Родион Юрьев. Об этике, юриспруденции и искусственном интеллекте.

29 June

Родион Юрьев – генеральный директор Санкт-Петербургской компании «Юридическое бюро Юрьева». Когда вы будете читать эту статью – он уже получит красный диплом магистра в сфере квантовых технологий и искусственного интеллекта. В советские годы Родион успел побыть диссидентом, в Тайланде – миссионером, а в кинематографе – драматургом. Мы поговорили с Родионом о развитии и о том, к чему оно может привести.

Юриспруденция более технологична, чем искусственный интеллект.

Я всегда занимался только тем, что меня интересовало, и в моей жизни одно другому не мешает. Меня, например, раздражало, что я приезжаю в Тайланд и ничего не могу понять – и я выучил тайский язык. В Тайланде очень активна Русская православная церковь, и я даже принимал участие в переводе служебных церковных текстов на тайский язык.

В рамках стартапа в Сколково занимаюсь применением решений искусственного интеллекта в промышленности и бизнесе, получаю техническое высшее образование, много времени уделяю математике. Имея возможность сравнить две такие разные сферы, абсолютно убежден, что юриспруденция – это более высокие технологии, чем искусственный интеллект.

В моей юридической фирме работают 10 человек, все они – из разных регионов страны. Мы всегда работали удаленно, и нынешняя ситуация абсолютно ничего не поменяла. Для нашей сферы дистанционное обслуживание – это вполне нормально. Так что, можно сказать, что я одним из первых в стране начал заниматься «телеюриспруденцией». В моей компании есть люди, которые работают уже несколько лет – а я ни разу не видел их лично. И хотя у нас нет традиционных для юридической практики кабинетов и офисной жизни, это не мешает бизнесу иметь свою миссию и ценности. Для меня всегда было важно создавать комфортные условия для сотрудников, защищать их от негативно настроенных клиентов, от вот этого «заскочи к нам, поищи документы, которые мы потеряли». В нашей компании – уникальная атмосфера, особенный микроклимат, в котором все развиваются сами и ценят развитие друг друга, и в то же время не работают в обстановке стресса бесконечной. Работать на удаленке и физически, и психологически проще.

В праве нет надежды на спасение.

Этика в юриспруденции – вопрос сложный, потому что мы обслуживаем человеческие страсти. Никто не звонит и не говорит мне: «Родион, я женился, и у меня все хорошо». Звонят со словами – я развожусь, хочу поделить квартиру, хочу платить меньше алиментов или, наоборот, отомстить мужу, отобрать имущество.

В отношениях между компаниями те же вопросы - как нам заплатить поменьше, как увернуться от долга. Мы руководствуемся простым и понятным принципом - делаем то, что должны. И наша этика проявляется в том, что мы полностью, на сто процентов верны своему клиенту. Мы не возьмем денег, чтобы проиграть дело. И не предложим их другой стороне. Это ведь только кажется, что коррупция есть только среди чиновников, на самом деле она касается многих сфер, и обычных людей тоже. У нас такое исключено. Однажды один из моих сотрудников предложил выгодно договориться с противоположной стороной. Это был последний разговор наш. В тот же день мы с ним расстались.

Надо понимать, что право – это минимальный уровень защиты человека от того, чтобы скатиться в животное состояние. Когда мы обращаемся к праву – это значит, что человеческие отношения уже прекращены. Если супруги всю жизнь счастливо прожили в браке, вырастили детей – вряд ли кто-то из них интересовался Семейным кодексом. Гражданский кодекс точно так же мало кого интересует, мы чаще пользуемся им, если нам нужна процедура, но процедура – это не право.

А вот право становится необходимым, когда хорошие отношения уже исчезли, когда мы не можем доверять своему партнеру, другой стороне, и вынуждены думать, как себя защитить на тот случай, если. В праве нет надежды на спасение и установление человеческих отношений. Право не говорит, что муж должен быть верным жене, или жена должна любить мужа. И иска вчинить по этому поводу невозможно.

К искусственному интеллекту нужно относиться как к топору.

В нейронных сетях вопрос этики вообще не стоит. Ты работаешь с кодом, твоя задача – распознавать картинки. А что там за этими картинками – слежка за человеком или синтез лекарства от смертельной болезни, это находится уже далеко за рамками всех этих инструментов. Прикладные задачи другие люди решают, они ближе к маркетологам, к продавцам. Поэтому кто-то создает нейронную сеть, чтобы распознавать чужого кота и автоматически включать поливалку, чтобы котик больше не приходил пачкать любимую лужайку. А кто-то использует ту же технологию, чтобы тайно следить за женой. IBM, допустим, заявила, что не будет давать данные для распознавания лиц - но это заявление уже ничего не стоит. Они не будут продавать – будут другие. Мы уже давно перешагнули ту стадию, когда это можно было бы остановить. В нынешней стадии надо относиться к искусственному интеллекту как к топору – его можно использовать и как орудие убийства, но производить топоры от этого не перестали.

Страхи по поводу нарушения конфиденциальности, защиты личных данных тоже преувеличены. Мы уже давно живем прозрачно. Жизнь Пушкина, например – мы же знаем ее во всех деталях, читаем записки, которые он писал своим женщинам. В деревнях вообще всегда всё про всех знали, и ничего в этом страшного не было. Ценность защиты информации не должна быть гипертрофированной. Не надо бояться рассказать о себе все.

Люди влияют на людей.

Я воцерковлен с детства, моя мама – духовное чадо известного старца. В советские времена я отказался вступать в пионеры и некоторые даже гонения были – так что, можно сказать, немного побывал диссидентом. Но бизнес и религию не смешиваю. Это ведь я отвечаю за свои дела, и именно я должен действовать таким образом, чтобы быть честным перед собой, клиентами, перед Богом. Не будем снимать эту ответственность с самих себя.

А еще я убежден, что только люди влияют друг на друга. Мы общаемся – и что-то меняется в этой жизни. И мы сами меняемся. Чем больше мы будем чем-то увлекаться нужным, хорошим – тем больше людей вокруг будет увлекаться этим же. Государство благодаря этому тоже быстрее развивается, процветает. И вот этот коллективный рост, коллективное развитие – оно очень вдохновляет.

А начинающему предпринимателю я бы посоветовал помнить слова Амвросия Оптинского: «Жить - не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем - мое почтение». Эти слова святого оптинского старца справедливы во всех сферах. Если так жить – то и в жизни, и в бизнесе, и в семье всё будет хорошо.