Сталин проучил сотрудника Генштаба так, что тот едва не поседел, но не обиделся и не обозлился, а запомнил урок на всю жизнь

34k full reads
86k story viewUnique page visitors
34k read the story to the endThat's 40% of the total page views
5 minutes — average reading time

По мотивам реальных событий

Похожую историю в качестве эпизода, на мой взгляд, использовали сценаристы известного сериала про сотрудников уголовного розыска, капитана Жеглова и старшего лейтенанта Шарапова: когда Шарапов оставил секретный документ на столе, Жеглов, чтобы проучить забывчивого и легкомысленного молодого опера, документ спрятал. Шарапов чуть с ума не сошел, пока искал пропажу. Все закончилось хорошо, "пропажа обнаружилась" - Жеглов признался, что спрятал намеренно. Жестокий урок, если учесть, что за утрату документа отвечать пришлось бы по всей строгости. Шарапов был шокирован тем, как с ним обошелся его друг. Жеглову пришлось долго и терпеливо объяснять мотив своего поступка. Яркий эпизод, запоминающийся. Оказалось, что история не придуманная, аналогичный случай был в действительности. Об этом рассказал в своих воспоминаниях офицер Генерального штаба С.М. Штеменко в книге "Генеральный штаб в годы войны".

Сталин проучил сотрудника Генштаба так, что тот едва не поседел, но не обиделся и не обозлился, а запомнил урок на всю жизнь

В Ставке

Шел 1943 год. 24 июля в Ставке Верховного Главнокомандования проходили рабочие совещания по операции "Кутузов" (12 июля-18 августа). С докладом к Сталину прибыл А.И. Антонов (заместитель Начальник Генштаба, начальник Оперативного управления Генштаба с декабря 1942 года) со своим помощником, С.М. Штеменко. Предстояла работа с картами, которые Антонов и Штеменко принесли с собой и разложили на столе: отдельная карта на каждый фронт и сводная. Каждая карта сверхсекретная.

Вошел Сталин, и началась работа. Доклад занял больше времени, чем предполагалось изначально потому, что возник вопрос с использованием танков. Сталин пригласил Я.Н. Федоренко (заместитель наркома обороны СССР, с декабря 1942 года — командующий бронетанковыми и механизированными войсками Красной армии).

Беспорядок на столе

Когда Федоренко пришел, стол все еще был застлан картами, ни одного свободного места. Не дожидаясь, пока карты будут убраны, Федоренко начал раскладывать поверх свои документы - справки, списки, ведомости. Сталин начал задавать вопросы. Федоренко отвечал и каждый раз обращался к тому или иному документу. Они хоть и были разложены на большом столе, но нужный иногда находился не сразу. Вскоре на столе образовалась каша - федоренковские справки и ведомости перемешались с оперативными картами. Апогеем стал момент, когда в поисках очередной нужной справки Федоренко выложил на стол и свой портфель.

https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/127081/pub_5d8e4c1d5d636200aefabb46_5d8e51b8ba281e00b14f1c4f/scale_1200 Иллюстрация. В Ставке Верховного Главнокомандования.
https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/127081/pub_5d8e4c1d5d636200aefabb46_5d8e51b8ba281e00b14f1c4f/scale_1200 Иллюстрация. В Ставке Верховного Главнокомандования.
https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/127081/pub_5d8e4c1d5d636200aefabb46_5d8e51b8ba281e00b14f1c4f/scale_1200 Иллюстрация. В Ставке Верховного Главнокомандования.

Сталин все это видел и, если раньше мог по поводу такого беспорядка сделать замечание, сейчас молчал - видел, что Федоренко и так нервничает, если уже выложил на стол свой портфель. В итоге решение по проблемному вопросу было найдено - Федоренко предложил вариант, который всех устроил. Стали собираться. Каждый складывал свое. Штеменко перед тем, как выйти из кабинета Сталина, еще раз осмотрел стол - там оставались только бумаги Федоренко и портфель.

Пропажа

В Генштабе возвращения Антонова и Штеменко уже дожидались начальники направлений и отделов. Штеменко стал раздавать карты, добавляя, если нужно, новые поручения. Комната пустела по мере того, как ее покидали офицеры со своими картами. В какой то момент Штеменко начал осознавать, что карт не хватает. А когда в кабинете осталось двое офицеров и пустой стол, понял, что случилось страшное - двух карт не было и среди них- главной, сводной.

Поиски

"Федоренко прихватил!" - первая спасительная мысль. Штеменко немедленно ему позвонил. Помощник сообщил, что от Сталина Федоренко вернулся, но портфель пока не разбирал.

Штеменко срочно отправил туда своего помощника, А.А. Грызлова:

- Осмотрите с Федоренко все, что у него в портфеле. Сейф тоже, может быть карты там.

Едва за Грызловым закрылась дверь, Штеменко позвонил помощнику Сталина, Поскребышеву. Доложил о том, что вернулся от Сталина без нескольких карт, никуда по дороге не заходил и не заезжал, сразу в Генштаб. Карт нет!

-Я все проверил, никаких карт на столе нет. Все разъехались. Ищите у Федоренко.

-Ищем..

Вернулся Грызлов:

- Все проверили, осмотрели.

-И сейф?

- И сейф. Карт нет.

Сообщать или не сообщать Сталину

Это было уже не просто чп, а преступная халатность, за которую по законам военного времени "ответ" был один... Штеменко доложил о случившемся Антонову. Главный вопрос - когда докладывать Сталину - во время следующего визита в Кремль через несколько часов или продолжать поиски в надежде, что карты найдутся. Тщательно проанализировав все, что происходило во время доклада и после него, пришли к выводу, что карты где-то в Генштабе или все же у Федоренко. Не могли же они испариться!

Антонов посоветовал Штеменко воздержаться от немедленного звонка Сталину и не докладывать о пропаже во время очередного визита в Кремль.

Совет вышестоящего начальника Штеменко пришелся не по душе, но возразить не решился - карты и правда могли найтись в любую минуту.

Молчание

"В тот же день вторично поехали в Ставку и, как условились, о происшествии - ни слова. Сталин тоже ничего не сказал. Вернулись в Генштаб. Тут - никаких перемен: карты как в воду канули".

В сотый раз прокрутив в памяти события вчерашнего дня до мельчайших подробностей, Антонов и Штеменко пришли к выводу, что карты остались в кабинете Верховного и, если пропали, то только оттуда. Надо доложить Сталину.

"Дольше молчать было нельзя".

Карты у вас!

Еле дождавшись следующего дня, Антонов со Штеменко отправились на встречу со Сталиным. С тайной надеждой еще раз поинтересовались у Поскребышева - не обнаружились ли карты здесь. Поскребышев молча покачал головой и посмотрел на часы - скоро придет Сталин.

Разложили на столе карты, приготовились. Вошел Сталин. Поздоровались. Пора начинать доклад.

- "Товарищ Сталин, - начал Штеменко. - Сутки назад мною оставлены у вас две карты(...). Прошу вернуть их мне.

Тот сделал удивленный вид:

-Почему вы думаете, что они у меня? Ничего у меня нет.

-Не может этого быть. Мы нигде, кроме Ставки и Генштаба, не бываем. (...)" Карты у вас.

Сталин внимательно посмотрел на Штеменко, перевел взгляд на Антонова, потом снова на Штеменко, молча повернулся и ушел в свою комнату отдыха. Секунды, пока он отсутствовал, показались офицерам адом. Наконец Сталин показался в дверях, держа в вытянутой руке за краешек обе пропавшие карты.

http://i.mycdn.me/i?r=AzEPZsRbOZEKgBhR0XGMT1RkZ8sZPCpal3Vox8rePJLGd6aKTM5SRkZCeTgDn6uOyic
http://i.mycdn.me/i?r=AzEPZsRbOZEKgBhR0XGMT1RkZ8sZPCpal3Vox8rePJLGd6aKTM5SRkZCeTgDn6uOyic
http://i.mycdn.me/i?r=AzEPZsRbOZEKgBhR0XGMT1RkZ8sZPCpal3Vox8rePJLGd6aKTM5SRkZCeTgDn6uOyic

-Нате! - Сталин встряхнул картами перед носом застывших с каменными, но счастливыми лицами офицеров и бросил их на стол.

Вывод.

В очередной раз стоит напомнить критикам Сталина о том, каким на самом деле был Верховный Главнокомандующий: "жестоким самодуром" или выдержанным и мудрым руководителем. Потеря оперативных карт офицерами Генштаба в военное время... уму непостижимо. За такую пусть и ненамеренную халатность - быть разжалованными - это минимум. Происшествие могло закончиться для Антонова и Штеменко военным трибуналом. Но Сталин ограничился тем, что по-своему проучил офицеров, которых ценил и не хотел, чтобы наказание было для них приговором, который бы перечеркнул судьбу каждого из них.

Надо отдать должное искренности самого Штеменко, который включил эпизод в книгу, а не постарался выбросить его из памяти. Хотя в начале главы признался, что "С операцией "Кутузов"(...) связаны очень неприятные воспоминания личного плана".

Ни Сталин, ни Поскребышев, ни Федоренко об этом не упомянули нигде - ни словом ни пол словом. И если бы не признание Штеменко, об этом эпизоде никто никогда бы так и не узнал:

"Об этом случае никогда более ни в Ставке, ни в Генштабе никто не вспоминал. Да и надобности в этом не было. Он и без того послужил для меня предметным уроком на долгие годы".

О таком помнят до последней секунды жизни.

Если понравилась история, буду благодарен за палец вверх. За подписку на канал и репосты - признателен вдвойне.

С уважением, автор.

Другие статьи на другом канале, обратите внимание и на них:

Сталин "ругался" по-разному. Грубый "с намеком" юмор со временем трансформировался в вежливое "последнее предупреждение".

Почему на фото Сталин смеется, стоя рядом с британским фельдмаршалом Монтгомери

О Сталине говорят, что он, как всякий тиран, обожал подхалимов, льстецов, окружал себя ими.

Сталин добавил из своего кармана, узнав, что Институту биохимии Академии медицинских наук СССР не хватает денег на нужный прибор

Сталина обвиняют, что он ввел см.ртную к.знь для детей с 12 лет, ссылаются на секретное разъяснение органам суда и прокуратуры.

После смерти Сталина составили опись его личных вещей. Предлагаю ознакомиться c этим "богатством".

Почему при Сталине коррупционная составляющая в работе чиновников практически отсутствовала