228 subscribers

Народы Северного Кавказа и Московское царство

549 full reads
683 story viewsUnique page visitors
549 read the story to the endThat's 80% of the total page views
4 minutes — average reading time
Народы Северного Кавказа и Московское царство

С ликвидацией в 1552 г. Казанского, а в 1556 г. Астраханско­го ханств Волга переходит под контроль московского цар­ства. Складываются условия для установления тесных от­ношений между Россией и народами Северного Кавказа. В основе взаимного интереса лежала необходимость противостоять общему неприятелю в лице Крымского ханства. Этот вассал Османской империи являлся крупнейшим по­ставщиком пленников на турецкие рабовладельческие рынки. Только с кавказского побережья ежегодно вывози­лось более 12 тысяч человек.

Другим соперником России в регионе являлась Пер­сия. Её правители настойчиво пытались закрепиться в Прикаспии и доминировать на Северо-Восточном Кавказе.

В ноябре 1552 г. в Москву прибыли послы от запад­ноадыгских племен с просьбой принять их под державную руку русского царя. Это предложение вызвало живой ин­терес у российских властей, видевших всю выгоду со­вместной борьбы с крымцами. Для сбора дополнительной информации на Кавказ был отправлен посол Андрей Щепотьев. Он должен был на месте разобраться в ситуации и при подтверждении приверженности местных владельцев обещанию стать подданными русского государя принять их присягу. Возвратившись в августе 1555 г. в Москву, А. Щепотьев привёз известие о подданстве черкесов «всей землей». Это позволяет говорить о наличии предпосылок для складывания долгосрочного стратегического объеди­нения, отвечавшего задачам превращения Московского царства в ключевую силу для народов важного пригранич­ного региона. Союз с западными адыгами продлился до 1560 г., когда под воздействием польской дипломатии и расчета получить большие выгоды от сближения с Турци­ей владельцы Западной Черкесии прервали связи с Росси­ей. Сказалось, видимо, и сближение Москвы с политиче­ским конкурентом западноадыгских владельцев - кабар­динским старшим князем Темрюком.

Знаменательным в русско-кабардинских отношениях стал 1557 г., когда в Москву от князя Темрюка приехало посольство, выразившее готовность служить Ивану Гроз­ному верой и правдой. Очевидно, зная о том, что Темрюк пользуется несомненным авторитетом среди соплеменни­ков, со стороны русского правительства к нему был прояв­лен значительный интерес. Принято считать, что в состав посольства Темрюка входили и представители от гребенского казачества. Готовность служить русскому царю Тем­рюк подтвердил конкретными делами. На следующий год его воины участвовали вместе с русской ратью в походе против Крыма. И в дальнейшем без участия кабардинской конницы не обходилось большинство войн, которые вела Россия. По существующей тогда традиции в качестве зало­га верности в Москве проживали кабардинские аманаты, многие из которых в дальнейшем влились в состав правя­щей элиты, став основателями знаменитых дворянских ро­дов Кудашевых, Мансуровых, Алеуковых, Черкасских, Бековичей-Черкасских и др.

В 1560 г. к Темрюку были отправлены священники, чтобы крестить кабардинский народ. Вместе с ними на ро­дину отправились и крещёные «московские» кабардинцы, чтобы своим примером привлечь соплеменников. Эта практика имела успех, и христианство начало получать распространение среди местных племен.

В свою очередь русское прави­тельство старалось всемерно поддерживать своего верного вассала. Не без поддержки Москвы он распро­странил влияние на значительную территорию, простиравшуюся от бе­регов Кубани и до устьев Терека. О роли, которая придавалась союзу с Темрюком, свидетельствует факт же­нитьбы в 1561 г. Ивана IV на его дочери Гуаше (Гошаней, Кученей), принявшей при крещении имя Мария.

Следующим шагом, направлен­ным на закрепление наметившегося сближения, стало ре­шение возвести на Кавказе крепость с постоянным рус­ским гарнизоном. Переговоры по данному вопросу велись с посланцами Темрюка в 1566 г. Осенью следующего года в устье Сунжи воеводами Андреем Бабичевым и Петром Протасьевым был воздвигнут Терский городок, сыгравший вскоре важную роль в борьбе с турецко-крымской экспан­сией в крае.

От России в ультимативной форме требовали срыть крепость. Не всегда удавалось противостоять такому дав­лению. Русский гарнизон временно покидал укрепление, но, как только ситуация менялась, крепость вновь восста­навливалась и продолжала оставаться важным военно­политическим и культурно-экономическим форпостом России на Кавказе.

Заинтересованность в союзе выказывали и другие владетели. В 1567 г. в Москву прибыл посланец от шамхала Тарковского, привезший царю дары от своего повелите­ля. А затем на Русь приезжает и внук этого влиятельного дагестанского феодального владетеля.

Ещё одним важным последствием строительства го­родка стало привлечение к союзу с Россией части вайна­хов. В качестве вассала Московского царства выступил Ушаром-мурза - предводитель общества ококов, именуе­мых так по названию их главного аула Окуха, расположенного на р. Мичик. Линии на сохранение верности Рос­сии будет придерживаться и его сын, Ших. При посредни­честве мурзы Шиха в 1589 г. возглавлявший посольство в Кахетии князь Семён Звенигородский принял шерть (при­сягу) ряда дагестанских владельцев. Вслед за Ших-мурзою о своем желании принять подданство заявил Султан-мурза, владелец ингушского селения Ларс, расположенного в Дарьяльском ущелье. Он принял активное участие в по­мощи русскому посольству, направлявшемуся в Грузию.

Свою заинтересованность в упрочении связей с Рос­сией демонстрировали осетинские общества. Они оказыва­ли помощь проходившим через их территорию русским посольствам, которые отправлялись на переговоры с гру­зинскими царями.

Завершившаяся Ливонская война позволила России активизироваться на Кавказе. В 1587 г. последовала прися­га Кахетинского царя Александра на подданство Федору Ивановичу. Активный дипломатический обмен посольст­вами не обходился без участия Кабарды. Воспользовав­шись благоприятной ситуацией, московское правительство в очередной раз возводит укрепления на Северо-­Восточном Кавказе, на этот раз выбрав для него один из протоков в устье Терека - Тюменку. Вооруженный «огненным боем» гарнизон с 1588 г. начинает нести здесь свою службу. А в устье Сунжи закладывается острог «Сунженский перевоз», имеющий боль­шое значение.

Россия последовательно отстаивала кавказские инте­ресы и во внешнеполитических переговорах. Отправлен­ные в Стамбул в 1592 г. московские дипломаты заявили, что «пятигорские черкесы» (кабардинцы) давние поддан­ные их государя, и отвергли все обвинения в неправомочности возведения русских крепостей в крае.

Титул московского царя с середины 90-х годов XVI в. начинает среди прочего включать «Иверские земли картальских и грузинских царей и Кабардинские земли чер­касских и горских князей».

Вплоть до начала «Смутного времени» Московское царство сохраняло свою активность на Кавказе. Его пози­ции не поколебали даже неудачные походы против Тар­ковского шамхальства в 1594 г. и 1604 г., которые русское правительство вынуждено было предпринять, идя навстре­чу просьбам своих закавказских и северокавказских васса­лов.

Источник: Клычников Ю.Ю. История народов Северного Кавказа. Учебное пособие. — Пятигорск: ПГЛУ, 2013. — 125 с.