Запретная сказка о Змее Горыныче (деревенский фольклор). Часть 2.

10 October 2020

В деревенском фольклоре редко встречается happy ending, и уж тем более его нет у запретных сказок (для взрослых). Если вы не любите истории с трагическим сюжетом, деревенские сказки о Змее (ссылка на начало этой истории) лучше пропустить.

Забегая вперёд, хочу повторить предупреждение, что впечатлительным натурам с ярким воображением и фантазией, эту сказку лучше не читать! Берегите, пожалуйста, себя и свою нервную систему.
Автор иллюстрации: Victoria_Borodinova  с сайта Pixabay
Автор иллюстрации: Victoria_Borodinova с сайта Pixabay

...Случилась как-то у царицы беда: пошли служанки на реку бельё царское стирать-полоскать – подхватила река покрывало зачарованное, да и унесла. Разозлилась царица, что не сможет больше в тайне от царя со Змеем видеться, да и велела слугам бить служанок нерадивых плетьми нещадно. Сама же от тоски по Змею Горынычу закручинилась тоскою сильною, на глазах иссохла-зачахла, и от того совсем лёжкой слегла в кровать помирать.

Как узнал царь, что жена его помирает, в тот же час созвал со всего царства лекарей, и велел им от хвори жену любимую избавить. А лекари ему говорят:

- Нет у царицы никакого изъяна – разве что тоскою-кручиною, по причине нам неведомой, душа плачет-мается. Надо бы саму царицу о той тоске расспросить.

Стал царь жену потихоньку расспрашивать:

- Что с тобой, солнце моё ясное? От чего ты так грустна и бледна – от чего тебе занедужилось? Скажи, чего хочется твоей душеньке – в сей же миг желание твоё исполню, а хоть бы и пришлось на край света за ним идти!

Отвечает ему царица слабым голосом:

- Муж мой любимый, ничего мне уже не надобно, видать срок мне пришёл помирать. Лишь одно средство во всём белом свете есть, что может от хвори меня исцелить: коли отведаю я сердце оленёнка, три дня тому назад на белый свет народившегося – в тот же миг здорова стану.

- Не печалься, душа моя, в сей же час на охоту поеду и лекарство от хвори твоей добуду! – пообещал царь и тот час на охоту со слугами верными отправился.

Царица же приказала служанкам растворить окно спаленки поширше, да вон всем выйти. Как осталась она одна, взглянула на оконце раскрытое и шепчет тихонечко слова заветные, Змея Горыныча к себе призывая.

Прилетел Змей в облике соловушки, ударился об пол – и сам собою оборотился. Как увидела его царица – в тот же миг вся немощь с неё сошла, и встала она с кровати совсем здорова. Бросилась царица на грудь Змею Горынычу и зарыдала горькими слезами:

- Друг мой любый, не уберегли слуги нерадивые покрывальце зачарованное – нет у нас больше способа мужа моего обманывать! А потому знай, что последний раз с тобой видимся. Как оставишь меня вскоре – разлуки с тобой мне уже не пережить! Дай хоть последний раз на тебя полюбоваться, да из уст твоих сахарных мёду сладкого всласть перед смертушкой напиться!

Отвечает ей Змей Горыныч:

- Не горюй, краса моя ненаглядная! Как вернётся твой муж с охоты, скажись перед ним весела и здорова, да зови с собой по саду вкруг дворца прогуляться. В том саду налетит на вас вихрь могучий, да только ты его не пугайся – то я буду. Заберу я тебя с собой на веки-вечныя! А при том и честь твою пред всем миром сохраним – будут все говорить, что не по своей волей ты со мной ушла.

Обрадовалась царица речам Змея! Стали они друг друга целовать-миловать, да утехами тешить. А как пришло время царю с хоты возвращаться, улетел Змей Горыныч до поры – до времени, а царица в постель слегла и больной притворилась.

Принёс царь на кухню сердце оленёнка трехдневного, да велел слугам немедля его прожарить и царице на стол подать. Как отведала царица кусочек – тотчас встала с кровати и стала с мужем весела и игрива. Говорит она царю:

- Благодарю тебя, муж мой любый, за избавление от хвори-немощи! Кабы не ты – не видать мне больше света белого! Позволь же, царь-батюшка, по саду с тобой прогуляться и пройтись по тропинкам рука об руку – дозволь побыть с тобой рядышком!

Обрадовался царь, что любимая жена вновь здорова стала, и вышли они в сад по дорожкам пройтись. Вот идут царь с царицей рука об руку, ведут меж собою беседу неспешную, как вдруг потемнело небо, закружил ветер вихрями могучими – летит Змей Горыныч тучей чёрною. Подхватил Змей царицу, да и унёс неведомо куда.

Загоревал царь по жене любимой, велел слугам немедля готовиться к походу на Змея Горыныча, дабы царицу из беды выручать. А царевичи-змеёныши ему и говорят:

- Негоже тебе, царь-батюшка, дворец и всё царство наше сиротинушкой оставлять – мы сами в поход на Змея пойдём и матушку из беды выручим!

Смотрит царь: стоят перед ним не отроки младые – а богатыри рослые! И не заметил, как сынки возмужали и силушкой налились! Велел царь слугам своим выдать царевичам всё, что в дороге и в битве понадобиться может, благословил молодцев поскорее царицу домой вернуть, и отправились они в путь.

Долго ли, коротко ли, а только добрались царевичи до жилища Змея Горыныча и стали его на бой выкликать. Вышел к ним Змей в облике человеческом и говорит:

- Не буду я с вами биться, царевичи – не хочу родной кровинушкой землю обагрять! Не чужие вы мне – а плоть от плоти моей и кровь от крови моей! Потому нельзя нам битвой друг на друга идти и тем самым души свои губить!

Отвечают ему царевичи-змеёныши:

- Аль не стыдно тебе, Змей лукавый, лжу-кривду про матушку нашу сочинять? Не позволим мы тебе позорить её имя честное – не укрыться тебе от гнева нашего! В сей же час тебя жизни лишим и матушку нашу от плена твоего избавим!

- Воля ваша, а только я всё одно биться с вами не буду!- отвечает им Змей Горыныч. – Ежели мне не верите – можете матушку свою родную обо всём подробно расспросить. Тогда и узнаете, что Правда на моей стороне – нельзя крови на кровь войною смертною идти!

Пригласил Змей Горыныч царевичей в дом свой войти, дабы могли они и с дороги отдохнуть – и с матушкой без спеха побеседовать. А царица уж сама навстречу сыновьям идёт, и сама же во всём пред ними призналась - повинилась:

- Сынки вы мои родные, сынки вы мои славные, не серчайте на Змея и не грозите ему смертушкой, а поклонитесь поклоном почтительным – ибо стоит перед вами ваш родимый батюшка! Полюбила я Змея всем сердцем – потому и пришлось любовь нашу в тайне от всех держать. Не могла я к другу милому из дворца уйти: разве отпустил бы меня царь к Змею – разве позволил бы нам вольной волей жить? Кабы узнал царь, что я другого полюбила – предал бы меня смерти лютой! А потом уж, как вы на свет белый народились, и ваши жизни заодно с моей не пощадил бы!

Стали царевичи после разговора меж собой совещаться, да решать, как им дальше быть:

- Негоже нам родного батюшку жизни лишать – должны мы его во всём слушаться, да волю его верно исполнять. А потому вернёмся во дворец и убьём того, что нам не родной – а батюшку родимого заместо царя чужого на трон посадим. Будет в том для батюшки нашего большая польза – и матушке нашей веселее во дворце жить станет!

Как решили царевичи-Змеевичи меж собой, стали просить на то дело у Змея с царицей благословения. Поклонились они Змею Горынычу в пояс и говорят:

- Дозволь, батюшка, во дворец вернуться: мы того чужого царя убьём – а тебя на его место править поставим. Будем тогда все вместе во дворцовых палатах жить, и не придётся уже ни тебе, ни нам с матушкой разлучаться.

Отвечает им Змей Горыныч:

- Чтобы для матушки вашей никакого урона в чести не было, надо это дело хитрее провернуть: вы с царицей вернётесь во дворец и скажете всем, что так, мол, и так – нет больше Змея Горыныча. А сами царю украдкой шепните на ухо, что надо бы царицу проверить – матушка ли ваша домой вернулась, али Змей обманом чародейским оборотницу в темницу подсунул. Предложите царю сходить с женою в баньку, да попарить её веничком дубовым, в водице полынной и серебряной вымоченным. Как пойдёт царь в баню – там мы его и убьём, а я на его место встану.

Сговорились они так, и стали в обратную дорогу собираться. Взял Змей Горыныч царицу за руку, обернулся гребнем костяным – и воткнула она тот гребень себе в косы. После чего сели царица со Змеевичами на коней и поехали во дворец.

Как вернулись они ко дворцу, приказал царь устроить в честь жены и сыновей весёлый пир, а царевичи-Змеевичи ему и говорят:

- Не торопился бы ты, царь-батюшка, победу нашу праздновать! Хоть и нет больше Змея Горыныча, а всё одно на сердце будто камень тяжёлый привязан лежит! А ну как обманул нас Змей и не родную нашу матушку в темнице своей упрятал – а оборотницу? Что ежели матушка наша давным-давно в сырой земле лежит – а вместо неё оборотница под личиной матушкиной ходит? Как пойдёшь ты, царь-батюшка, почивать – оборотница тебя и погубит в отместку за Змея Горыныча!

Надо бы нам убедиться, что нет для тебя в царице никакой угрозы: прикажи слугам растопить баньку пожарче, да царицу в той баньке сам попарь веничком дубовым, в полынной водице и в серебряной вымоченным. Родная наша матушка от такой баньки только здоровее и краше станет – а оборотница криком и дымом изойдёт и дух испустит.

Задумался царь о словах царевичей, стал на жену свою искоса поглядывать, да оборотницу в ней искать. Потом велел слугам растопить баньку пожарче, да запарить в водице серебряной полынь горькую, и только потом в той водице веничек дубовый вымочить.

Как приготовили слуги баньку и веничек, позвал царь царицу в баньку с дороги попариться, а сам на всякий случай мечи и ножи в предбанничке перед этим спрятал. Пришли они в баню, разделись и стали париться. Взял царь веничек дубовый, в водице полынной и серебряной вымоченный, только хотел царицу тем веничком похлестать, а она ему и говорит:

- Погоди, царь-батюшка, веничком меня хлестать-парить, забыла я гребешок костяной из волосьев вынуть. Уж больно дорог мне этот гребешок костяной: коли хоть один зубчик на нём обломается – я той беды уж ни в жисть не переживу!

Достала царица из кос своих гребень костяной – и в тот же миг обернулся он Змеем Горынычем. Как увидел царь Змея – так и встал на месте, словно каменный, даже словечка не успел обронить. Только смотрит на Змея, ни в силах глаз в сторону отвести.

Говорит Змей царице:

- Душа моя, возвращайся-ка ты скорее во дворец, да пришли сыновей наших мне на подмогу.

Оделась царица и скорее во дворец вернулась, а царевичи-Змеевичи её уж давно с нетерпением дожидаются. Говорит им тогда царица при всех:

- Повелел царь-батюшка, чтобы сыновья его ему в баньке прислуживали, да веничком душистым его попарили. А потому ступайте, царевичи, скорее к родному батюшке, да волю его во всём верно исполняйте!

Смекнули царевичи-Змеевичи, о чём им царица говорит, побежали скорее в баньку к родному батюшке Змею Горынычу на подмогу.

Говорит Змей царевичам:

- А покажите-ка мне, славные Змеевичи, как вы меня, своего родного батюшку, любите-почитаете – рубите-режьте царя на части клинками острыми, да ножами заточенными, да бросайте тело его в печь.

Порубили-изрезали Змеевичи царя на части его же мечами и ножами, да и тут же сожгли дело рук своих в печи банной. Опосля отмылись они со Змеем Горынычем от кровушки, обернулся Змей личиной царской, и вернулись они во дворец к царице как ни в чём ни бывало.

К тому часу как раз уж пир готов был. Стал Змей Горыныч с царицей и сыновьями Змеевичами пировать-веселиться, да над царём убитым меж собой втихомолку посмеиваться. Так и остался Змей чужим царством править, а когда царица померла, разделил всё на три части и сыновьям своим передал.

Сам же Змей сгинул без следа в краях неведомых: одни говорили, что он другую царицу себе нашёл – другие, что живёт он в пещере тайной один-одинёшенек. А как на самом деле его жизнь сложилась – одному только Змею Горынычу и ведомо…

Автор иллюстрации: Stefan Keller с сайта Pixabay
Автор иллюстрации: Stefan Keller с сайта Pixabay

Вот такой невесёлый финал у деревенских сказок о Змее Горыныче. Это лишь обобщённая версия: в одних сказках жена притворялась больной ещё несколько раз, требуя у мужа принести то печень, то сердце для своего мгновенного «исцеления» - в других само преступление над мужем было совершено в других местах, после чего описывалась стандартная схема «в бочку положили, бочку засмолили и в воду кинули», а если дело было в избе/дворце, то жгли в печи.

Есть, конечно, и менее кровавые версии, но тоже весьма любопытные для понимания характера Змея. Только зовётся он в них не Горыныч – а Горюныч. Но я всё же думаю, что это один и тот же персонаж, и в следующей деревенской сказке/легенде постараюсь описать другие истории о Змее, которые я слышала от стариков...