«Свидомия»: 25 ноября 1890, день рождения украинской нации

17 March
«Свидомия»: 25 ноября 1890, день рождения украинской нации

Продолжим. Прошлый материал был посвящен политическим предпосылкам «рождения» забавного исторического явления. Целой национальности, моментально проросшей вглубь веков настолько глубоко, что сегодня ее следы теряются …где-то в палеолите. Поскольку неолит уже захвачен, археологическая «трипольская культура» — це Украина, любого свидомого попытайте. Как так получилось: вопросы к науке соседней страны. А сегодняшний материал разберет истоки самой смелой исторической мысли. При полном отсутствии разума и совести.

Чтобы глубже погрузиться в тему и не теряться в хронологии бурных событий, порекомендую к прочтению первую часть.

Борщ забурлил.

В конце XIX века в русинских землях австрийской Галиции вовсю кипела работа по грубому насаждению «украинности». Появилась многочисленная литература на новом, неведомом до того языке: фонетическом. Придуманном националистом Пантелеймоном Кулешом. То, что приходилось читать грамотным русинам, разительно контрастировало с западным киевским говором и тем более — харьковскими наречиями Малороссии.

Усиленно тиражировались на этом птичьем языке книжки и брошюры поляка Франтишека Духиньского. С очень революционными историческими идеями: русские — это не славяне, а потомки азиатских кочевников, лопочущие на искаженном церковнославянском языке. Этнографы и академическая публика была в ужасе: патриотично одаренная молодежь Львова стала щеголять в нарядах «запорожских казаков», которые оказывались «ливреей панских лакеев (гайдуков и казачков)».

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Очень быстро прижали к ногтю политических оппонентов «украинофилов» — «русофилов», ориентированных на культурное единство с русским народом. Их стали бросать в тюрьмы, более-менее известных просто высылать из Австрии. Публичные общества, школы и типографии закрывали, если они отказывались переходить на «кулешовский суржик». Остановился выпуск газет, журналов, брошюр, учебников, литературы на русинском языке. В Россию бежали от преследований лучшие представители интеллигенции Галиции: Яков Головацкий, Адольф Добрянский (дед художника Грабаря), Иван Наумович.

Во всех оставшихся газетах дискутировались (без оппонентов) очень забавные темы. Главным был тезис о неславянской сущности русских, их чужеродности в семье восточных европских народов. Писалось без всяких окольных путей, прямым текстом: русские — потомки смешанных браков украинских колонистов с финно-угорским населением древней Руси. Показывали пальцем по сторонам, предлагая посчитать, сколько же славянских народов живет за пределами Российской Империи. Не стремятся в «тюрьму народов» династии Романовых.

Информационная атака.

Печатали многочисленные рассуждения неизвестных никому чехов, словаков, болгар, сербов, хорватов, полу-поляков… с обязательным выводом: настоящие славяне знать не знают русского народа, отказывают ему в кровном родстве. Технологический посыл понятен. Германия, Австрия, Венгрия упорно сближались в преддверии военного Союза, в глазах общества нужно было представить Россию восточной деспотией. Не континентальной приличной державой. Всё крутилось вокруг автократии «татарских ханов и византийцев».

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Само собой, целые полосы отводились под глубокую аналитику (из австрийского Генштаба). Там цифрами доказывалось: русские слабы экономически, смешны военно-политически, их раздирают внутренние противоречия. Цари беснуются в невежестве, злобно давят инакомыслие, топчут культуры «порабощенных народов», тысячами бросают в казематы и каторги своих интеллектуалов и «просвещенных европейцев». Мало того, составляют каждый день планы, чтобы распространить деспотию по всем сопредельным государствам. Ничего не напоминает?

Образ «русских варваров» был незатейлив, обвешан ярлыками, как барбоска блохами. Не нуждался в критическом осмыслении. Под каждой заметкой пестрели многочисленные «письма соотечественников» со всего света, горячо желавшие «украинцам» Галиции счастья, процветания, рисуя образ сильной и могущественной земли. Которая выжила многие века благодаря «собственной политической культуре и длительным опытом государственности». Занавес…

Это было бы шуткой, но увы… Вена поторапливала разухарившихся националистов. Громыхнуло знатно 25 ноября 1890 года на заседании австрийского парламента. Галичане-депутаты Романчук и Вахнянин публично озвучили этноним «украинец». Объявили всему свету — жители Галиции являются «украинцами», ничего общего не имеют с русскими. Зал рукоплескал…

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Последствия.

Габсбурги правильно поняли «призыв общественности», мгновенно закрутив галицийские гайки. Начали действовать, развязав на русинских территориях культурный террор против всего «русского». Простили революционных поляков, вернув им русинов для правильной идеологической обработки. Выдохнувшие облегченно «паны» понесли новые исторические «знания» в простой народ, им было что рассказать. О неимоверно тяжелой судьбе своих соотечественников на территории России.

Завязался тугой узел, полная копия балканского. Где все ненавидят всех. Ополячивание русинов не состоялось раньше, теперь они с еще большей ненавистью оскалились на панов. Русофилы и украинолюбы на время сплотились. А суды (австрийские) были завалены гражданскими делами о взаимных претензиях (почти всегда решаемые в польскую сторону). Случались стихийные эксцессы, молодые поляки и русины устраивали кровавые потасовки на улицах городов. Кое-где попахивало пожарами.

Австрияки были довольны. Постоянно укоряя местное самоуправление в неспособности навести порядок, «подкрепляли» их немецкими кадрами, проводили аресты, облавы, строго соблюдая баланс интересов. Несколько лет… и Галиция разделилась на три противоборствующих лагеря. Ново-созданные «украинцы» клевали поляков и «москалей», паны платили всем русинам ответной ненавистью, «русофилы» замыкались внутри своих общин или бежали куда глаза глядят.

С начала 1880-х годов «украинство» начинает курировать МИД Австро-Венгрии (щедро делясь кадрами и информацией с берлинскими коллегами), подключаются разведывательные отделы Генштабов двух немецких Империй. В 1888 году в берлинском журнале «Гегенварт» выходит знаменитая «доктрина немецкой расы». Автор, талантливый протеже Бисмарка — Эдуард Гартман, в статье «Россия и Европа» без обиняков формулирует план экспансии Германии на восток.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Вкратце, идея такая: Россия должна быть разорвана на несколько «независимых государств сферы интересов Германии». Для этого нужно распустить «тюрьму народов», активно поддерживая этнический сепаратизм. «Украина» должна стать Киевским королевством под протекторатом Германии и Австро-Венгрии.

Делалось всё с одобрения «железного канцлера», сказавшим в 1877 году знаменитое: «Нам нужно создать сильную Украину за счет передачи ей максимального количества русских земель». Маски были сброшены, три империи покатились навстречу друг другу в жуткую войну.

А куда было деваться?

Этот вопрос придется задавать, чтобы быть корректным и взвешенным. Последствия «украинизации» XX-XXI тяжкие, позорные, никакого профита не принесшие. Но считать всех русинов марионетками, легко поддавшимися на немецкие уговоры, предателями «русского мира» — не советовал бы. Идеологическая картина Галиции и Буковины была крайне сложной.

В рамках лоскутной империи Габсбургов, где немцев было едва четверть населения, работали жесткие принципы «денационализации» всего и вся. Русины стояли перед выбором: их ополячат или омадьярят (во словечко, ага), третьего не дано. Это подогревало шовинизм в среде интеллигенции, приобретая черты агрессивного национализма. Мнимая боязнь полной ассимиляции родило химеры «исключительности», экзотичности, неизвестности мировой общественности… фантастических «украинцев».

Можно с психиатрами читать сообщения тех лет, а можно пожалеть невежественных патриотов-русинов, придумывавших такое… В венском журнале «Русинское ревю» на полном серьезе писали:

«30-миллионный украинский народ для Европы считается почти исчезнувшим».
(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Ученый мир, особенно Америки и Англии, помешанный на этнографических диковинах, такое подхватил с великой радостью. Об «украинцах» печатал статьи даже консервативный «National Geographic»… вплоть до времен Скоропадского. Позже разобрались… сплюнули. Оставив «украинцев» политикам.

Второй фактор, породивший химеры «свидомии», — низкий образовательный уровень авторов проекта, едва вылупившейся интеллигенции. Несколько веков под плеткой польских панов создали ситуацию, когда русины лишились своей знати, аристократии, буржуазии. Те стали польской шляхтой или «поганцами-униатами», корректно говоря — греко-католиками. Некому было словечко замолвить за судьбу народа. Это факт исторический:

«Все устремления поляков были нацелены на полонизацию русин», что те, кто верен своей нации, необразован, а кто хочет образования, должен был присягать полякам».

Новая «украинская» интеллигенция, повернутая на идее национализма, очень опрометчиво стала апеллировать к арбитру — циничной Вене. Которая мигом сообразила: вот он! Тот самый противовес ненадежному и бесполезному панству, венгерским сепаратистам. Политика «сдержек и противовесов» выбрала своей жертвой русинов.

Чтобы быть услышанными, галицийцы не могли оставаться в рамках политической традиции прошлого. Нужно было сотрудничать с Империей, получать права самоуправления, политические свободы … Следовало изобрести что-то новое, интересующее Австрию. Устав растаскивать за шиворот русинов и поляков, венцы предложили изящное решение (моё почтение!). Идеологи МИДа подсказали: «украинцы» — это мессии среди восточных славян. Куда лучше сербов. Тем более — поляков, с их «фальшивой знатью».

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Подверстав под это геройское поведение во время революции 1848 года, русинам показали правильный путь выживания. Напомнили через венские газеты, университетские издания и журналы: «вы гордый народ, верностью и преданностью своей нации пережили нашествие татарских и турецких орд» (с) . Пора вливаться в западноевропейскую культуру. Подумать, как вернуть «колонизированные русскими» исконные земли. Вытравить в своей среде «русофилов». Любо? … Явольх!

Своих хватало…

Явление было не местечковым. Интеллигентская среда Киева тоже формулировала требования создания «национального украинского государства». Жандармы недоумевали: это крайне нехарактерное явление. Все порывы либеральных малороссов всегда носили объединительный, культурный характер. Всё кружилось вокруг «украинского языка», желание было — разговорные наречия оформить в письменные и литературные. А тут… политические требования.

Перцу сыпанули подданные Российской Короны польского происхождения. Привыкшие рассматривать русинов своими «хлопами», их земли — внутренней колонией Великой Речи Посполитой. Паны всячески потешались над внезапно прозревшими «украинцами», попытками «тщеславно выдумать собственную историческую традицию». Академичные мужи покровительственно улыбались в усы, называя это явление «типичной детской болезнью почти всех молодых культур» .

Детским явление это не было, увы. У австрийцев, после согласования с германцами планов возможной мировой войны, проснулся аппетит. Уверенная в неизбежной аннексии Малороссии, Вена даже нашла будущего «короля Украины», содомита принца Вильгельма Габсбургского. Переименованного острословами в «Василия Вышиванного». Эрц-герцог Франц-Фердинанд, наследник австрийского престола (первая жертва мировой войны) часто смеялся над этой ситуацией, тонко шутил… Но всячески назначение одобрял, был в восторге от самой идеи «Украины».

Убийство Франца-Фердинанда в Сараево (Иллюстрация из открытых источников)
Убийство Франца-Фердинанда в Сараево (Иллюстрация из открытых источников)

Итоги.

Накануне Первой Мировой национализм во всех европах был накручен до предела. Жарко полыхали Балканы, славяне-братушки, размазав тонким слоем турок (даже не уведомив покровительницу-Россию)… занялись резьбой болгар, уже в союзе с униженными османами. Погромыхивало в Галиции. Будущий идеолог украинского национализма, беглец из России Дмитрий Донцов открыто вещал: русины обязаны поддержать немцев и австрияков в неизбежной войне:

«Актуальным является не лозунг о самостийности. Актуальным более реальным и быстрее исполнимым — является лозунг отделения от России, разрыв всякой связи с ней — политический сепаратизм».

После войны многие историки удивленно качали высокими лбами. Оказывается, кайзеровская Германия израсходовала на подрывную деятельность против России … 6 миллиардов марок золотом. На 20% больше, чем потратила на 15-тилетнюю программу строительства флота. Насколько инвестиции вернулись после объявления официальной «самостийной Украины» Скоропадского-Грушевского в 1917-1918 годах… вопрос не на зарплату аффтора.

Бают, с лихвой вернуть планировали. Совершенно точно наладили процесс, задействовав весь паровозный парк Малороссии и Польши. Непрерывным потом вывозя в Германию руду, уголь, металл, хлеб, масло, живой скот… На этом изобилии Гинденбург организовал последний рывок на Париж.

На телодвижениях «украинцев» во время Первой Мировой войны, после ее окончания — не буду останавливаться, тошно. Вечная память тем русинам, которые не поддались, не сломались, попали в австрийские концлагеря… не вышли оттуда. Именно в память об этих людях, отбросив маску взвешенного публициста…

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Выводы.

Русинов Галиции грязно использовали в противоборстве с Россией. Большинство не возражало. Не имея достаточного образовательного общего уровня, очень легко поддались на сказки «о великом историческом прошлом». Зная, что это… ложь. Раз отступив от православия, равнодушно продолжили скатываться в униатство и католичество. С радостью поддержали программы австрияков по сдерживанию поляков. Торговаться научились на уровне сельских общин и местного самоуправления так… венские евреи рыдали.

В рамках корявых идеологических экспериментов Австрии очень быстро избавились от «русофилов», не защитили остатки разумного и осторожного подхода к «национализму». Вена сама обмишурилась крепко, продвигая такую взрывоопасную идею в неграмотную среду «селюков». Политика по укреплению взаимной неприязни поляков и «украинцев» (с общей ненавистью к русским) приняла уродливые и кровавые формы польского террора 1918-1919 годов. Ответка прилетела через четверть века. Называлась Волынской резней, геноцидом бандеровцев против этнических поляков. Так национализм стал нацизмом. С тем и живут… тьфу. Историю перечитывать нужно, а не переписывать.

Продолжение? Наверное, будет…

«Свидомия»: 25 ноября 1890, день рождения украинской нации