76 295 subscribers

Выражение «в наших палестинах»… Или как старообрядцы Революцию делали

1,3k full reads
2,5k story viewsUnique page visitors
1,3k read the story to the endThat's 54% of the total page views
14,5 minutes — average reading time
Выражение «в наших палестинах»… Или как старообрядцы Революцию делали

В ХХ век Российская империя ввалилась с несколькими системными социальными проблемами, одной религиозной и двумя финансовыми. Если брать последний показатель: только одна из трёх групп состоятельных людей — дворяне-помещики — ещё могла демонстрировать хоть какой-то корявый патриотизм, заинтересованность в стабильности государственной власти.

Две остальные группировки, в чьих руках были средства производства, промышленность и финансы, — это старообрядцы (купцы и промышленный капитал) и иностранные бизнесмены, плотно оседлавшие почти всю добычу и внешнюю торговлю сахаром-зерном. Есть над чем подумать, ведь первые контролировали 60% всех частных капиталов Империи.

Угнетённое сословие.

Финансово старообрядцы влияли на всю экономику и политическую палитру страны. При численности — в 2-3% от общего числа населения и 10-15% от количества русских в Империи. Хотя нужно быть корректными, это официальные данные. Сочувствовало старообрядцам до трети крестьянского населения, вся «прогрессивная» интеллигенция.

Точно их число никогда не получится выяснить, они не являлись монолитным религиозным образованием. Сначала делились на две группы: «поповцев» и «беспоповцев». То есть, признававшие в своих рядах духовенство или яростно отвергавшие. Каждая большая группа распадалась на «толки», грызлись промеж себя яростно, упершись лбом в какой-нибудь обряд или цитату Писания.

Дело доходило до откровенных сект, с лютыми извращениями Евангельских истин. Исследователи насчитали около семидесяти группировок, из которых условно состояло старообрядчество. Оставив за бортом уральских и сибирских бирюков, рассевшихся на многочисленных зимниках, заимках, таёжных хуторах. Вообще предпочитавших не принадлежать ни «нашим», ни «вашим».

Если в вопросах внутреннего вероучения склоки полыхали постоянно, отношение к обрядам могло быть взаимоисключающим, но главным объединительным фактором всегда была лютая ненависть к Российской Православной Церкви и к властям. Особенно — к царствующим Романовым. Которых абсолютно все старообрядцы называли никак иначе — Антихристы. Имели полное право, так сказать.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Злоба формировалась веками на фоне гонений за веру, социального угнетения, запрета на проповедь и распространение собственной религии. Под смехотворными и надуманными предлогами старообрядцев наказывали, лишали имущества и земли, ссылали семьями, разрушали их храмы. Браки разрешали регистрировать (то есть — венчаться) только в храмах РПЦ. Это было невыносимо для их совести, потому что означало склонение в «веру Антихриста».

Так сформировалось уникальное во многом сословие. Богословы с трезвой головой пытались ответить на вопрос: во что превратилось старообрядчество к началу ХХ века? Да, это была разновидность христианства. Но какая-то странная, имевшая исключительно русские корни и состав. Вроде ничего необычного. Существовали национальные церкви. Которые поддерживались государством, приобретая националистический оттенок: русское Православие, англиканство, французский католицизм и т.д.

Но старообрядчество всегда выпадало из этой системы координат, государство его яростно искореняло. Безуспешно, на месте одной отрубленной головы вырастали несколько новых. Со временем раскольники чётко сформулировали собственную политическую доктрину: русский царь — это Антихрист, а русские, исповедующие государственное Православие, — зловредные еретики.

Мало того, эти «слуги Сатаны» (поданные русского царя) гораздо опаснее, чем католики, протестанты или даже мусульмане. Вот так, мелким гусиным шагом, в двадцатый век притопала… прекрасно отмобилизованная ненавистью — космополитическая секта. В которой не было ничего специфически русского, кроме исторически сложившегося контингента. По большому счёту, в старообрядцы мог быть крещён хоть папуас, хоть китаец. Но только не русский монархист и православный.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

В наших палестинах…

Даже само слово «Россия» в рядах старообрядцев не произносилось, было табуировано. Это прекрасно читается у Герцена в «Былом и думах». Когда описывается встреча с раскольничьим предводителем, главою некрасовцев Осипом Гончаром во время очередного польского восстания:

«Выходит из вагона старый русский мужик, из зажиточных, в сером кафтане, с русской бородой... подал мне руку. Кафтан распахнулся, и я увидел на поддевке большую звезду — разумеется, турецкую. Он постоянно оговаривался, употреблял уклончивые фразы, тексты из священного писания, делал скромный вид, говорил много. В успех польского дела уже не верил и говорил о своих парижских переговорах, покачивая головой.
— Нам, конечно, где же сообразить: люди маленькие, тёмные, а они, поди как,— вельможи, как следует; Ты, мол, Гончар, не сумлевайся: вот как справимся, мы и то и то сделаем для тебя, например. Понимаешь?.. Ну, все будет в удовольствие. Оно точно, люди добрые, да поди вот, когда справятся... с такой Палестиной».

Ключевое слово тут «Палестина», старообрядцы так ненавидели Россию, что считали название страны грязным ругательством. Всегда были готовы помочь «добрым людям». Встретить хлеб-солью Наполеона, например. Укрывать беглых кандальников и разбойников, польских инсургентов. Раскольники принимали активное участие во всех моментах строительства революционного подполья, с самого первого дня его появления. Немного поумнев после разгрома народовольцев, конспирацию утроили.

Прежде чем бежать в комментарии с воплями: «Аффтар, что за грязная пропаганда!»... полистайте мемуары революционера Кельсиева. Там более чем подробно описано взаимодействие со старообрядцами. Пароли, явки, сходки, тайники, связь с зарубежьем. Особенно доставляет выпуклая и необыкновенная «любовь» к русским. Вот откуда в народном обиходе появилась эта незатейливая фраза: «в наших палестинах».

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Новые люди.

Публицисты и этнографы XIX века подмечали: ударившись в максимальную самоизоляцию от русского общества, отказываясь принимать любую государственную поддержку, — старообрядцы сильно отставали в культурном отношении. Поголовно грамотные, ничего кроме своей дюжины «святых книг»… не читали, ибо то считалось страшным грехом. Даже газеты.

Но к концу XIX века в России… вдруг появилась старообрядческая интеллигенция. Это стало очень заметно даже визуально. По улицам городов и деревень стал ходить целый новый класс.

Купцы эпохи Морозова, старообрядцы-крестьяне (легко отличимые от православных крестьянин). Старообрядца-мещанина нельзя было спутать с православным мещанином. И конечно же, в «народных чайных» столики заняли старообрядцы-интеллигенты с университетским образованием. Которые разительно выделялись на фоне православных интеллигентов.

Образ дремучего реликта времён патриарха Никона исчез полностью. Это был не заросший бородищей угрюмый бирюк-лесовик в средневековом кафтане. А опрятный, приличный человек, материально успешный или зажиточный. Просто придерживающийся определённых религиозных верований, взглядов на все аспекты жизни и даже — бытовые нормы.

Но под этой внешней оболочкой никуда не пропала… ненависть к русскому государству и временами — народу. ХХ век показал, на широкое общественное поле из подполья вышел образованный раскольник. Богатый, хитрый, внимательный, опирающийся на целое сословие единомышленников… Мечтающий, чтобы это «царство Антихриста» рухнуло в геенну огненную, желательно вместе с укладом русской жизни.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Враг моего врага — друг.

Кого образованные старообрядцы считали своими союзниками? Любого, кто был против России, включая турок. Раскольники-некрасовцы составляли особый отряд телохранителей султана, к примеру. Постоянно контактировали с шахской Персией, исправно поставляя хороших вояк в отряды местных феодалов, держали в курсе всех кавказских и волжских новостей. Но вскоре «восточный вектор» стал второстепенным.

После Венгерской революции и Крымской войны 1853-1854 гг. особым расположением старообрядцев стала пользоваться Австрия. После 1867 года — Австро-Венгрия. На её территории находился главный центр раскольников — монастырь в Белой Кринице. Отсюда с 40-х годов XIX века распространилась общая организация раскольничьей иерархии. Царское правительство прекрасно было осведомлено о ползучем подполье, относилось к нему крайне болезненно.

Но раскольники австрийского толка неплохо маскировались, авторитет Белой Криницы рос год от года. Как только пути-дорожки бывших соратников по «Священному Союзу» окончательно разошлись, австрияки стали широко использовать раскольников-мирян и раскольников-священников для шпионажа на территории России.

Вторым «раскольничьим» гнездом стала Великобритания. И первые тесные контакты с раскольниками англичане установили в самой Москве. А вот тут мы вступаем на зыбкую почву исторических мифов и предрассудков. Стало расхожим штампом утверждение: непропорционально большое число старообрядцев в среде крупных предпринимателей вызвано… какими-то особыми добродетелями раскольников.

Перечисляется бережливость, трезвость, корпоративная взаимовыручка, какое-то нечеловеческое трудолюбие. «Ага» целых три раза. Вы считаете, что это путь к вершинам крупного буржуазного успеха? По чертежам пуритан? Увы, у раскольников были категорические противопоказания для ведения серьёзных дел капитализма: недостаточная культура и лютая косность мышления. Сверху придавленная фискальными и политическими ограничениями со стороны бдительного государства российского и святейшего Синода.

На уровне провинции и сибирской глубинки старообрядец действительно мог немного приподняться над небогатым православным крестьянином, мещанином, купцом средней руки. Но сделать финансовый рывок в капитализм… удалось только благодаря поддержке англичан. Которые всегда и везде сознательно выбирали своими «деловыми партнерами» людей, максимально враждебных официальной власти. Национальный политический вид спорта англосаксов.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Атака системы.

Началось всё в начале 40-х годов. В Россию приехал торговый агент фирмы «Ди Джерси и Ко» Людвиг Кноп из Манчестера. Вёл крайне светский образ жизни, сорил деньгами, закатывал небывало щедрые попойки в ресторанах. Очень скоро имел на руках всю полноту информации (реальную и обширную картотеку) на главных промышленников империи, которые начали проклёвываться из под спуда «государственных мануфактур и заводов».

Вращался молодой англичанин исключительно в купеческих кругах обеих столиц, приобретя репутацию рубахи-парня для подозрительных старообрядцев. Несмотря на свой откровенно аморальный образ жизни, понравился замкнутым общинам совсем другим: очень специфическим кредитованием. Благодаря политике его фирмы… за несколько лет странным образом разорились несколько русских предпринимателей-дворян и предприятия, которыми опосредованно или прямо владели крупные чиновники.

На фоне откровенно бесчестной конкуренции в 1845 году распалась огромная «Нарвская мануфактурная компания». Членами правления которой были: министр иностранных дел Нессельроде, начальник III отделения Бенкендорф, банкир Штиглиц и ряд других российских купцов, работающих на государственный сектор. Попытка Николая I, якобы ретрограда и мракобеса, начать развитие частной отечественной промышленности — забуксовала.

Но бороться со свободным обращением капиталов, особенно с ушедшей в глубокий технологический отрыв Великобританией… было невозможно. Финансы и бесценный экономический опыт «технической революции» манили всех, даже патриотически настроенных русских аристократов. Но английский бизнес вел свою игру. Захотел... и разорил зарождающуюся текстильную промышленность Российской империи.

Открыв полноводную кредитную линию малограмотным сектантам. Сделав их предприятия образцом для всей континентальной Европы. Без шуток, в Москву потянулись промышленники из Германии, Бельгии, Франции, Австрии. Они не ехали в Манчестер или Ливерпуль. Потому что, англичане там их за ворота не пускали. А вот русские старообрядцы были чуть сговорчивее, даже могли приказать английским техникам и механикам (!) кое-что растолковать своим будущим партнерам-иноземцам.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Главным фаворитом Людвига Кнопа стал малоизвестный, второстепенный русский купец-старообрядец Морозов, хозяин ручной бумагопрядильни. В 1846 году «под ключ» построена и отдана малограмотному Савве Васильевичу первоклассная текстильная мануфактура, оснащённая лучшими «аглицкими механизмами».

Сидя в заводском кабинете, новоявленный капиталист Морозов не особо вникал в производственный процесс, этим занимались опять же англичане-управляющие. Но много лет подряд вокруг роились все более-менее состоятельные купцы-старообрядцы Империи. В контору Морозова (а после, само собой — в офис Людвига Кнопа) выстроилась длинная очередь крайне странных людей. В средневековых одеждах, вздрагивающие и крестящихся на паровые гудки… Абсолютно ничего не понимавшие в технике, производстве, финансах.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Фирма Кноппа выдвигала жёсткие условия: сиди, бирюк дремучий и ничего не трогай. Сами посчитаем, дадим деньги, сами спланируем, сами построим, сами будем ремонтировать, сами модернизировать, даже работать будем. Кредит вернёшь через много-много лет. С отчислений из собственной доли.

Ступай себе в свою церковь, молись. Разве вот… есть одно поручение. Как купец, организуй в своём медвежьем углу лавок поболее. Да с людишками веры своей. Мануфактуру будешь продавать. Таких цен нигде не найти, всех конкурентов придавишь через год. И не забывай картины коллекционировать, пень дремучий.

Были построены сотни мануфактур и заводиков. Сам Людвиг Кноп имел свою долю в 122 фабриках. Народ немедленно придумал едкое: «Где церковь, там поп, где фабрика, там Кноп». Но не стоит демонизировать предприимчивого англичанина, видеть за его спиной «тайное правительство» или происки «гадящей англичанки». Это была уже сформированная и понятная Система.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Не какая-то частная фирма «Ди Джерси». А конгломерат всей британской экономики и финансовых институтов. Которые были озабочены лишь поступательным расширением рынков. С отличной системой многолетнего планирования. Где обязательно учитывался фактор государственного сопротивления национальных правительств, связанных с ним предпринимателей.

Интересно знать, что случилось с «Ди Джерси», от имени которой припожаловал сэр Людвиг? Которая считается по сей день главным акционером мануфактур Империи? Она обанкротилась... в 1847 году. Чьи деньги так охотно вкладывал Кноп в русскую текстильную промышленность России? Не узнаем никогда. Но их было до неприличия много.

Слом системы.

Старообрядцы очень быстро смекнули и раскушали необычный бизнес. Заводы, фабрики, мануфактуры… им раздавали. Без жёсткой конкурентной борьбы, ужасов государственного террора, поиска залогов и обеспечения… просто дарились. Все дела велись… по-купечески, устно. Полная тайна тайн. Ни тебе бухгалтерии, лишь рекомендации по разветвлённой системе национального паука из братьев-раскольников.

И не дай старообрядческий Бог… обманешь. Разорят в один день, ни копейки нигде в мире не получишь в кредит. А есть рекомендация с Рогожского кладбища — получай ещё один завод, построенный «под ключ». Где в конторе уже сидит и ждёт «хозяина» улыбчивый иноземец-управляющий.

Так и выросли империи Мамонтовых, Рябушинских, Терещенок и Морозовых. С очень колоритными и странными владельцами львиной доли имперского частного капитала. Клан Морозовых разделился на четыре ветки: Викуловичей, Захаровичей, Абрамовичей и Саввичей. Набожный глава старшей ветви, Викула Елисеевич, брал на свои заводы только старообрядцев. Ходил, кутаясь в огромную бороду лопатой и… с личной ложкой. Чтобы не оскоромиться.

Годами жил в Англии, набирался опыта. На своей мануфактуре построил целый городок для спецов-англичан. На его предприятиях, кстати, зародился русский футбол. Были построены лучшие в мире поля для этого вида спорта. Основную массу футболистов составляли британские подданные. Хм, в том числе главный резидент английской разведки в Российской империи — Брюс Локкарт. Перед революцией — уже работавший под крышей консула. А в 1918 ставший одним из основателей большевистского ЧК.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Клан Захаровичей. Глава был Николай Давыдович, в Англии тоже сиживал годами. Печатался в островной прессе, был внушительным столпом местных профсоюзов. Под Москвой построил виллу в английском стиле. После революции эмигрировал, переменив фамилию на Фрост (по-английски «мороз»). Второй глава клана — Арсений Иванович. Получил образование в Англии, несколько лет жил в Манчестере, говорил без акцента. Рядом со своим предприятием в Ногинске построил английскую улицу для технического персонала. Был фанатичным старообрядцем, даже участвовал в громких богословских спорах на страницах русских газет.

Клан Абрамовичей. Самый колоритный и знаменитый его представитель — Михаил Абрамович (по прозвищу Джентльмен). Комментировать что-либо дальше не вижу смысла. Но самый лопухнувшийся клан — Саввичи. Много лет поддерживавший левых эсеров и большевиков. Бедный и несчастный Савва Тимофеевич Морозов. После Московского университета прослушал курс лекций по химии в Кембридже, жил в Манчестере.

Его сурового отца называли в московской элите за глаза — Англичанин. Систематического образования не получил, но часто любил блеснуть мудростью: «знаешь английский — человек». Эту поговорку ему привил страшными порками его папаша. За невыученные уроки английского языка.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Были другие старообрядцы?

Конечно, были. Даже лейб-конвойцы из уральских староверов-казаков бережно хранили тело последнего императора Николая II. В благодарность, что последний царь своим Указом от 17 апреля 1905 года «Об укреплении начал веротерпимости» уравнял права старообрядцев и православных. Эпоха гонений и прямого террора закончилась, исчезло слово «раскольники». Именно тогда города и веси Империи и наводнили процветающие и состоятельные бородачи из простого народа.

Первый легендарный герой Первой мировой и первый Георгиевский кавалер — тоже старообрядец, казак Козьма Крючков. Погиб в Гражданскую в бою против Красной Армии под селом Лопуховки (Саратовская губерния). Как и многие другие простые старообрядцы, которым не было дела до акул капитализма, богатых купцов. Они своего добились, их оставили в покое за многие века гонений.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Старообрядцы раскололись, как и вся страна, на два лагеря после революции. Кто-то яростно «возвращал должок» власти Антихриста и Православию, кто-то служил в «белых армиях», потом эмигрировал и основывал общины в Китае, Америке, Австралии и Канаде. Всяко было. Даже мученики. Даже палачи.

Но вот роль в буржуазном Феврале… «людей древлего благочестия» — это совсем другое. Они сохранили свою ненависть к государству и народу. Образ русских промышленных партий и вообще русского капитализма — прекрасно передан многими художественными произведениями. Архитекторов «городского дна» рабочих кварталов.

Когда не было места несправедливости к евреям, полякам, немцам или армянам с турками. «Коренные» Гучковы, Третьяковы, Коноваловы, Рябушинские, Морозовы… на своих заводах гнобили именно православных русских. Контролировали половину промышленности, очень хотели… как на Островах. Парламент, покорная их денежной воле аристократия и народ, мировое господство и прочее. Но большевики оказались хитрее. Что очень хорошо.

Выражение «в наших палестинах»… Или как старообрядцы Революцию делали

#история России #капитализм #революции #Раскол #старообрядцы #самодержавие #русские промышленники #Николай II #гонения на раскольников