерс (Навагинский пехотный полк). Штат офицерских денщиков комплектовался из рекрутов, собственных людей офицеров или извозчиков. Военнослужащий служил денщиком в течение 6 лет, после чего его производили в рядовые. До 19 апреля 1764 г. гарнизонные полки Кизлярской крепости восполняли недокомплект за счет перевода личного состава из других полков, которые по указу правительства выводились из Кизляра в Астрахань. Кроме того, 24 сентября 1756 г. в Кизляр из Астрахани для укомплектования находящихся здесь астраханского гарнизона Симбирского и Самарского пехотных полков были командированы Терский и Царицынский пехотные полки, это порядка 100 человек.

Существующий порядок комплектования использовался до 19 апреля 1764 г., когда в результате гарнизонной реформы изменилась структура гарнизона Кизляра, рекруты и солдатские дети регулярно пополняли рядовой состав гарнизонных батальонов. Этот порядок подтвердили в 1769 г.

Источник: Гарунова Н. Н. Комплектование рядового состава и офицерского корпуса кизлярского гарнизона (до проведения гарнизонной реформы 19 апреля 1764 г.)// Издательство ГРАМОТА, № 4 (66) 2016, часть 1. С. 47-49.

Ещё больше интересного на нашем сайте: roskav.ru