373 subscribers

О! Мысль!

Мысль такая. Если русские футуристы, поэты, применяли киноязык (см. тут), точнее, его балаганность, для того, чтоб хлестать по щекам отставшую или пасующую революцию и её предателей (в том числе и себя, если виноват), то позитивно трактуемое варварство, образы: «необузданной воли, бешеного бега коней, несущих диких всадников» (https://vk.com/topic-36044791_26744178), - применяют ницшеанцы. А ими можно (с некоторыми натяжками) назвать и националистов – они понимают свою страну и свой народ исключительными. Они, например, композиторы «могучей кучки», скажем, Бородин, даже изображая половцев в опере «Князь Игорь», имеют в виду Россию, как почти восточную страну (ведь половцы растворились в татаро-монголах, а те вошли в Московию). Я имею в виду «стихийные, необлагороженные звучности, придуманные Мусоргским, Бородиным и Римским-Корсаковым» (https://arzamas.academy/materials/1375), - очаровывавшие европейцев, особенно французов, рвавшихся вон от немецкой гегемонии в музыке.

И надо, наверно, признать существование коллективистского ницшеанства, выражающего настроение коллектива индивидуалистов-националистов (вспомним клич «Германия превыше всего!»).

И тогда как-то понятно, почему ницшеанцы-индивидуалисты типа Дягилева и иже с ним так рванулись ко вседозволенности (родной сестре метафизического ницшеанства), выражаемой реформатором балета Фокиным.

До него и Лев Иванов в половецких танцах пошёл на что-то из ряда вон выходящее:

«…лучники, скачущие стремглав, взвивающиеся в диких прыжках в воздух; мальчики, на бегу хлопающие себя по коленям, топчущие землю в своеобразной присядке…»(https://vk.com/topic-36044791_26744178).

А Фокин – вообще…

«Ему удалось не только с блеском воплотить в танце свои неистовые хореографические фантазии, но и убедительно раскрыть музыкальные образы. «Свирепые на вид, с перепачканными копотью и грязью лицами, в зеленых одеяниях, испещренных красными и коричнево-желтыми пятнами, в ярких полосатых штанах, их сборище больше напоминало логовище диких зверей, чем человеческий стан»… пляска мужчин, основанная на бешеном вихревом движении. Половцы мчатся, «взвиваясь в воздух с поджатыми в коленях ногами.

М. Фокин - Половчанин (Главный воин). "Половецкие пляски". Париж. 1909 (?)
М. Фокин - Половчанин (Главный воин). "Половецкие пляски". Париж. 1909 (?)
Адольф Больм – Половчанин (Главный воин). «Половецкие пляски». 1909 Фотография. L. Choumoff, Paris.
Адольф Больм – Половчанин (Главный воин). «Половецкие пляски». 1909 Фотография. L. Choumoff, Paris.

В их буйном танце возникал сразу бег коней, полет степных орлов, звон стрел» (В. Красовская). Впечатляет и пляска мальчиков — диковато-ритмичная, с прихотливо меняющимся групповым рисунком. Завершающая общая пляска захватывает стихийным напором, варварски грубой силой. Все прежде звучавшие темы здесь объединяются, сплетаются в исступленном движении. «... синхронный поток... заливал сцену, перекатываясь волнами, когда бегущая толпа резко сбивалась на другое направление, чтобы, отпрянув, вновь повторить мотив набега — прибоя...

Гончарова. Половецкие пляски.
Гончарова. Половецкие пляски.

Тела раскачивались в мощном унисоне-заклинанье, как бы вторя хору, славящему хана. Колдовское, шаманское было в повторах торопливой припрыжки, разрезаемых внезапным приседаньем, в одинаковых всплесках рук, в одинаковом безумии пляски. Занавес опускался в момент полного ее разгула» (В. Красовская). Половцы в заключительном порыве неслись лавиной прямо на публику» (Там же).

И всё бы хорошо, но. – Мне ж надо для себя решить, из подсознательного ль идеала родом фигуры необузданности, чтоб мне признать их художественными? И признать так я не могу. Для меня есть догма, что я должен почувствовать в благодикостях, что они есть образ метафизического иномирия. А я этого не почувствовал. Значит, тут прикладное искусство, приложенное к задаче усилить переживание в общем-то знаемой вседозволенности. Недоницшеанство тут, а не ницшеанство.

Скууучно, - завоет читатель. – А я ничего не могу поделать. Я раб логики, и нахожу удовольствие в мысли.

22 сентября 2020 г.