Досмотр в аэропорту Пхукета: с меня и моих подруг сняли даже трусы

28 September 2020
100 full reads
6 min.
135 story viewsUnique page visitors
100 read the story to the endThat's 74% of the total page views
6 minutes — average reading time

Если в моей жизни и есть история, которую можно смело назвать приключением, то это точно о моей поездке в Таиланд с подругами. Эта та же история, которую я никогда не расскажу своим близким родственникам и детям. Могу ею только поделиться с полностью незнакомыми мне людьми.

В далёком 2013 году я с тремя своими лучшими подругами собралась в Таиланд на пару месяцев. Я многое слышала об этой стране – в основном хорошего. Хотелось посмотреть исторические памятники, поваляться на пляже, да и просто пожить беззаботной жизнью, наслаждаясь ежевечерними дискотеками, тусовками и новыми знакомствами. Тогда накануне я еще рассталась со своим парнем, и эта поездка должна была залечить мои глубокие душевные раны.

Мы, наконец, собрались и отправились в аэропорт. У меня было как-то неспокойно на душе, тревожно как-то. Я списала это на ПМС, и постаралась отвлечься от грустных мыслей. В аэропорту меня встретила Нина, затем подъехали Катя с Алиной. Девчонки чуть ли не прыгали от счастья. Они так ждали этой поездки. Ещё бы, наконец-то мы все вырвемся из холодного пасмурного апреля в тёплый Тай, скинем с себя куртки и теплые сапоги, наденем короткие топы и шорты, чтобы рассекать по побережью.

Подруги своим хорошим настроением заражали и меня. И вот я уже почти оправилась, и оставила своё хмурое настроение в Москве. В самолёте мы заказали по бокалу шампанского, начали говорить о том, что сделаем первым делом, как заселимся в наш домик, который мы решили снять на целых два месяца. Наша девчачья компания в самолете была самая весёлая и шумная, и поводов грустить у меня уже не осталось. Время пролетело быстро, хотя преодолели мы огромное расстояние.

Приземлились мы в аэропорту Пхукета, и ещё сидя в самолете, я радовалась солнечной погоде и красивым видам из иллюминатора. Из самолета мы вышли на таком подъеме, что хотелось танцевать прямо в аэропорту Пхукета. Сидение в одном положении на протяжении полета способствовало этому – руки и ноги сильно затекли.

Мы забрали свой багаж и отправились проходить таможенный контроль. Очередь из пассажиров двигалась медленно, ещё меня смущали собаки, которые обнюхивали наши чемоданы. Когда очередь дошла до меня, я положила свой чемодан на ленту сканера, а сама прошла через рамку. Пришлось снять обувь, так как пищали металлические бляшки на моих ботинках. В целом, больше проблем не было. Прошла Нина, у неё тоже все было ровно. Когда очередь дошла до Кати, то у неё что-то обнаружили непонятное в сумке и попросили открыть показать. Катя в недоумении открыла чемодан и начала разгребать свои вещи, показывая таможенникам. Привели собаку на поводке, и, обнюхав Катины вещи, она начала громко лаять.

Мы ничего не поняли, что нам говорили на ломаном английском тайские сотрудники аэропорта. Но потом пришёл какой-то важный мужчина в костюме и объяснил, что вынужден нас задержать ненадолго до выяснения обстоятельств. Он провел нас в помещение, где мы вчетвером ждали непонятно чего, и не понимали, что происходит. В этом помещении, похожем на какой-то офис были только стол и несколько стульев – и больше ничего. На окнах были решетки.

Ждали мы минут пятнадцать, пока к нам пришли уже какие-то другие сотрудники аэропорта и представились. Имен их я уже не помню. Один из них отлично говорил на английском и почти без акцента, остальные почти ничего не говорили. Нам сообщили, что у Кати в сумке нашли какое-то странное вещество, возможно запрещённое, и сейчас проводится его предварительный анализ. Мы с удивлением посмотрели на Катю, которая была удивлена не меньше нашего. Катя спросила:

- Какое ещё нафиг вещество? Вы что, совсем уже что ли? Нет у меня никаких веществ в сумке.

- Мы просим прощения за не удобство, но мы должны выполнить свою работу. И как только анализ будет завершён, вас не задержат ни на одну лишнюю минуту. – Сказал вежливый мужчина в чёрном.

- Сколько нам ещё ждать? Мы устали, хотим отдохнуть, помыться.

- Не волнуйтесь, анализ будет завершён в течение часа, но до этого мы обязаны вас осмотреть и провести обыск. Вам придётся вывернуть все карманы.

- Ужас какой, - сказала Катя.

- Кать, а что там такое они у тебя нашли, - спросила Алина.

- Да, хрен его знает, что они там нашли. Крем какой-то может, я косметики с собой понабрала, больше у меня никаких веществ нет, ну, или духи еще, там 3 флакона. Ерунда какая-то.

- Уважаемый, у нас ничего запрещенного нет, - обратилась к вежливому мужчине Нина, - мы добропорядочные граждане, и ничем плохим не занимаемся. Отпустите нас, пожалуйста. Не надо портить нам отдых.

- Мы ещё раз приносим вам свои извинения, но таков порядок. Мы обязаны все проверить. Прошу вас вывернуть ваши карманы брюк.

- Бред какой-то, - с этими словами Нина вытащила из карманов свой мобильный телефон и показала, что в её карманах больше ничего нет.

- Теперь вы, - и таможенник показал на меня. Я была в штанах с карманами-обманками, сказала, что карманов нет. Тогда один из мужчин ощупал мои бедра, на предмет карманов, но ничего не обнаружил и кивнул главному, что, мол, нет у меня ничего.

- В общем, девушки, вы должны пройти сейчас стандартную процедуру проверки. И если все хорошо, то после неё вас сразу отпустят. Подходите по одной к нам, мы проверим каждую из вас. Давайте вы, - он указал на Алину.

Алина подошла к ним. Один из сотрудников аэропорта в форме начал ощупывать её с ног до головы. Попросил снять заколку, затем начал копошиться в ее волосах, будто ощупывая их, после этого он развернул её лицом к себе, ощупал её всю, кивнул главному. Главный посмотрел на меня и сказал: «Теперь вы, пожалуйста». Я подошла с выражением лица полным негодования. Сотрудник повторил все те же самые действия со мной, а затем с Катей и Ниной.

- В общем, так девушки, не пугайтесь, но теперь придётся раздеться до трусиков, чтобы мы проверили вашу одежду, так будет быстрее и удобнее для всех.

- Не пугайтесь? Что?! Вы с ума сошли? Я ничего снимать не буду, - сразу завила Алина.

- Поймите, девушка, если вы не сделаете это сами, мы будем вынуждены применить силу, то есть мы разденем вас сами. Вы же не хотите этого?

- Вы больные! – Вскрикнула Алина, и начала дёргать ручку двери, пытаясь выйти из помещения. – Только подойдите ко мне, и я закричу. Выпустите нас отсюда быстро!

- Если вы сейчас же не прекратите истерику, вам вколют сильное успокоительное, и вы отключитесь, тогда ваша проверка пройдёт без вашего участия, и раздевать вас будет один из сотрудников. – Ответил вежливый досмотрщик.

Алина забилась в угол, закрыла руками лицо и начала реветь. Я подошла к ней и начала успокаивать. Но это мало помогало.

- Девушки, давайте приступим скорее к досмотру, вы тратите своё и наше время только. Встаньте вот тут на коврике, и снимите с себя всё, кроме трусов, включая лифчики. – Попросил досмотрщик.

Я взяла под руки Алину, и привела её на этот злосчастный коврик. К нам подошли Катя с Ниной. Катя сняла с себя рубашку и сразу после этого брюки. Нина тоже. Они остались только в нижнем белье. Я сняла футболку с себя, и уже собиралась стянуть брюки, как Алина мне сказала:

- Зачем это нужно? За что с нами так? Неужели это так остро необходимо?

- Алинчик, не спрашивай, откуда я знаю. Я знаю только, что возможно мы выберемся отсюда, если сделаем, что они просят, иначе никак. Снимай уже топ, никто не тебя не тронет, я обещаю.

- У меня под топом лифа нет. – Ответила она, а её лицо выражало полную безысходность.

- Да какая разница, все равно лиф нам тоже придётся всем снять, он же сказал до трусов раздеться.

Алина будто взяла себя в руки, и стянула свои джинсы, оставшись в одном топе. Так мы еще минуту простояли, отказываясь снимать лифчики. Пока нам жестами не показали, что они нас в покое так просто не оставят, и лифы все-таки придется снять. Со словами «больные ублюдки» Катя первая сняла с себя бюстгальтер. Я не могла не заметить её шикарную грудь третьего размера. Она была такой налитой, торчащей, словно силиконовая, но нет, всё у неё было естественное от природы. Повезло же ей, думала я.

Я тоже сняла с себя свой пушап, под которым не было ничего особенного, всего лишь угрюмая единичка, которая почти не привлекает внимания мужчин. Хоть некоторые мужики и говорят, что не любят большие сиськи, а все равно глазеют на таких, как Катя, а не на таких, как я. После лиф сняла Нина, у неё тоже все было «Слава Богу» в плане размера груди. Нормальная такая двоечка, чуть разведена в разные стороны, но все равно сочная и упругая. Все ждали Алину. Увидев наши усталые взгляды, она, молча, принялась снимать свой топ. Алина даже лифчиков не носила, так как они ей не нужны были – и скрывать нечего, и подчеркивать особо тоже. Как только она сняла его, то сразу прикрыла то, что у нее называлась грудью.

Когда мы остались только в одних трусах, сотрудник аэропорта взял наши вещи и собрал в какой-то ящик, а затем принялся осматривать и прощупывать их. После этого, вызвали кого-то по рации, и через минут пять к нам вошел ещё один сотрудник в белом халате. Сотрудником этим оказался доктор. У него с собой был чемоданчик с инструментами. Он поставил свой чемодан на стол, постелил клеёнку, надел перчатки и взглядом дал знак главному, что у него все готово. До меня тогда даже ещё не доходило, что с нами собираются сделать. Да, это был гинекологический осмотр.

- Девушки, пожалуйста, по одной проходим, снимаем трусики и садимся на стол. – Сказал главный самый вежливый сотрудник.

Мы переглянулись с девчонками. И от шокового состояния, ничего не могли сказать. Нина, как самая боевая из нас среагировала на это:

- С какой стати мы должны это делать, мы что – преступницы? – Недовольным тоном спросила она.

- Нет, простите, не преступницы, но мы действуем согласно инструкции. Таков порядок. Мы быстро осмотрим вас, и вы сможете сразу после покинуть аэропорт.

- Дурдом, - сказала Катя, - да кто вы такие? Я буду жаловаться, я так этого не оставлю.

- Извините, мы обязаны, - со спокойствием удава произнёс сотрудник аэропорта, - пожалуйста, одна из вас сейчас должна пройти осмотр, и чем скорее мы сделаем это, тем быстрее вы выйдете отсюда. Если вы добровольно это не сделаете, то мы будем вынуждены задержать вас и составить протокол, и вас все равно осмотрят, только уже без вашего на то разрешения.

- Ладно, - сказала Нина, - осматривайте меня.

С этими словами моя лучшая подруга села на клеёнку, сняв с себя трусы. Я никогда не видела её голой, и старалась не смотреть на неё в этот момент, сгорая от стыда. Все три сотрудника аэропорта при этом смотрели на неё без каких-либо психологических неудобств. После того, как Нина уселась на стол, доктор показал ей жестом, чтобы она раздвинула ноги. Нина повиновалась. Затем доктор взял из своего чемоданчика, по всей видимости, зеркало и вставил его во влагалище и плотно зафиксировал.

Нина вскрикнула от боли, видимо ей что-то защемили в процессе.

- Ай, больно, что вы такой неаккуратный, я вам мясо что ли какое-то подопытное.

- Простите, я не хотел, сейчас все закончится. – Ответил врач.

Он вытащил зеркало из её органа, и сказал главному сотруднику, что вроде бы ничего не нашел.

Мне было жаль в этот момент подругу, я знала о ней одну её страшную тайну, от которой волосы на голове шевелились. Её в 13 лет изнасиловал сожитель её матери, но она никому об этом не говорила, только мне рассказала. С тех пор Нина не могла общаться с парнями, избегала их. Ещё в школе у неё была подружка, в которую она была тайно влюблена. А затем начался универ, но даже там Нина никогда не отвечала на знаки внимания противоположного пола. Ей нравились девочки, но она меня сразу успокоила, что я, конечно, классная, но не в её вкусе. В целом, её такая особенность нисколько не мешала нашей с ней дружбе.

Я просто представила, что в тот момент может испытывать человек, которому уже приходилось попадать в подобную ситуацию, когда его раздевают против его воли и прикасаются к интимным местам, да ещё так грубо. Для Нины это было, скорее всего, большим стрессом и новой психотравмой. Но Нинка держалась молодцом и стоически выдержала это испытание. Когда осмотр закончился, она живо натянула трусы и спокойно села на своё место.

Сотрудник кивнул на Катю, у которой в чемодане нашли какое-то сомнительное вещество. Катя неуверенно пошла к столу, сняла трусы и сразу раздвинула ноги. Стоявшие напротив неё сотрудники аэропорта начали между собой переговариваться эмоционально. Доктор сменил перчатки, а затем вытащил из Кати какую-то странную штуку, состоящую из двух крупных шариков, размером с небольшое куриное яйцо. Шарики были прикреплены к тонкой веревочке. По всей видимости, это были вагинальные виброяйца или шарики, я точно не знаю названий этих секс-игрушек. Катя все раскраснелась и не вымолвила ни слова. Один из сотрудников взял эти шарики и куда-то отнес. Катя успокоилась, оглянулась по сторонам и сказала стоявшим напротив мужчинам:

- И что? Это просто лечебные шарики для тренировки мышц. Что вас так удивляет? Никогда не видели ничего такого? В 21 веке живем уже.

- Девушка, все хорошо, но мы вынуждены забрать это на анализ. – Тихим голосом сказал вежливый сотрудник.

- Бля… Да что за день то такой?

- Подождите, это ещё не все. – Остановил Катю доктор.

Он просунул свои пальцы в Катю, от чего она томно застонала. Пальцами он орудовал так, будто пытался что-то нащупать внутри, а Кате это очень нравилось, по всей видимости. В какой-то момент она запрокинула голову и закатила глаза. Стоявшие напротив мужчины стояли и удивленно смотрели на сие действие.

Я вообще не удивилась тому, что Катя словила кайф от простого гинекологического осмотра. Она постоянно была помешана на сексе, и все её мысли были только об этом. За глаза мы её называли нимфоманкой. После выходных она всегда нам рассказывала о своих сексуальных похождениях. Её знакомство с парнем всегда начиналось именно с секса, и только потом Катя уже решала, продолжать с ним общение или ограничиться одним свиданием. Она ни разу не однолюб, и верность – это ничего не значащее для неё слово. Она говорила, что парни созданы для удовлетворения сексуальных желаний женщины.

Выбрала она всегда себе крепких, спортивных партнёров. Но мужчины не хотели быть её очередной секс-игрушкой и когда понимали, что Катя неисправима и никогда не сможет хранить верность, просто разрывали с ней отношения. Оставались рядом лишь фредзонщики, парни для дружбы, с которыми спать не хотелось совсем по каким-то причинам. Периодически всплывали и те, кому не нужны были традиционные отношения, а только секс-онли с доступной красивой девчонкой. Катя была довольна тем, что у неё есть, никогда не жаловалась. Секса ей точно всегда хватало, хотя она всё равно говорила, что хотелось бы ещё больше, хоть 3 раза в день, но времени катастрофически не хватает.

После этого она завела себе любовника – одного из сокурсников, который давно положил на неё глаз. Станислав был хорош собой, но совсем не спортивен – будущий типичный офисный планктон. Как Катя говорила – на разок под винишко пойдёт. Он был влюблён в неё, а для Кати он был очередным инструментом для удовлетворения её похоти, и ей плевать было на его чувства. В выходные, если Катя не успевала снять какого-то спортивного красавчика, она писала этому парню, чтобы он приехал к ней, ссала в уши о том, как она по нему скучает, и какой он тигр. В общем, он был её запасным аэродромом.

Я всегда восхищалась подругой. Как ей так удавалось жить в своё удовольствие, не слушая разговоры за спиной и осуждение других девчонок. Мы её принимали такой, какая она есть со всеми своими тараканами. Поэтому я ни сколечки не была удивлена тому, что сейчас Катя закатывает глаза от удовольствия, хотя её просто осматривает тайский гинеколог на предмет спрятанных наркотиков внутри. В какой-то момент у Кати участилось дыхание, и она начала слегка постанывать. Сотрудники начали перешептываться между собой, а мы с девчонками просто стояли с отвисшими челюстями.

Доктор закончил осмотр пальцами. Выражение его лица было неизменным, он будто такое каждый день видел, поэтому оргазм Кати воспринял как-то что-то обыденное. Затем он вставил в неё зеркало и за полминуты осмотрел, что внутри. Но там уже больше не было никаких «сюрпризов» для него. Катя встала со стола, натянула маленькие трусики, и, хихикая, направилась в нашу сторону. Настал черёд Алины. Алина была полной противоположностью Кати, она смущалась еще больше, чем я. У неё никогда не было полового партёра, поэтому не то, что секс, а сам факт необходимости похода к гинекологу оборачивался для неё стрессом. Она жутко стеснялась показываться голой, не то, что мужчине, а даже женщинам, поэтому стояла и дрожала за моей спиной.

Я ей сказала:

- Алина, ну, хочешь, я сейчас вместо тебя пойду? Но тебе же все равно придётся сесть на этот стол после меня. Не бойся ты, не съедят они тебя.

- Да, не боюсь я, просто не хочу. Почему я вообще должна куда-то садиться, что я такого сделала?

- Алин, ну ты же видишь, что им плевать на то, кто мы. Они выполняют свою работу. Давай ты сейчас пойдёшь, а уже вечером мы будем пить Лонг-Айленд на пляже, я тебе обещаю.

- Ну, не могу я, блин, Алёна. – В отчаянии ответила она.

- Алин, ну ты же понимаешь, что всё равно они тебя посадят на стол, хочешь ты того или нет, ты же не хочешь, чтобы они это сделали насильно, да?

- Суки они такие, хотя бы эти трое вышли бы за дверь, а так стоят и пялятся ещё, извращенцы конченые.

- Успокойся, они это не для удовольствия делают, это их работа. Им нужно контролировать ситуацию. Тем более ты же ничего внутри не прячешь, так что они быстро тебя осмотрят и оставят в покое. – Успокаивала я Алину.

- Это все из-за тебя Катя, всё из-за тебя. – С отчаянием в голосе проговорила Алина.

- Что из-за меня, блин? Я то в чём виновата перед тобой?

- Ни в чём, блин. Ты вообще сама невинность, – съязвила Алина и прошла к столу, – отвернитесь, – сказала она досмотрщикам, - ну?! Пусть меня только доктор осмотрит.

- Мы не имеем права, и обязаны присутствовать на досмотре.

- Да чтоб вас… - гневным голосом проворчала Алина, и начала стягивать с себя трусы, - чтоб я ещё с вами куда-то поехала после этого, - злостно оглянула она нас всех.

Алина уселась на стол и закрыла промежность руками.

- Пожалуйста, уберите руки, - попросил доктор.

- Только не делайте мне больно, осмотрите без зеркала. Я ещё девственница.

- Хорошо.

Напряжение Алины сложно было скрыть. Её щеки горели огнём, руки дрожали, и она вся была на пределе, будто оголенный нерв. Она тяжело дышала. И казалось, что она не просто смущена, но очень зла на всех присутствующих из-за происходящего и готова была кого-то придушить.

Доктор вставил ей пальцы во влагалище, и Алина от испуга вскрикнула:

- Да что вы делаете, я же сказала, что девственница, куда вы руки свои суёте?!

- Успокойтесь, девушка, ничего с вами не случится. Мы не тронем вашу девственность. – Проговорил вежливый досмотрщик. Видно, что он уже терял терпение из-за Алины, которая вела себя как истеричка. У него проступил пот на лбу, он обтёрся платком.

Доктор минуты полторы водил пальцами внутри Алины. А она тем временем пыхтела, тяжело дышала, краснела от стыда и злилась еще больше. Она не получала абсолютно никакого удовольствия в отличие от Кати, которой удалось еще и оргазм получить в процессе. Врач уже будто что-то нащупал и хотел вытащить, и все с удивлением замерли, не понимая, что же может быть внутри девственницы, которая даже к гинекологу почти никогда не ходила, если не считать планового осмотра в школе.

Оказалось у Алины во влагалище, какая-то шишка, которую необходимо исследовать, чтобы исключить злокачественную опухоль. Доктор объяснил, что врачей бояться не надо, и ходить к гинекологу нужно регулярно для собственного блага. Алина изменилась в лице, она уже не злилась. Злость сменилась страхом и беспомощностью. Ещё час назад она летела в самолёте в предвкушении купания в теплой морской воде, а сейчас её ошарашили новостью о том, что с ней что-то не в порядке. Она была озадачена неизвестностью, и спросила, потерпит ли визит к доктору еще два месяца. Врач растерялся, и объяснил, что тут сложно сказать, и он не может ответить, не зная, что это за новообразование.

- Капец, вы меня прям «обрадовали». Вот так поездочка, ниче не скажешь. – Алина со злостью натянула трусы, а затем штаны. И встала в другом конце помещения, подальше от всех. Видно было, что вот-вот она расплачется.

Общая атмосфера была очень гнетущей, от беззаботного веселья не осталось и следа. Я уже успела пожалеть, что согласилась на эту поездку, ведь у меня сразу было какое-то предчувствие плохое. Я попросила Нину подойти к Кате и успокоить её, пока меня будут осматривать. После этого я прошла к столу, села, и начала раздеваться.

Сидя на столе, я просто хотела, чтобы это всё поскорее закончилось, поэтому я совсем не обращала внимания на досмотрщиков, стоявших напортив и пялившихся мне между ног. Доктор засунул в меня зеркало, и начал осмотр. Было неприятно, в какой-то момент даже больно, но я стойко терпела, зная, что это скоро прекратится, и нас скоро отпустят. Мне часто приходилось проходить подобные осмотры у врачей, так как постоянно у меня то кольпит был, то пиелонифрит. Вечно что-то болело и воспалялось, поэтому все действия врача я воспринимала нормально, без сопротивлений.

В нашей «камере пыток» повисла мёртвая тишина. И только стук железных инструментов доктора нарушал этот покой. Я закрыла глаза и перенеслась мысленно в другое место, полностью отключившись от всего, что происходило вокруг. Я представила, как лежу дома на кровати, а меня нежно гладит мой бывший парень, с которым мы расстались накануне. Я представила его ласковые руки и теплые влажные губы, целующие меня. Мне стало так хорошо, эти мысли меня реально успокаивали. Я всегда так делаю, когда оказываюсь в стрессовой ситуации. И в этот раз тоже помогло. А потом я вспомнила причину нашего расставания – его измену, и всё спокойствие сразу как рукой сняло.

Все мои старания забыть этот инцидент были напрасны. На глаза навернулись слезы, и мне уже было абсолютно всё равно, что я лежу голая посреди зала в окружении сотрудников аэропорта и своих подруг. Доктор вытащил изнутри зеркало, а я просто сидела и смотрела в одну точку на потолке, пока меня не окликнули.

- Девушка, все, вы можете встать и одеться. Девушка, вы меня слышите? А? – Сказал вежливый досмотрщик и протянул мне мою одежду.

Я оглянулась по сторонам – подруги уже все были одеты. А я как будто пробудилась от глубокого гнетущего сна с участием моего бывшего. В этот момент в помещение вошел ещё кто-то. Это был ещё один сотрудник аэропорта – мужчина, который сообщил, что только что были получены результаты анализа вещества, найденного в Катином багаже.

- И что же это было? – Почти в голос спросила каждая из нас.

- Наш сканер показал что-то запрещённое, а собаки учуяли какой-то подозрительный запах. Мы были уверены, что это наркотические вещества, а оказалось это просто какой-то травяной чай, который по запаху не понравился животным.

- Нет, ну вы нормальные? – Спросила Катя. – Вы нам тут устроили досмотр, залезли в наши вагины, из-за того, что вам что-то там показалось, да?

- Приносим наши извинения. Мы больше не смеем вас задерживать. Вы свободны, желаем вам приятного отдыха. И еще раз, простите за неудобства. – Вежливый сотрудник будто бы сам вздохнул с облегчением, что все это, наконец, закончилось.

Я сразу слезла со стола, оделась, и мы все вместе вылетели пулей оттуда. В такси, по пути к нашему месту проживания, мы пообещали друг другу, что всё, что произошло в этот злополучный день останется между нами, и мы сами больше не будем вспоминать об этом, чтобы не омрачать наш отдых.