Стальное братство

12 June

Будет радость поражений и пощёчины удач,

Будут праведные речи и визгливый бабий плач.

Будут кислые помои, будут сытые глаза,

Будет всякое такое, будет разное нельзя.

Дмитрий Кузьмин

«Чёрный Лукич»

Использование интернета для решения простых бытовых задач, в начале двадцать первого века, ещё активным не было. Бывшие в употреблении товары продавали через, достаточно популярную в то время, еженедельную (отпечатанную на бумаге) газету бесплатных объявлений «Из рук в руки». В этой газете Демидов периодически размещал объявления о продаже ненужных ему мотозапчастей. Благо скопилось их в его квартире, за последние годы, в большом избытке.

Через одно из таких объявлений Мишка и Игорь Викторович познакомились с Чудищем и Шерханом.

В тот день на квартире у Михаила вяло протекала самая рядовая похмельная вечеринка. Гривнев и ещё какие-то две девицы, которых Демидов и Игорь Викторович, разъезжая по городу, подцепили накануне, уныло допивали заканчивающееся пиво. Мишка, пошёл, на звонок, открывать дверь.

На пороге возник он – бодрый, весёлый, улыбающийся, в куртке «косухе» и кожаной бандане на голове – ему был нужен коленвал для «ИЖа». Незнакомец, расплатившись за коленвал и оценив обстановку, уходить не торопился. Совсем, даже наоборот. Он извлек у себя из-за пазухи плоскую стеклянную бутылочку с коньяком, и предложил «покупочку обмыть». Такая свежая струя – сразу придала всем присутствовавшим бодрости.

– Чудище, – представился он, - но если кого-то смущает, то можно и Валентин.

Валентин как-то сразу стал душой компании. Он травил свежие, довольно смешные анекдоты, сыпавшиеся из него как из рога изобилия. Потом, по собственной инициативе, Чудище два раза бегал в магазин. В результате алкопосиделки продлились далеко за полночь. Решив, что разбредаться по домам не целесообразно, все (вместе с примкнувшим к ним Валентином) вновь заночевали у Михаила.

Тяжесть следующего утра была не меньше чем утра предыдущего, наверное, даже больше, потому как был понедельник, а он, как известно – день тяжёлый.

Но чугунная голова приковала к постели не всех. Ранним утром, пока остальные спали, Мишка, оставив гостей, успел съездить на работу. Загрузил там свою рабочую «ГАЗель» сосисками, сардельками и колбасой, получил накладные и уже «гружёный» вернулся домой.

– Ну, что проснулись!? Поехали продукцию мясокомбината по торговым точкам развозить! – предложил он только-только вставшим гостям, попытавшись их тем самым встряхнуть.

– А чё, прикольно! – поддержал Демидова Чудище.

– Не, мы домой. Всё равно все в машине не уместимся, - поспешно ретировались дамы.

– А мне делать особо нечего, – сказал Игорь Викторович и присоединился к Мишке и Валентину.

– Смотри-ка, очкашка-очаровашка из «Гарибальди» примчался! Весёлая у тебя, Миша, сегодня погрузочно-разгрузочная команда! – кокетничали с Демидовым молодые кладовщицы, принимавшие товар в супермаркетах.

Работа спорилась. Быстро покончив с возложенной «миссией по доставке мясных деликатесов населению», припарковав «ГАЗель» на стоянку, команда вновь двинула к Михаилу домой – теперь за мотоциклами.

Спустили вниз «Минск» и «Яву», и все вместе, втроём, поехали домой к Чудищу. Вернее даже не домой, а в его гараж, а если быть ещё точнее, то и гараж то был не совсем его – гараж был арендованным. Чудище снимал его на пару со своим другом Алексеем, по прозвищу Шерхан. Подъехали. Гараж был открыт. Внутри с капремонтом своего «Урала» возился Алексей.

То, что Демидов и Гривнев приехали с Чудищем, Алексей заметил не сразу, и потому, на первых парах, он встретил их как-то не приветливо, зыркнув исподлобья, спросил меж делом:

– Кто такие? Чё надо?

Такой настороженно-враждебный, недружелюбный настрой вызвал соответствующее отношение и у Игоря с Михаилом.

– А ты байкер? – решив подтрунить, подшутить и «подлить масла в огонь», задал глупый вопрос Игорь Викторович.

Вопрос был действительно глупый, потому как «классический» байкерский вид Алексея и антураж вокруг давали на него однозначный ответ. То что он не стрижен, не брит – это мягко сказано, реально заросший и с бородой. На нём: запачканная футболка, поверх которой наброшен неизменный атрибут – «косуха». Кожаные штаны, перчатки с обрезанными пальцами, ботинки «казаки» и всё это в «молниях», заклёпках и цепях. Рядом валялась пара промасленных бандан, а на стеллаже, среди запчастей и расходных материалов, кружки с изображением мотоциклетных моторов и цепей, пепельницы с черепами и тому подобное.

Но в том вопросе и был задуманный Гривневым подвох.

– Ну байкер. Чё надо?

– Шерхан, ты чё буянишь? – вмешался вошедший следом в гараж Валентин, – Знакомься. Они со мной приехали, хотя правильнее сказать я с ними. Хорошие ребята!

– Шерхан, – уже более примирительно представился Алексей.

– Мишка, Зомби, или Вжик, как больше нравится.

– Игорь Викторович.

– А чё так официально? – с лёгкой издёвкой переспросил Гривнева Шерхан.

– Да расслабься ты. Это «погоняло»[1] у него такое – разрядил ситуацию Чудище, – Хватит уже «быковать»[2].

– Никто и не «быкует», – недовольно, отозвался Шерхан.

– Так почему же собственно байкер, а скажем не мотоциклист? – продолжал свою провокацию Гривнев, явно настроенный на философские рассуждения.

– Потому что мотоциклист это тот, для кого мотоцикл средство передвижения, а байкер тот, для кого мотоцикл образ жизни! – получил Игорь вполне ожидаемый, стандартный, ответ от Шерхана.

– А я-то думал, что байкер это тот кто разодет как того требует субкультура, состоит в байк клубе и носит такое выражение лица, что даже кирпичи в ужасе разбегаются! – не унимался, с ехидцей в голосе, Гривнев.

– Да ладно вам. А что касается одежды так это в первую очередь удобно, а не для красоты. Вон вы проехали по мокрой дороге и ваши джинсы уже по колено в грязи – теперь стирать надо. А кожаные, влажной тряпкой протёр и всё – снова чистые. «Косуха» тоже неспроста так скроена: когда едешь грудь от встречного ветра защищает двойной слой кожи, а чтоб ветер не хлопал лацканами воротника – для того и заклёпки, чтобы пристегнуть. Молнии на рукавах, сами знаете, от задувающего во время езды ветра, когда руки на руле покоятся. Да и кожа прочнее любой ткани, особенно если ей об асфальт тереться! В общем, всё продумано. Не знаю, мне нравится! А байкер он и одиночка тоже байкер. Главное, какие мысли и идеи в его голове, и совсем не важно, как он одет! – вступился за друга Валентин.

– А, ну тогда мы тоже байкеры! – подвёл итог Миха.

Шутка удалась. Все рассмеялись. Шероховатости стёрлись. Знакомство состоялось.

Гонять группой, на четырёх мотоциклах, получалось веселее. Известное дело, не обделены они были и женским вниманием. В озорных покатушках и весёлых «гряземесах»[3] к ним почти всегда примыкали случайные или боле-менее постоянные, но всё же периодически меняющиеся почитательницы. Со временем, как-то незаметно, само собой, к моточетвёрке «прикучкавалось» ещё человек шесть «сочувствующих» – таких, которые только мечтали о мотоцикле, но пока его не имели. Благодаря Демидову, Игорь Викторовичу, Чудищу и Шерхану «мечтатели» потихонечку осваивали мототехнику: учились ездить и были подмастерьями во время ремонтных работ.

Из всей «группы поддержки» в своём желании и целеустремлённости существенно выделялся один студент из политеха, звали его Сергей Коваль, кличка Леший. Сергей не просто мечтал – он действовал. Леший купил «убитый» ИЖ «Юпитер» (на «рабочий» не хватило финансов) и днями – ночами, возился с ним пытаясь реанимировать. Друг Лешего, которого все почему-то звали «Дизель», помогал ему в этом. Курировал, ремонтно-восстановительные работы Чудище, потому как именно он рекомендовал купить Лешему этот самый ИЖ.

Сергей и Дизель очистили металл от коррозии, выкрасили раму и бак, нанесли на них «камуфлированный» рисунок цвета «хакки», заново перетянули седло. Поставили новую резину с эндурным протектором. Внешне «Юпитер» стал как игрушка, а вот двигатель требовал капитального ремонта.

Леший упорно, но пока безрезультатно, пытался «поставить на ход» своего «коня». Наставник по этому поводу почёсывал затылок и выдавал фразы типа «Надо бы ещё подачу топлива в карбюратор проверить…» или «Вы ещё кольца на поршне поменяйте…». Сергей не унывал, он верил в результат и раз за разом, снова и снова перебирал двигатель, постоянно докупая к нему новые и новые детали и запчасти. Коваль буквально жил в гараже, он, заработавшись до глубокой ночи, здесь же ложился спать (на снятое со старого «горбатого запорожца»[4] заднее сидение, приспособленное под диван), отсюда, из гаража, утром уходил на лекции в институт.

Кроме мотоцикла, у Лешего было и другое увлечение, он был «ролевиком»[5]. Собственно и прозвище «Леший» Сергей получил там, в ролевой игре, после случая, когда он вывел из леса реально заблудившихся людей.

– Слушайте, а чем мы хуже всяких там «Братьев Ветра», «Ночных волков», «Хорсов» и прочих «Вольных душ»[6]? – озвучил однажды витавший в воздухе вопрос Игорь Викторович, – Давайте и мы, свой байк клуб создадим! По факту мы и так уже объединение.

– Хорошая мысль! Я тоже давно хотел это предложить. – поддержал его Чудище.

– Я за! – высказал своё мнение Леший.

Шерхан, на одежде которого зимой и летом неизменно присутствовала нашивка с буквой «А» обведённой в круг (знак анархии), считавший себя приверженцем Кропоткина[7], отреагировал на предложение более щепетильно:

– В целом идею поддерживаю, однако, вот ведь в чём дело. Байк клубы, в большом количестве расплодившиеся за последние годы на всём постсоветском пространстве, созданы по американскому образцу. Сегодня это уже стало модным. Брутальные байкеры вещают о заимствованной культуре со страниц глянцевых гламурных журналов и в популярных телепередачах снимаются. Я считаю такое положение дел неприемлемым! Если и создавать, то клуб должен быть анархическим, без всяких там президентов и прочей иерархической мишуры! Чтоб все равны были. Чтоб жили единой коммуной, без начальников и командиров – единым братством!

– Да! И принимать всех желающих, без всяких там условий! – обрадовавшись, встрепенулся Дизель.

– Дизель, не прими на свой счёт, ничего конкретно против тебя не имею, но всё же хоть какие-то условия должны быть. Как минимум – наличие мотоцикла! – не согласился с ним Демидов.

– Вспомни, Игорь Викторыч, – Мишка теперь обращался к Гривневу, – сколько вокруг нас бесполезного народа с «наполеоновскими планами» вилось, когда мы с тобой ещё в «Совести нации» играли. Где все эти люди? И далеко ли пошло, дальше разговоров, дело?

– Мама анархия, папа стакан портвейна! – с восклицанием полупропел полупрокричал строчку из песни группы «Кино» Шерхан, – Принимать всех! А как условие: будем на всех делить плату за аренду этого гаража, и пусть все члены клуба свои мотоциклы сюда ставят, если конечно захотят. А у кого мотоцикла нет, так пусть он деньги просто так платит, за тусовку! Купит себе мотоцикл – поставит, будет полное право иметь!

Такая постановка устраивала и Лешего, и Дизеля, и Игорь Викторовича (который уже давно хотел перебазировать из Мишкиной квартиры свою «Яву»), и тем более Шерхана с Чудищем (при этаком раскладе у них значительно снижалась финансовая нагрузка, связанная с арендой гаража). Не нужен был гараж только Михаилу:

– А мне то, какой резон? – задал справедливый вопрос Демидов, – Я свои мотоциклы распрекрасно у себя в квартире содержу, да мне так и намного сподручнее!

– Ладно, для тебя сделаем исключение, думаю, никто не будет против? – пошёл навстречу, и обратился к остальным Чудище.

На том и порешили.

– На повестке дня вопрос: Как называться будем? – спросил Дизель.

– Такое с кондачка не решить! Без ящика водки не обойдётся. Давайте завтра. Каждый дома подумает, а завтра возьмём водочки, закуски, хорошо посидим, и придумаем.

– Как корабль назовёшь, так он и поплывёт! Какие будут предложения? – открыл на следующий день алкогольное заседание Шерхан.

– «Ящеры» - первым выдвинул свою версию Дизель, – Немного хищно и есть налёт древности...

– Не отражает сути. – отреагировал Шерхан, – Я предлагаю «Чёрная кошка». Черная потому что это цвет анархии, а кошка животное свободное, как символ независимости.

– «Черная кошка» не подойдёт. На такое название у народа уже есть стереотипное восприятие. Глеб Жеглов и Володя Шарапов ловят банду и главаря![8] Мы ж не бандиты, не однопроцентники[9] какие-нибудь, чтоб так называться. А название, правильно сказал Чудище, каким оно будет, такими и мы будем. Каждое слово имеет мощнейшее информационное поле – это действительно очень серьёзно. Да, что там слово, одна буква чего стоит! Вы знаете, как всего несколько букв изменили сознание нации и, причём за достаточно короткий временной промежуток, в пределах жизни одного поколения!? Помните, нам в школе «затирали», что большевики, упразднив в русском языке «не нужные», не читаемые и усложняющие грамотное написание слов буквы: «ять», «фита» и «десятеричное i», сэкономили огромное количество типографской краски и тому подобное!? А ведь на самом-то деле, это был тонкий, изящный и довольно-таки изысканный с их стороны ход! Введя новое правописание, они получили тотальный контроль! После перехода на новую орфографию, взяв в руки книгу, журнал, газету стало возможно беглым, самым поверхностным взглядом определить старорежимное это издание или современное, то есть идеологически выверенное. «Нужных» авторов переиздали, пагубно влияющих на умы предали забвению. Образованные люди постепенно привыкли читать текст, напечатанный в новом формате. А ликвидируя безграмотность, учили читать изначально по-новому. В итоге старые книги отправились на полки музейных хранилищ покрываться пылью, и всякие там варварские костры святой инквизиции не понадобились. Появился «новый» язык, стали по-другому говорить, по-другому и мыслить. Так, упразднённые буквы переиначили, переменили, изменили нашу страну!

– Вот ты нам лекцию «впарил»! Вжик, да ты, оказывается, намного умнее, чем кажешься! – подытожил Мишкино выступление Шерхан.

Все рассмеялись.

– Без ложной скромности скажу: Мой потенциал велик! – ничуть не смутившись, продолжил Демидов, – но он не полностью востребован, просто его слабо используют. И ещё осмелюсь заметить, что анархия, как собственно и коммунизм – это утопия, они не возможны чисто с экономической точки зрения, невозможно дать всем и всё, кто чего пожелает. Совсем другое дело социализм: «от каждого по способностям, каждому по труду!» Но сразу оговорюсь, спорить с тобой Шерхан, я не намерен. Возможно среди небольшой группы людей, такой как байк клуб, анархия как форма общественного сосуществования допустима – не знаю. Поживём – увидим, что из всего этого получится.

– Всё это здорво, но вопрос остаётся открытым: Как называться то будем? – прервав Михаила, продолжал Чудище, взявший на себя негласную роль «председателя собрания», – Я предлагаю, чтобы название было из двух слов. Словосочетание даёт уникальность при идентификации. Например: «Бешеные ласточки», «Зелёные воробьи» или «Борзые кролики» – это я, конечно же, шучу. Но заметьте, если, одним словом: «Ласточки», «Воробьи», «Кролики» - это вообще не комильфо. Мне кажется, что в названии обязательно должно быть слово «Братство», скажем «Братство ящеров» или «Чёрное братство».

– «Братство зелёных воробьёв» – посмеялся Демидов, – из трёх слов ещё уникальнее будет!

Полемика продолжилась. Выпив весь алкоголь подчистую, и перебрав сотни всевозможных вариантов, консенсус всё же был достигнут. Результатом бурных обсуждений стало «Стальное братство» – такое название получил вновь образованный анархический байк клуб.

Кроме самого формального объединения в клуб и, как следствие, возникновения ежемесячных сборов членских взносов, расходуемых на оплату аренды гаража (отныне все члены клуба считали гараж своим), каких-то других существенных изменений в жизни мото группировки не произошло. Чудище, Шерхан, Вжик и Игорь Викторович по-прежнему ездили на мотоциклах беря с собой «нажопников» (так они называли пассажиров, садящихся на заднее сидение мотоцикла), с той лишь разницей, что теперь «нажопники» были «не просто так», а члены клуба! Хотя, конечно, предпочтение, почти всегда, отдавалось совсем не членам клуба, а грудастым пассиям. Одной из таких была броская, подлинная «секси гёрл», по прозвищу «Бомба» (потому как самая настоящая «секс бомба»). Кататься с ней было одно удовольствие. Бомба была желанной напарницей и не только из-за своей эффектной внешности (стройная блондинка с изящными цветными татуировками от кисти до плеча на обеих руках, всегда в соответствующей стилю одежде), но и потому, что в отличие от других «нажопниц», она чувствовала мотоцикл и сливалась с ним и мотоциклистом в единое целое, что значительно облегчало маневрирование между автомобилями, особенно на крутых поворотах. Бомба никогда не входила с движением мотоциклиста в диссонанс. Кроме того, она была больше чем просто «в теме», вела натурально рокерский образ жизни: пела и играла на гитаре. Бомба, частенько музицируя на Ленинградке[10] и в подземных переходах, зарабатывала таким способом себе на пропитание, иными словами «по-настоящему свой человек», при этом абсолютно независимый, как та кошка, что гуляет сама по себе.

После создания «Стального братства» Леший и Дизель всё также занимались «вечным» ремонтом «Юпитера» (без кавычек эта фраза приобретает мега-космически-планетарный масштаб: Занимались вечным ремонтом Юпитера!)

А если серьёзно, то вялотекущие процессы, проходящие в «Стальном братстве», Мишке до боли напоминали времена «Совести нации». «Нужно что-то придумать, нужен настоящий «движняк»[11]. Крайне необходимо избежать застоя!» – такие мысли неустанно крутились в голове Демидова. И идея подвернулась сама, её ему подсказал отец Антона Ходова:

– У нас в районе молодёжной политикой и спортом толковый мужик заведует. По его инициативе в Большущей Глуши, будущим летом, для старшеклассников межрайонная игра-соревнование «Орлёнок» планируется. Познакомить тебя с ним? Мне кажется, ты там, со своими байкерами, отлично впишешься.

Толкового мужика звали Семён Трофимович, он действительно оказался «толковым», прозорливым и коммуникабельным. Демидов легко с ним нашёл общий язык, и они договорились о следующем:

Байкеры подготовят учебную площадку, где будут рассказывать о конструкции и устройстве мотоцикла. Организуют небольшое шоу с мототрюками, чтоб развлекать ожидающих своей очереди участников соревнований. Прокатят на мотоциклах команду победителей. Ну и, по мере надобности, подсобят в различных организационных моментах.

В свою очередь, от имени Администрации района, Семён Трофимович гарантировал, что ГИБДД за отсутствие регистрационных номеров и мелкие нарушения байкеров трогать не будет, предоставит им «зелёный свет» на три дня (за день, во время проведения, и день после соревнований). Обещал, что участие байкеров в «Орлёнке» обязательно отразят во всех репортажах прессы. А ещё, что всех обязательно, и совершенно бесплатно, накормят вкуснейшей армейской гречневой кашей, приготовленной на полевой походной кухне.

Вопреки Мишкиным ожиданиям, новость об участии в «Орлёнке», в гараже байк клуба восторженно воспринята не была. Вместо благодарности, Шерхан сходу набросился на него с нападками, принявшись обличать Демидова во всевозможных «грехах»:

– Мы провозгласили Анархию, а Вжик возомнил себя Батькой Махно! Он постоянно пытается руководить нами! Всё время тянет одеяло на себя! Как можно было договариваться, предварительно с нами даже не посоветовавшись? Он единственный, кто не платит членских взносов! С чего ты решил, что нашему клубу нужно «светиться»[12]? Работать за еду и пару заметок в газете!? Думаешь, мы так и будем всё это терпеть? Воплощать твои (здесь он сделал ударение на слово «твои») идеи в жизнь!? – обращался он к Демидову, а потом снова ко всем присутствовавшим, – Не бывать этому! Предлагаю исключить его из нашего байк клуба!

– Шерхан, что за ахинею ты несёшь? – попытался противостоять ему Миха.

Но Чудище уже взял слово, в поддержку Шерхана:

– Да, Вжик, твоё самовыпячивание нам всем уже приелось и порядком надоело! Тебя не изменить, поэтому, думаю, правильно будет расстаться. В общем, мы тебя исключаем!

– А я так расстроился, что прям щас разрыдаюсь! – с сарказмом ответил Михаил, – И, я не понял, Шерхан, что ты там против Батьки Махно имеешь? Он ведь вроде известный анархист был!

– Махно сначала Ленину за орден «Красной звезды» продался[13], а потом и саму идею анархии предал! – с агрессией в голосе выдал свою, ни чем не обоснованную трактовку исторических событий, Шерхан.

– Ну и сумбур же, Лёша, у тебя в голове! Да ладно, не канифоль мне мозг! Исключили, значит исключили! Я и без вашего клуба распрекрасно обойдусь! А вот как вы без меня – это ещё посмотрим! И что-то мне подсказывает, не я, а ты, Шерхан, к власти рвешься! Ну да Бог с вами…

– Мишка, постой! Раз такое дело, я тоже из клуба выхожу! – заявил Игорь Викторович.

Вступился за Демидова и Леший:

– Я считаю, идея с «Орлёнком» была хорошей, а исключение Вжика из клуба – решение поспешное!

– Значит и ты туда же!? – с угрожающей интонацией задал Лешему вопрос Чудище.

– Мы вместе туда же! – поддержал друга Дизель.

Так, толком и не сформировавшись, просуществовав чуть больше полугода, от «Стального братства» осталась лишь маленькая кучка осыпавшейся ржавчины.

---

[1] Жаргонное, означает «прозвище», «кличка».

[2] Сленговое, означает идти на конфликт, вести себя нагло, агрессивно.

[3] «Гряземес» - так парни называли катание по мокрым от дождя и разливов реки бездорожью, когда колесо мотоцикла порою на половину тонуло в грязи.

[4] Просторечное название легкового автомобиля «Запорожец» модели ЗАЗ-965.

[5] «Ролевики», движение ролевых игр – субкультура людей, играющих в различные ролевые игры живого действия. Родственными ролевому движению являются историческая реконструкция, толкинисты, хардболисты, страйкболисты и пейнтболисты.

[6] Здесь идёт перечисление названий байк клубов существовавших в то время в Самаре.

[7] Кропоткин Пётр Алексеевич – русский революционер-анархист, учёный, географ, геоморфолог, историк, философ и публицист, создатель теории анархо-коммунизма и один из самых влиятельных теоретиков анархизма.

[8] Строчка из песни группы «Любэ» о героях телефильма Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя». Главный мотив фильма о том, как сотрудники Московского уголовного розыска обезвреживали банду «Чёрная кошка».

[9] В 1947 году в калифорнийском городе Холлистер произошли погромы с участием байкеров. В ответ на эти события Американская мотоассоциация (АМА) сделала заявление, в котором говорилось, что лишь 1% из числа всех мотоциклистов могут считаться outlaw (англ. «вне закона»), тогда как 99% - законопослушные граждане, любящие свою страну. «Байкерам-аутло» сразу же понравился образ «одного процента» и они начали именовать себя «однопроцентниками».

[10] В Самаре улица Ленинградская – пешеходная зона, излюбленное место выступлений уличных музыкантов.

[11] Сленговое, от слова «движение».

[12] Сленговое выражение подразумевающее «получать известность, огласку».

[13] Здесь вероятно имелось ввиду, вызывающее споры историков, награждение Нестора Ивановича Махно орденом Красного Знамени под №4, за разгром белых под Мариуполем. Бесспорно другое: Махно действительно воевал на стороне Красной армии, но этот союз был недолгим. Махно проявлял крайнюю степень недовольства тем, что утверждающаяся советская власть противится установлению анархической «народной» формы правления. Конфликт вылился в то, что махновцам просто перестали поставлять боеприпасы. Впоследствии Махно воевал как против белогвардейцев, так и против красноармейцев.

Если Вам понравилась публикация - ставьте лайк 👍 Если есть что сказать - пишите в комментариях. Подписывайтесь на мой Яндекс Дзен канал, в нём книга "Ершистый рокЪ ынд роллЬ", все рассказы по порядку с самого начала, первый рассказ внизу, далее снизу вверх.