Герой Золотого века русской поэзии

Герой Золотого века русской поэзии

27 июля 1841 года в Пятигорске скончался Михаил Лермонтов.

Наверное, отношение нашего общества к навсегда оставшемуся 26 летним молодому человеку по имени Михаил Лермонтов очень похоже на отношение в семье к самому младшему и позднему ребенку — любят его безоглядно, все слабости окружают ореолом необычности, все достоинства носят как герб семейного рода и каждый жизненный шаг принимают как событие, — это всё от понимания того, что появившаяся в национальной семье подобная благословенная личность есть как бы последний чудесный, волшебно подаренный роскошный мостик из разного, но однозначно живого прошлого в предсказуемо не очень веселое, заранее обреченное на потрясения со смертельным исходом будущее, с очень бесперспективной концовкой. Вроде бы обычный барчук Мишенька, каких тысячи было на Руси, а позднее вынужденный корнет и храбрый поручик, которых в те времена было в каждой усадьбе на любой выбор, обернулся последним поэтическим романтиком, борцом, символом протеста. Он и зазвучал-то громче всего в связи со смертью другой российской надежды, Александра Пушкина, написав в 1837 м гневные, обличающие власть стихи, грозящие будущими расплатами, но и весь остальной период его творчества — это тоже борьба на границе эпох. И, конечно, поэтому тогдашняя власть никак не разделяла нашу сегодняшнюю любовь к этому неспокойному юноше.

Маленькому Мишелю, родившемуся в Москве, вообще с любовью не повезло с младенчества. Сложные отношения отца и матери, ее ранняя смерть, невнятная личность отца, которого ненавидела твердая, властная, деспотичная бабушка из рода Столыпиных, отдавшая всю свою безграничную по силе и эгоизму любовь единственному внуку — из такого замеса обычно не получается настоящей, теплой, поддерживающей по жизни любящей семьи.

Детские и юношеские годы будущего поэта прошли в имении бабушки Тарханы в Пензенской губернии, где мальчика обучали нанятые учителя. Он много болел, и слабость телесная породила необычайную нравственную энергию.

Потом Михаила повезут в Москву, он будет воспитываться с сентября 1828 года в столичном университетском пансионе, а позднее, осенью 1830 года, поступит в Московский университет, выбрав нравственно-политическое отделение, а позднее — словесное, и два года будет учиться вместе с Виссарионом Белинским, Александром Герценом и Николаем Огаревым. Там же напишет драму «Странный человек», в которой осуждалось крепостное право, непременно проявит дерзкий нрав и неучтивость, и на экзаменах преподаватели ему все припомнили: юноша «завалил» экзамены.

Но Москву и университет поэт вспоминал с благодарностью. Для поэтической деятельности университетские годы оказались очень плодотворны. Талант его зрел быстро, духовный мир определялся резко, Лермонтов усердно посещает московские салоны, балы, маскарады, он знает действительную цену этих развлечений, но молодость пока позволяет быть весёлым, разделять удовольствия других, и его бурная и гордая поэзия вполне сочетается с его светскими талантами.

После переезда в Петербург в 1832 году Михаил Лермонтов будет учиться в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров два «злополучных года», как он сам напишет, хотя при этом юнкерский разгул и забиячество предоставили ему теперь самую удобную среду для развития каких угодно «несовершенств».

И тут на первый план выходит Кавказ, на сцене Российского государства вообще персонаж роковой и знаменитый. Для Лермонтова он открыл свои минеральные воды еще тогда, когда в 10-летнем возрасте бабушка возила его туда на лечение. А после отчаянных строчек на смерть Пушкина поэта отправляют туда в ссылку, уже на исправление, в составе Нижегородского драгунского полка, действовавшего на Кавказе. Он пробудет там пока всего несколько месяцев 1838 года, но впечатления от природы Кавказа, жизни горцев очень изменили его в нравственном отношении, а кавказский фольклор лег в основу многих произведений. Природа приковала всё внимание Лермонтова; он готов «целую жизнь» сидеть и любоваться её красотой; общество будто утратило для него привлекательность, юношеская весёлость исчезла и даже светские дамы замечали «чёрную меланхолию» на его лице. В глубине же души рождаются художественные образы, которые иллюстрируют основное настроение поэта — сознание одиночества среди всего мироздания. Кавказ обновил давнишние грёзы, соединил их с реальностью, и создаются поэмы «Демон» и «Мцыри».

Разлука с Кавказом была недолгой, эта географическая точка не любит отпускать наших поэтов: в наказание за участие в дуэли в апреле 1840 года Лермонтов был переведён обратно на Кавказ, в Тенгинский пехотный полк, фактически на передовую Кавказской войны, куда он и выехал в первых числах мая. В эту ссылку он отличится в боевых действиях и напишет роман «Герой нашего времени», приедет в отпуск в Петербург зимой 1840–1841 годов, но весной 1841 года был вынужден возвратиться в свой полк. По дороге туда он заедет в город Землянск Воронежской губернии, где встретит однополчанина, и вместе с ним посетит друга в имении Семидубравное недалеко от Воронежа, потом будет в Ставрополе, где стоял Тенгинский полк, и, наконец, приедет в Пятигорск. Здесь и состоится 15 июля (27 июля) 1841 года последняя дуэль Лермонтова, здесь он и будет вначале похоронен, но в марте 1842 года слуги бабушки поэта увезли прах Лермонтова в свинцовом и засмолённом гробу в семейный склеп села Тарханы, и 23 апреля (5 мая) 1842 года в фамильной часовне-усыпальнице состоялось погребение поэта рядом с могилами матери и деда.

Некоторые литературоведы, сопоставляя творческий багаж Михаила Лермонтова с количеством прожитых лет, делают вывод, что перед нами гений. В 10 он сочинял пьесы для домашнего театра, в подлиннике читал французских, немецких и английских классиков, прекрасно рисовал, в 15 написал первую редакцию поэмы «Демон», в 20 — драму в стихах «Маскарад», в 24 — роман «Герой нашего времени».

Но мы и без литературоведов знаем бесценность этого юноши и всей Россией дарим ему нашу любовь. В конце концов именно ее искал он всю свою короткую жизнь. Как и обещал литературный критик Белинский, «гармонические звуки его поэзии будут слышны в повседневном разговоре толпы, между толками ее о житейских заботах», добавляя в общем-то известное — «...а мне кажется, что... Пушкин умер не без наследника».

И, как случается в истории, у провидения для таких избранных фигур хранятся заготовленными мистические сценарии. По преданию, после рождения внука и в честь него любящая бабушка поэта в семи верстах от Тархан основала новое село, на старом хуторе, с названием Михайловское. Чуть позднее Михайловское слилось с Тарханами. Там-то и находится часовня со склепом, где захоронен поэт.

А ведь в России и объяснять никому не надо, в чем мистика этих названий...

Люблю отчизну я, но странною любовью!
Не победит ее рассудок мой.
Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни темной старины заветные преданья
Не шевелят во мне отрадного мечтанья.

Но я люблю — за что, не знаю сам —
Ее степей холодное молчанье,
Ее лесов безбрежных колыханье,
Разливы рек ее, подобные морям;
Проселочным путем люблю скакать в телеге
И, взором медленным пронзая ночи тень,
Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,
Дрожащие огни печальных деревень;
Люблю дымок спаленной жнивы,
В степи ночующий обоз
И на холме средь желтой нивы
Чету белеющих берез.
С отрадой, многим незнакомой,
Я вижу полное гумно,
Избу, покрытую соломой,
С резными ставнями окно;
И в праздник, вечером росистым,
Смотреть до полночи готов
На пляску с топаньем и свистом
Под говор пьяных мужичков.

1841

Чтобы читать интересные истории о русской поэзии, подпишитесь на наш канал .