ЦыТат@
23 subscribers

Танк Горобца не был одинок

Октябрь 1941 года. Фашистам удалось захватить город Калинин, враг рвался к Москве.

В те суровые дни танкисты 21-й танковой бригады получили боевой приказ: из района Завидово — Тургиново выйти в тыл Калининской группировке немецко-фашистских войск, нанести сокрушительный удар.

Танковый экипаж С.Х. Горобца, где водителем танка был Ф.И. Литовченко, прошел по Волоколамскому шоссе, ворвался в город Калинин и вышел к нашим войскам в районе села Эммаус. Танкисты протаранили фашистскую колонну, уничтожили много вражеских солдат, офицеров и техники противника.

------------

14 ОКТЯБРЯ 1941 года эшелоны бригады подошли к станции Решетниково. Разгрузились и к 1.00 15 октября сосредоточились в районе Демидово — Ново-Завидово.

Тем временем в районе Калинина на участке 30-й армии шли ожесточённые бои. Немецкое командование пыталось любой ценой захватить важные пункты, открывающие путь к Московскому морю. По Волоколамскому шоссе на Калинин непрерывным потоком шли танки, артиллерия, моторизованные войска.

В боевом распоряжении, полученном ночью 14 октября, указывалось:

«Командующий войсками Западного фронта приказал 21-й танковой бригаде, двигаясь в направлении Завидово, Гаврилково, Дорино, овладеть Тургиновом, в дальнейшем во взаимодействии со сводным отрядом наступать в направлении Ильинское, Цветково, Неготино с задачей уничтожить группировку противника в районе Калинина».

С рассветом 16 октября бригада преодолела труднопроходимую местность у Московского моря, подошла к реке Ламе и с ходу её форсировала. В середине дня мы овладели Тургиновом. Наступление на Калинин было назначено на 17 октября. Надо было заправить танки, пополнить боезапас, отработать взаимодействие танковых экипажей с десантниками.

... С юга на север через леса, равнины и торфяные болота тянется к Калинину Волоколамское шоссе. Это была основная немецкая коммуникация.

Мы на командирской рекогносцировке. Наблюдаем, как на Калинин идут колонны фашистских войск. Разведка доложила, что это подтягиваются 1 и 6-я танковые дивизии 41-го армейского корпуса противника.

В побелённой «эмке» мы с комбригом возвращались на КП бригады. Николай Степанович Скворцов был задумчив. Я спросил его:

— Пойдём без артиллерийской подготовки, без прикрытия с воздуха?

— Да, без артиллерии и авиации, — ответил он.

В 21.00 16 октября командиры частей собрались на КП и получили приказ комбрига:

«21-я танковая бригада имеет задачу сорвать готовящееся наступление Калининской группировки противника на Москву, нанести ему поражение и парализовать его управление.

Решил: танковым полком с десантом роты автоматчиков совершить глубокий рейд по маршруту Б. Селище, Устиново, Левково, уничтожить противника в Пушкине, в дальнейшем — на Иванцево, М. Куркино, Трояново, разгромить противника в Кривцове, Микулине, Мамулине, овладеть городом Калинином...»

Последним напутствием было:

— Экипажи боевых машин и десантников накормить, уложить отдыхать, час добрый, по местам!

РАССВЕТ. Слегка морозит. Танковые экипажи с десантом по 3-5 автоматчиков на броне встречают утро 17 октября в исходном районе.

По Волоколамскому шоссе на север один за другим промчались несколько мотоциклистов, за ними потянулись броневики с крестами на бортах. Вскоре показалась вся колонна. Шли бронетранспортёры, тягачи, тянувшие тяжёлые орудия, много всяких фургонов и автобусов.

Нас поражала беспечность гитлеровцев: сидят в машинах, дремлют, как ни в чём не бывало, не подозревая, что многие их машины уже на перекрестье танковых приборов наблюдения. Надо было обладать большой выдержкой, чтобы не сделать прямого и верного выстрела по таким соблазнительным мишеням. Время тянулось, а конца колонне не было видно.

Наконец, интервалы между немецкими машинами стали всё больше. И в воздух взвились три наши красные ракеты.

— «Три!», «Три!», «Три!» — прозвучало в шлемофонах наших танкистов. Моторы взревели. Вся бронированная лавина двумя колоннами ринулась на шоссе. В головной «тридцать-четвёрке» левой колонны был капитан Агибалов. Он по рации «открытым текстом» крикнул:

— Вперёд, друзья, за Родину! Смерть немецким оккупантам!

Удар был таким ошеломляющим, что гитлеровцы не успели открыть огонь, бросали машины, в панике разбегались, пытались укрыться в кюветах. Но наши автоматчики били метко.

Солдаты и офицеры, не успевшие выскочить из машин и автобусов, были раздавлены. Группа Агибалова огнём и гусеницами уничтожила 10 танков, 40 автомашин с пехотой, много орудий и другой техники. Затем танки ворвались в Пушкино, разгромив штаб крупной части противника.

В это время правая танковая колонна под командованием майора Лукина таранила колонну противника на Тургиновском шоссе. Здесь враг не досчитался 170 автомашин, в том числе трёх штабных и несколько легковых с офицерами.

Напуганные, фашисты бросили на наши танки большую группу бомбардировщиков. В течение двух часов двумя группами по 20—25 самолётов они пикировали на танковые колонны, пытаясь их остановить. Десант автоматчиков был вынужден спешиться с машин.

— Вперёд! — прозвучал в шлемофонах голос командира полка, наводившего перекрестье на дом, где был немецкий штаб. — Вперёд! Выполнять поставленную задачу!

Танк Лукина выстрелил несколько раз. Из дома выскакивают гитлеровцы, падают. До деревни остаётся метров четыреста. Вдруг командирский танк вздрогнул. Его резко повело влево.

— Разбита гусеница! — доложил механик-водитель сержант Нененко. Башенный стрелок Сашков ведёт огонь из пушки, радист-стрелок Емельянов — из пулемёта. Нененко вылез через передний люк, пытался восстановить гусеницу, но тщетно.

До последнего снаряда и патрона сражался командирский экипаж, приняв на себя огонь крупных сил врага с земли и воздуха. Но вот боеприпасы кончились. Захватив ручные гранаты, экипаж покинул машину и с боем пытался вырваться из окружения.

Застрочили немецкие пулемёты, автоматы. Майор Лукин был убит.

ОЖЕСТОЧЁННЫЙ бой продолжался со всё большим напряжением.

Танковый экипаж под командованием комиссара танкового батальона старшего политрука Г.М. Гныри в составе механика-водителя К.Ф. Ковалева, стрелка-радиста В.Г. Борисова, башенного стрелка И.С. Захарова и автоматчика В.А. Ищенко раздавил три противотанковые пушки, около 30 автомашин и продолжал двигаться вперёд.

Возле деревни Лебедево, справа по ходу Гныря заметил немецкий аэродром. Втягиваться в бой было нельзя — это снижало темп рейда. Но разве упустишь такой случай! Командир приказал направить танк на аэродром.

На аэродроме поднялась паника. Бомбардировщики стали подниматься в воздух. Танк дал два выстрела из пушки, открыл пулемётный огонь. Один самолёт на взлёте рухнул вниз. Второй бомбардировщик был настигнут танком и раздавлен. Развернувшись, танк протаранил и смял ещё несколько самолётов. Те, что успели взлететь, стали бомбить танк. Надо уходить! «Тридцатьчетвёрка» рванулась в сторону южнее аэродрома, в кустарниковую рощу. Но вот сильный взрыв совсем рядом. Танк качнулся, наклонился над огромной воронкой. Башню заклинило! Двигатель не работал.

Фашисты окружили танк, подожгли его. Экипаж решил выходить с боем через нижний люк. Этого гитлеровцы не ждали. Гныря, Ищенко, Захаров уложили немецкого автоматчика, побежали к роще. Когда опасность была позади, оглянулись, увидели, что столб дыма отмечает то место, где остановился танк. Там в неравном бою погибли Ковалев и Борисов...

А ТАНКОВАЯ группа капитана Агибалова с тяжёлыми боями всё же достигла южной окраины Калинина. Восемь танков проникло в город. Немцы настолько встревожились, что стали взрывать мосты на подходах к городу.

Танк старшины Алексея Шпака с первого выстрела поджёг немецкий танк уже в самом Калинине, затем — машину с шестью офицерами. Потом танк Шпака ринулся в сторону вокзала, где были вырыты окопы и гитлеровцы вели ружейно-пулемётный огонь. Много фашистов подавил танк в этих окопах. Но в этом бою Алексей Шпак погиб.

Также храбро сражались в этот день танкисты экипажа лейтенанта Малеева. Они уничтожили несколько грузовых машин с мотопехотой. Экипаж лейтенанта Воробьева раздавил три огневые точки и поджёг несколько машин противника.

О танке Горобца, ворвавшемся в самый центр города, калининские читатели уже знают.

Горобец Михаил Христофорович. Источник: сайт Минобороны РФ.
Горобец Михаил Христофорович. Источник: сайт Минобороны РФ.

Можно было бы привести ещё много фактов о героических подвигах танкистов и десантников бригады, совершённых во время рейда 17 октября 1941 года.

Многие имена героев и обстоятельства их гибели до сих пор неизвестны — ведь бой-то шёл на земле, занятой фашистами.

Неизвестной осталась и судьба танковой группы с десантом автоматчиков, которой командовал капитан Агибалов. Михаил Павлович из рейда не вернулся.

В итоге только четырёхдневных боев — 17, 18, 19 и 20 октября 1941 года танковая бригада уничтожила 38 немецких танков, 34 орудия, 210 автомашин, 28 миномётов, 70 мотоциклов, 20 автобусов, несколько самолётов, сожгла 12 цистерн с горючим, разгромила три штаба, истребила около тысячи фашистов...

ПОСЛЕ освобождения Калинина, в январе 1942 года, мы побывали на местах боевых действий во время танкового рейда. В Троянове к нам подбежали ребята. Мы спросили:

— Что знаете о танке, который стоит вон там, у мосточка?

Ребята закричали, перебивая друг друга:

— Это же наш танк, советский! Ох, и давал он тут жизни гитлеровцам! Там недалеко и командир похоронен. Его нашли ребята, похоронили. Фашисты расстреляли Колю Кузьмина за то, что он командира хоронил. У командира было две шпалы на петлицах, золотая звёздочка. Звёздочку немцы сорвали с убитого...

Показать могилу с нами пошли Алеша Павлов, Володя Некрасов и Миша Петров.

На холмике у кустарника мы расчистили снег, продолбили мерзлую землю. Да, здесь лежал Михаил Алексеевич Лукин...

24 января на площади Ленина в Калинине, где мы хоронили Лукина, был дан орудийный салют. Мы прощались с героем Халкин-Гола, героем Великой Отечественной войны.

... Под деревней Лебедево, в восьми километрах южнее Калинина, мы нашли нашу «тридцатьчетвёрку» с несколькими пробоинами. Местные жители рассказывают, что танк положил много фашистов, раздавил несколько противотанковых пушек. Когда танк был подбит, из него выскочили четверо танкистов. Трое с пистолетами и гранатами пошли на прорыв, а четвёртый вынул из танка пулемёт, залёг и прикрывал огнём отход товарищей.

Гитлеровцы пустили в ход все пушки, пулемёты против четверых героев. Когда трое танкистов были убиты, фашисты пошли атакой на пулемётчика у танка. Они ходили в атаку несколько раз, но без успеха. Тогда немцы подбросили подкрепление на бронетранспортёрах, развернули три пушки и стали бить туда, откуда всё реже и реже строчил пулемёт. Когда он умолк, фашисты вывезли с места боя четыре машины своих убитых солдат.

У танка лежал убитый с пистолетом «ТТ» в руке. Висок у него был прострелен. Видно, что герой предпочёл смерть от своей пули немецкому плену.

Скорей всего это и был Михаил Павлович Агибалов. Его как и многих других танкистов и автоматчиков, не вернувшихся из рейда 17 октября 1941 года, считали без вести пропавшим. Но разве о таких людях скажешь: «пропал без вести»!

Они сложили свои головы во имя Родины на калининской земле и вечно покоятся в этой земле. У меня сохранился поименной список не вернувшихся из рейда. Их 80 человек. Все они достойны того, чтобы воздвигнуть им памятник.

Слава о них будет вечно жить в сердцах народа...

А. Витрук, генерал-майор

«Калининская правда», 1 декабря 1966 г.