Худжум. Эмансипация "женщин востока"

2 August 2020
<100 full reads
127 story viewsUnique page visitors
<100 read the story to the endThat's 28% of the total page views
7 minutes — average reading time

Революции во все времена приводили народы и государства к переломным моментам для их истории и культуры. Так, в результате Октябрьской Революции 1917 года положение дел в странах Средней Азии начало меняться. Эти изменения коснулись и положения женщин.

Перемены, которые повлекла за собой революция, стали начальным этапом для изменения социального положения женщин. С середины 20-х годов в партийных документах появляется кампания по изменению положения («освобождению») женщин востока – «Худжум» (араб. «наступление»). Она включала в себя, прежде всего, выведение женщины в публичное пространство, привлечение к общественно-политической работе и производственному труду, освобождение от части обязанностей по уходу и заботе о доме, семье и детях.

Эмансипация женщин и революция 1917 года

Революционные события в Петрограде в феврале 1917 г., приведшие к свержению монархии, начали именно женщины. Они же приняли самое активное участие в дальнейших событиях, в результате которых к власти пришли большевики в октябре того же года. Не случайно В.И. Ленин дал женщинам самую высокую оценку, сказав: «Без них мы не победили бы».

Уже в сентябре 1917 г. было опубликовано постановление Временного правительства о выборах в Учредительное собрание, где мы впервые встречаем формулировку о том, что "выборы в Учредительное Собрание проводятся на основе всеобщего голосования, без различия пола". Во второй главе указываются лица обоего пола, которым исполнилось 20 лет.

В октябре 1917 года рабоче-крестьянское правительство установило 8-ми часовой рабочий день и ограничило сверхурочные работы. Одновременно было запрещено привлекать женщин к ночным и подземным работам, установлен минимум заработной платы "взрослому рабочему без различия пола".

В декабре 1917 года ВЦИК и СНК приняли декреты о браке и разводе, в корне уничтожавшие "особенно гнусное, подлое, лицемерное неравенство в брачном и семейном праве, неравенство в отношении к ребенку". Таким образом, в соответствии с декретами советского правительства регулировались брачно-семейные отношения между мужчиной и женщиной, мужу и жене были предоставлены равные права. Мать и отец так же получали равные права и обязанности в отношении ребенка. Признание общности имущества, нажитого в браке, обеспечило материальные интересы женщины и закрепило ее равноправие в семье.

Первая конституция советского периода в 1918 г. закрепила юридическое равенство мужчины и женщины.

Советская власть заботилась об улучшении социального положения трудящихся женщин, тем самым стремилась завоевать на свою сторону их политические симпатии, вовлечь их в налаживание нового государства.

Начальный период становления советской власти охарактеризовался значительными изменениями в системе образования, охране материнства и детства, развитии детских учреждений, организаций. При этом условия, в которых оказались женщины в разных регионах огромной страны, были различными и накладывали свою специфику на официальную политику «на местах».

Советские плакаты 1920-1930 годов

Женщины востока

«Женщины Востока» определялись как наиболее угнетенная категория в сравнении с европейской частью СССР. Основой этого гнета определялась специфика локального контекста: «В этом отношении женщины Средней Азии и Казахстана были угнетены в большей степени, чем женщины центральной России, ибо к классовому и семейно-бытовому гнету здесь присовокуплялся национальный гнет. Женщина была на положении домашнего обихода, вещи, частной собственности мужчины. Как вещь, ее покупали и продавали за калым (выкуп)».

Все имущественные и наследственные права в семье находились в руках мужа. Имущество умершего главы семейства, не имевшего наследников мужского пола, поступало в пользу ближайших родственников.

Под содействием Советской России появляется первая кампания под названием “Худжум”, которая начинает бороться за “освобождения женщин востока”.

Какие цели они преследовали?

- Выведение женщины в публичное пространство;

- Привлечение к общественно-политической работе;

- Привлечение к производственному труду;

- Освобождение от части обязанностей по уходу и заботе о доме, семье и детях.

Хозир менда азада

Чаще всего “Худжум” связывают с такими радикальными акциями, как публичное снятие и сжигание паранджи как «символа угнетения и рабства».

Первыми паранджу сбросили с себя жёны рабочих-узбеков в 1924 году после издания декрета об отмене калыма. 8 марта 1927 года по инициативе первого секретаря Среднеазиатского бюро ЦК ВКП(б) И. Зеленского на площади Регистан в Самарканде тысячи узбекских женщин сняли с себя паранджу, сложили их в кучу, а затем подожгли. В этот день от паранджи избавились 10 тысяч женщин. Ещё 90 тысяч женщин сняли паранджу в течение трёх последующих месяцев (6% женского населения). Но 3/10 снова ее надели. Частично это объяснялось нападениями фанатиков на женщин с открытым лицом или их массовыми оскорблениями на улицах. Настроения уличной толпы разделяли многие узбекские коммунисты.

Худжум

«Худжум» переводится с арабского как «наступление». Кампания образовалась в 1920 году для изменение статуса женщин Средней Азии и Азербайджана. С началом кампании началась политика, которая требовала переосмысление роли женщин в обществе, дать им право на образование и право на работу наравне с мужчинами. При “Худжум” создавались специальные женотделы, которые обучали женщин уходу за детьми и основам гигиены, консультировали их по правовым вопросам, проводились женские и детские медицинские консультации.

Кампания поощряла женщин к полному раскрепощению, к 1929 году движение “Худжум” стало массовым, движение сметало многие заградительные укрепления и валы на своем пути.

Появилась экономическая основа для больших социальных перемен в жизни мусульманок — строились новые заводы, крепли колхозы, открывались школы и детские сады. Все больше женщин вовлекалось в общественную и производственную жизнь.

Худжум в Узбекистане

Главными препятствиями для становления женщин равноправными в Узбекистане стояли глубоко въевшиеся средневековые нормы и традиции, где женщины угнетались и использовались в качестве объекта, над которым полную власть имел мужчина.

В короткий срок ликвидировать влияние религии на местное население (в частности, женщин) было нереально. Поэтому после революции в 1917 году в Узбекистане начались постепенные внедрения мер, которые были направленны на уравнение прав женщин, в особенности против замужества несовершеннолетних девушек. В ходе событий в Узбекистане начались создаваться специальные женские отделы, которые изучали изнутри специфику местных традиций, а также образа жизни женщин в целом.

Как говорилось выше, многовековые традиции и нормы одним махом не уничтожить и не изменить. Попытки внедрения тоталитарного режима никак не устраивали коренных жителей, их игнорировали, пыталась избежать и делали указания для “галочки”, так как местный народ не видел и не воспринимал женщин без паранджи.

Члены коммунистической партии были обязаны возглавлять движение Худжум. Для подачи примера они снимали со своих жен паранджу, чтобы сжечь ее. Но после акции и протестов эти же мужчины заставляли жен заново надевать паранджу. Такие действия стали наказываться Средазбюро ЦК ВКП(б), дело могло дойти вплоть до исключения из рядов партии.

Наказуемость за возвращение паранджи стимулировала развитие движения «Худжум». Между Узбекистаном и Туркменистаном стали проводиться соревнование по числу «раскрепощенных» женщин. В историю это вошло под названием «договор миллионов». Пресса была главным помощником женщин в ходе их борьбы. В октябре 1935 года вся ташкентская пресса широко освещала празднования и народные гуляния в честь открытия Первого съезда трудящейся женской молодежи Узбекистана. Женщины со всего Узбекистана и ближних регионов, а также стран зарубежья и других мусульманских стран (таких как Азербайджан), собрались в Ташкенте ради дальнейшего обсуждения и решения проблем, с которыми сталкиваются женщины в советской Средней Азии. В основном это были молодые замужние узбечки, комсомолки, женщины из села, которые вместе за 25 лет (начиная с 1917 года) показывали яркий пример освобождения от оков традиций и установленных норм. Такому феномену свидетельствовали 650 политически активных и экономически независимых женщин, готовых бороться с местным патриархатом. Пресса ликовала, отмечая такие новости, где женщины даже пробовали себя в качестве парашютисток.

Ашур-Биби Ташматова

К 1935 году большевики, используя мощь и авторитет сталинского государства, вложили все силы в освобождение женщин Центральной Азии. Что же на самом деле показала практика? Секретарь ЦК комсомола Узбекистана Исраил Артыков привел в пример историю жизни Ашур-Биби Ташматовой, молодой узбекской девушки, осиротевшей в раннем детстве, теперь успешно работающей на советское государство. Несмотря на ее статус освобожденной советской женщины, биография Ташматовой фактически служила доказательством того, что повседневная жизнь в Узбекистане, вопреки ожиданиям партии, изменилась только отчасти. Более того, его рассказ проиллюстрировал суровые ограничения, существовавшие у советской власти в мусульманской Центральной Азии в 1930-х годах.

Детство молодой Ашур-Биби было невероятно тяжелым, в молодом возрасте осиротевшая узбекская девушка в 13 лет теряет двух сестер, и по стечению судьбы разлучается с братом. Родственники девушки насильно заставляют её выйти замуж за сорокапятилетнего брата своей старшей сестры, у которого уже было 7 жён. Её муж являлся представителем антисоветской партии и находился в Афганистане, имея там огромные связи.

Жизнь Ташматовой еще больше усложнилась, когда ее муж вернулся из Афганистана и начал работать в качестве советского чиновника в городе Денау. Ашур-Биби удавалось бежать от своего мужа несколько раз, но безрезультатно до тех пор, пока ситуация не была замечена советской милицией. Была обнаружена его связь с антисоветскими «бандитами», и муж Ташматовой был приговорен к смертной казни (расстрел).

После того, как ее мужа расстреляли и после ухаживаний многих мужчин ее вновь принудительно выдали замуж за некого Джумамира Насарова, главу местного деревенского совета и бывшего богатого бойца. Ашур-биби стала его второй женой и не последней, вскоре он женится на третьей. Поскольку в советской стране многожёнство было запрещено, он официально разводиться с первыми жёнами, но обязывает их с совместной жизни по законам шариата.

Опасаясь возвращения брата Ташматовой, который увидев жестокое обращение со своей сестрой, мог сдать его советским властям как бывшего басмача и многоженца, Насаров нанял людей, чтобы убить брата жены. Ташматова неоднократно просила светскую власть о помощи, что затем и становится причиной ареста её мужа. Такое действие послужило Ташаматовой угрозой её жизни, Насаров в течение нескольких дней пытался убить ее. Позже он был снова арестован и депортирован за пределы Узбекистана.

Ашур-Биби Ташматова наконец получила долгожданную свободу. В знаменательный для неё 1931 год она сбросила свою паранджу, пополнила ряды комсомолок и устроилась на работу в детский сад. Её счастье оставалось недолгим, против её воли родственники заключают третий брак Ашур- биби с неким Бабахановым, который являлся комсомольцем, помощником директора и секретарем сельсовета. Третий брак ничем не отличался от предыдущих, она получала от мужа только оскорбления и насмешки, иногда дело доходило до угроз ее жизни. Как и во всех случаях Ашур- биби просила советскую власть о помощи, но всё оставалось безрезультатным.

В этой истории мы можем разглядеть неустойчивые социальные структуры, мобильность населения сквозь якобы нерушимые международные границы и полная слабость правительственных и партийных организаций – или, скорее, активное сопротивление местных властей политике партии: это лишь некоторые из тем, которые выявляются в истории Ашур-Биби Ташматовой. Сложности, возникшие в этой истории, и то, как Артыков представил ее, отражают резкий колорит противостояния между советской властью и мусульманским обществом Центральной Азии.

Дело в том, что в 1937-1938 годах в Средней Азии осуществлялись массовые государственные и партийные кампании, которые старались построить новую цивилизацию в СССР.

Задачей было устроить культурную революцию для создания усовершенствованного и равного советского населения. Но такие изменения шли наперекор глубоко въевшейся культурной норме, где женщин не видели равными мужчинам. То были годы повальных зачисток партийных рядов и так называемого кошмара «Большого террора» 1937-1938 годов. Впоследствии стали происходить коренные изменения в структуре общества, которые включали:

- Повсеместное переселение жителей.

- Повышение культурного уровня населения. Людей заставляли изучать труды Маркса, Энгельса и Ленина.

- Приобщение к современной культуре и искусству.

- Посещение врачей в случаях заболеваний.

- Гигиена и мытье мылом.

Несмотря на проводимые мероприятия, попытки создать видимый новый класс или хотя бы вызвать пробольшевистские симпатии оказались безуспешными.

Узбекские регионы продолжали оставаться изолированными. Проблема оставалась большой до того момента, пока партийные лидеры и руководители Женотдела не взяли на вооружение идею интерпретации среднеазиатского общества, в котором мусульманские женщины представлялись в качестве “суррогатного пролетариата”. Таким образом, женщины потенциально являлись мощной группой союзников, которую партия могла мобилизовать путем пропаганды идеи гендерного равенства и освобождения. Другими словами, революцию в Центральной Азии можно завоевать, применяя ее идеи в повседневной жизни.

Отсюда Женотдел решил последовать примеру феминисток Европы и присоединиться к празднованию Международного Женского дня (8 марта), назвав его Худжумом или искоренением «устаревших обычаев» женской изоляции и неравенства. Таким образом, женщины движения Худжум старались искоренить существующие проблемы и трансформацию быта, а самое главное, в Узбекистане, Таджикистане и Азербайджане оно, в основном, было направлено на полную ликвидацию паранджи.

Именно в этот момент история мучений Ашур-Биби Ташматовой стала приоритетом для государства, поскольку в жизни тысяч местных женщин происходило подобное противостояние, горькое и часто насильственное.

Такое длительное и настойчивое противостояние поощрило создание гендерного эталона узбекского общества, которое так и ставило женщин в трудное положение, они подвергались к давлению со стороны своих близких и родственников.

Появились две группы женщин, первые прекрасно понимали необходимость гендерного равенства, поддерживали Худжум, следовали всем законам, предписанным советской политикой. Самым ярким примеров для женщин стала активистка Тоджихон Шадиева, как символ освобождения. Но существовала и другая (вторая) группа женщин. Они являлись противниками новизны, для них идея быть независимой и ходить в открытый одежде была чужой. Во многих случаях эти женщины избегали и полностью игнорировали присутствие светского государства, зачастую избегая новшеств и встреч с чиновниками. В случае принуждения, девушки притворялись ярыми представительницами движения, скрывали свою паранджу и делали вид, что они горят желанием сотрудничать. Даже работницы фабрик и заводов надевали паранджу по окончанию рабочего дня. В мае 1929 г. тайными службами было выявлено антисоветское сборище двухсот женщин в сельской области Андижана, где они осуждали движения Худжум и высказали недовольство принудительному “освобождению”. Они хотели их собственный марш с требованием возврата паранджи. Но вскоре события вышли из-под контроля, когда руководящая митингом Уголиби Раджабабаева, не получив требуемого, ножом начала угрожать одному из офицеров. Два дня спустя дюжина вооруженных ножами и камнями женщин заявились в дом милиционера. Обнаружив пустой дом, батальон разгневанных женщин вышел на улицы, жестоко избивая незакрытых женщин.

Такие действие коренным образом искоренились только с началом Второй Мировой войны, советский быт начал внедряться в жизни Узбеков естественным образом.

Последствия

Следы движения “Худжум” покрыты кровью. Только в Узбекистане в 1927-1928 гг. из числа членов женотдела, заведующих клубов и библиотек погибло свыше 2500 женщин. Все «раскрепощенные» женщины, готовые следовать установкам Советского государства рассматривались как преступницы, враги народа и духовенства. Сила духовенства, обеспеченное население и антиреволюционное общество оказывало активное сопротивление процессу эмансипации женщин, организовывая нападения на комсомолок, активисток коммунистической партии и участниц движения освобождения от домашнего и религиозного угнетения.

Следы расправ:

• В Карасу басмачий поймал двух женщин активисток, проводивших агитацию за выборы делегаток на съезд. Он зверски убили их, а трупы повесили на мясном базаре.

• 22-х летняя активистка, делегатка Алымкан Мамыткулова была убита мужем прямо на судебном процессе при разборе их дела о разводе. Она посещала женские собрания, училась в школе ликбеза без согласия мужа, который ее жестоко избивал после каждого собрания. Не выдержав такого издевательства, Алымкан подала в суд на развод, где во время заседания муж бросился к ней с кинжалом и убил ее.

• Член совета Айнабюбю Джалганбаева заведовала красной юртой, посещала ликбез, вела активную работу среди женщин в селе Кызыл-Туу Кочкорской волости. Муж и его родственники были очень недовольны этим. Муж жестоко избивал ее. Айнабюбю написала об этом в стенгазету и, перейдя жить к своим родителям, продолжала свою учебу и работу. Муж подкараулили ее и убил, нанеся 14 ножевых ран.

• Вовлечение девочек-киргизок и женщин в школу проходило в очень трудных условиях. Манапы, баи и духовенство проводили усиленную агитацию среди киргизского населения, направленную против обучения женщины. Как вспоминает Турсун Усманова, работавшая некоторое время на юге Киргизии, однажды басмачи напали на школу в кишлаке Ичкилик Туя- Муюнской волости, избили учениц и часть девушек увезли с собой.

Но большевики продолжали поддерживать женщин, которые подвергались насилию за их борьбу. Александра Коллонтай обратилась к женщинам бывшей царской империи со следующими словами: “Пусть не пугаются работницы-матери, коммунистическое общество не собирается отнять детей у родителей, оторвать младенца от материнской груди или насильно разрушить семью. Ничего подобного! Оно “возьмет на себя” лишь “материальную обузу воспитания детей”, радость же отцовства и материнства оставит тем, кто способен понимать и чувствовать эти радости”.

Наследие “Худжум”

События, спровоцированные кампанией, показали, как сложно гендерные отношения переплетались с социально-политическими силами в Центральной Азии, а также как женщины участвовали в формировании узбекской национальной идентичности. На самом деле, после получения независимости в 1991 году в некоторых районах Узбекистана (особенно в Ферганской долине) женщины вернулись к ношению платка в качестве способа выражения своей национальной и религиозно-культурной идентичности. Неудивительно, что Артыков в 1935 году использовал историю жизни Ашур-Биби в своем политическом послании. Для большевиков женщина в парандже являлась символом угнетения, отсталости и примитивизма в царской (капиталистической) империи, нуждающаяся в немедленной советской эмансипации. Для их противников открытая женщина представляла чуждый, колониальный образ, порочный, с неопределенным отношением к ответственности за семью и явным отрицанием Бога и Его закона. Что означало ни больше, ни меньше, как конец мира. Женщины, такие как Ташматова, были предметом борьбы, но редко индивидуальностью со своей собственной волей и выбором, что значительно осложняло нарратив за освобождение и противостояние.

Борьба за равноправие на сегодняшний день

Также как и в 1921 году женщины Узбекистана разделены на две группы. Одни стараются бороться за свободу слова, права на выбор одежды и решение своей судьбы самостоятельно. Другие же считают независимость чем-то священным, вручают свою судьбу в руки мужчины и родителям, принимая такой поступок за послушание. Зачастую это приводит к плачевным последствиям, разным видам насильственных действий по отношению к женщинам и лишению свободы действий.

Чтобы поддержать женщин, правительство Узбекистана принимает несколько законодательных проектов. 2 сентября в 2019 году Шавкат Мирзиёев подписал закон «О гарантиях равных прав и возможностей для женщин и мужчин», принятый Законодательной палатой 17 августа и одобренный Сенатом 23 августа. Документ опубликован в Национальной базе законодательства.

«Закон определяет прямую дискриминацию по признаку пола как любое различие, исключение или ограничение, которые направлены на непризнание за женщинами и мужчинами их прав и свобод во всех сферах жизнедеятельности общества, в том числе дискриминация по причине семейного положения, беременности, семейных обязанностей, а также сексуальное домогательство, разная оплата за равный труд и квалификацию» - пишет Газета.Уз.

В те же сроки выступил в силу закон «О защите женщин от притеснения и насилия».

В законе насилие разделяется на четыре вида — половое, физическое, экономическое и психологическое. А притеснение подразумевает домогательство или любое действие (и бездействие), унижающее честь и достоинство женщины, за совершение которого не предусмотрена административная или уголовная ответственность.

Жертва притеснения и насилия имеет право на:

- обращение в уполномоченные органы и организации или суд с заявлением о совершении в отношении нее притеснения и насилия или угрозе их совершения;

- получение бесплатной правовой консультации, экономической, социальной, психологической, медицинской и иной помощи в специальных центрах, а также посредством бесплатной телефонной линии;

- обращение в органы внутренних дел с требованием о выдаче охранного ордера, а в случае нарушения условий охранного ордера — информирование их об этом;

- обращение в суд с требованием о возмещении причиненного ей материального ущерба и компенсации морального вреда вследствие совершенного притеснения и насилия.

Охранный ордер выдается органами внутренних дел сроком не более чем на 30 дней с момента оформления.

Но так ли эффективен этот закон? Помогает ли ордер жертвам?

одно из писем в Nemolchi.uz
одно из писем в Nemolchi.uz
одно из писем в Nemolchi.uz

Система охранных ордеров работает как отсрочка для преступников. Они помогают им избежать немедленной ответственности, которую они должны нести согласно УК и КоАО.

Государство защитит (теоретически) женщину, если преступник нарушит охранный ордер. Но защита выражается в привлечении виновного по той же статье, которую могли применить еще в первый раз. За на нарушение ордера преступник не несет более жестокого наказания.

Член комиссии по гендерному равенству Саида Мирзиёева говорит - «узбекским женщинам есть, что сказать миру, они смогут сделать свой весомый вклад в экономическое и культурное развитие человеческой расы…

…Народ Узбекистана пережил сложную историю со многими трудностями: внешние завоеватели, войны, голод, тоталитарная система, репрессии и долгие годы экономической нестабильности. Будь то национально-освободительные войны или борьба за независимость, женщины принимали во всем непосредственное участие, со всей преданностью, тяжелой работой и бесконечной любовью к семьям…

…Долгая история Узбекистана — это также история наших женщин. Поэты, государственные деятели, дипломаты, инженеры, медсестры, жены и матери. Будь то восточная изысканность искусства или строгость точных наук, женщины преуспели во всех сферах, но оставались в тени. Пришло время дать им возможность расправить плечи и показать во всех красках свои способности и качества, без страха и ограничений».

Будет ли работать такая политика в реальной жизни? Или будет ситуация, как с охранными ордерами? Сказать очень сложно, так как недавний флешмоб “вместеобольном” доказал, что в Узбекистане большое число населения являются ярыми противниками гендерного равенства, высказывая своё недовольство они считают, что женщина равная мужчине идёт наперекор религии, что равенство = пропаганда западных ценностей, что нельзя менять "менталитет" и культуру.

Несколько комментариев под постом флэшмоба #вместеобольном

Этот факт подтвердило главное информационное агентство страны – УзА, попросив Имама прокомментировать ситуацию с прошедшим флэшмобом и феминизмом в целом, тем самым обозначив, что религия превосходит светскость в нашей стране.

Но конечно же, стоит отметить, что флешмоб “вместеобольном” дал хороший старт для людей, вызвал эмоции и резонанс. Люди начали говорить, обсуждать, рассказывать.

Используемые источники:

1) Волкова Елена Юрьевна Что дала женщинам революция 1917 года в России? // Вестник КГУ. 2017. №4. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/chto-dala-zhenschinam-revolyutsiya-1917-goda-v-rossii (дата обращения: 02.08.2020).

2) Татьяна Щурко. «Худжум»: женская эмансипация в период ранних советских экспериментов в Советской Киргизии (1918-1930 годы) // Гефтер. 29.05.2015. URL: http://gefter.ru/archive/15305

3) Татыбекова Ж.С. Великий Октябрь и женщины Киргизстана. Фрунзе: Кыргызстан, 1975. С. 12–13.

4) 100 лет освобождению женщин Советской Средней Азии, а также регресс и закабаление в период установления капитализма. URL: https://www.iccr.gr/ru/news/100-/

5) Давлатбегим Мамадшоева. Слушая истории женщин: противоречивая роль феминистских методологий в исследованиях Центральной Азии// OpenDemocracy. 22.11.2019. URL: https://www.opendemocracy.net/ru/slushaya-istorii-zhenshin-tsentralnaya-azia/

6) Феминизм и Центральная Азия: что пошло не так? // Asia.uz. 02.07.2020. URL: http://asiais.ru/society/28451.html

7) Владимир Бобровников. Безбожники рисуют ислам: советская (анти)религиозная пропаганда в комментариях востоковеда // Полит.ру. 07.05.2002. URL: https://m.polit.ru/article/2009/05/07/bobrovnikov/ (дата обращения: 05.02.2009)

8) Кузнецова С. И. 2007. 01. 027. Нортроп Д. Империя под паранджой: гендер и власть в сталинской Центральной Азии. Northrop D. veiled Empire: gender & power in Stalinist Central Asia. - ithaca; L. : Cornell Univ.. Press, 2004. - XVII, 392 Р. : Ill.. - bibliogr. : P. 371-383 // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 9, Востоковедение и африканистика: Реферативный журнал. 2007. №1. (дата обращения: 02.08.2020).

9) Мирмаматова Райхона Абдурасуловна, Мамадалиев Иномджон Абдусатторович. К вопросу o раскрепощении женщин-мусульманок Средней Азии во второй половине XIX начале XX вв. (на материалах «Туркестанского сборника») // Вестник ТГУПБП. 2014. №2 (58). (дата обращения: 02.08.2020).

10) Большакова О. В. Гендер на окраинах советской империи // История России. Серия аналитических обзоров и сборников. 2011. (дата обращения: 02.08.2020).

11) Douglas Northrop, The Limits of Liberation: Gender, Revolution, and the Veil in Everyday Life in Soviet Uzbekistan, Everyday Life in Central Asia Book Subtitle: Past and Present. Book Editor(s): Jeff Sahadeo, Russell Zanca. Published by: Indiana University Press. (2007) Stable URL: http://www.jstor.org/stable/j.ctt16gznnw.14

12) "Рай у ног матерей и женщин". Советские и постсоветские дискурсы форм эмансипации мусульманских женщи // CSRT. 17.05.2012. URL: https://crss.uz/2012/05/17/raj-u-nog-materej-i-zhenshhin-sovetskie-i-postsovetskie-diskursy-form-emansipacii-musulmanskix-zhenshhin/

13) Гамелько, Е. В. Советское законодательство о положении женщины в 1917-1930-гг. / Е. В. Гамелько. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2010. — № 5 (16). — Т. 2. — С. 97-99. — URL: https://moluch.ru/archive/16/527/ (дата обращения: 02.08.2020).

Авторка: Фарангиз Павар