76 subscribers

120 лет автору "Двух капитанов"!

19 апреля 2022 года - 120 лет со дня рождения Вениамина Александровича Каверина! 

120 лет автору "Двух капитанов"!
120 лет автору "Двух капитанов"!

Для тех, кто читал "Двух капитанов" (а вы ведь читали?), публикуем замечательный очерк Сергея Чупринина о писателе. 

"Каверин Вениамин Александрович (Зильбер Вениамин Абелевич) (1902—1989) 

Литературная биография К. безупречна: в ней нет ни строк, ни поступков, которых он мог бы стыдиться. И, надо сказать, его современников это даже смущало: «Бог, - завистливо говорит Е. Шварц, - послал ему ровную, на редкость счастливую судьбу, похожую на шоссейную дорогу, по которой катится не телега его жизни, а ее легковой автомобиль».  

Конечно, на этой «прямой-прямой асфальтированной Вениной дорожке» случались и неприятности, в том числе крупные, однако же не катастрофы. Рептильные критики его били, но не добивали, ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ за ним послеживали, и, - напоминает Б. Фрезинский, - «в 1941-м НКВД угрожающе пыталось завербовать его в стукачи; только скоропалительный отъезд из Ленинграда избавил его от опасных домогательств…»  

120 лет автору "Двух капитанов"!
120 лет автору "Двух капитанов"!

Однако без ареста, без тюрьмы и лагерей все-таки обошлось. И более того, даже обычная для тех десятилетий «двойная жизнь литературы – одну рукопись в редакцию, другую в письменный стол» и та его минула: пусть не вдруг, пусть с вынужденными уступками редакторским и цензурным требованиям, но все книги К. были изданы при жизни писателя, многие из них инсценированы и экранизированы, а роман «Два капитана», отмеченный Сталинской премией 2-й степени (1946), тотчас введен в состав советской классики. 

Уже прощаясь в «Эпилоге» с читателями, К. эту «благосклонность судьбы» склонен был объяснять собственным осторожничаньем, «тем “скольжением” мимо происходивших в стране событий, как это было сделано в “Двух капитанах”». 

120 лет автору "Двух капитанов"!
120 лет автору "Двух капитанов"!

Вероятно, это так, и никаких покушений на устои власти в его книгах действительно нет. Нельзя, впрочем, не принять во внимание, что, удерживаясь в своих художественных произведениях от прямой крамолы, К., как мало кто из его современников, сумел удержаться и от славословий тирании и уж тем более лично товарищу Сталину. Его герои – отнюдь не строители коммунизма, но по преимуществу писатели, художники, ученые, путешественники, бескорыстные романтики, и в этом смысле, - процитируем датированную 1950 годом дневниковую запись В. Конецкого, - «все книги В. Каверина похожи одна на другую, но все одинаково возобновляют глохнущую любовь к жизни и не просто жизни, а жизни осмысленной и целеустремленной, наполняют верой во что-то лучшее в будущем…» 

«Что-то лучшее» наступило (или показалось, что наступило) только после смерти Сталина, когда повеяло духом «идеологического нэпа», и аполитичный вроде бы К. требует суровой кары для Берия и его сообщников (Литературная газета, 22 декабря 1953 года), подписывает обращение «Товарищам по работе» с предложениями о перестройке Союза писателей, «превратившегося из творческой организации в некий департамент по литературным делам» (Литературная газета, 26 октября 1954 года), а выступая на 2-м съезде писателей отважно напоминает и о «талантливом» романе В. Гроссмана «За правое дело», и о том, «что сделал Юрий Тынянов для нашего исторического романа и что сделал Михаил Булгаков для нашей драматургии».  

120 лет автору "Двух капитанов"!
120 лет автору "Двух капитанов"!

Понятно, что, едва летом 1955 года возникли толки о возможности хотя бы относительно свободных «кооперативных» изданий, К. вошел в редколлегию сборника «Литературная Москва», напечатал во втором его выпуске роман «Поиски и надежды» (ноябрь 1956 года), а когда весной-летом 1957-м на альманашников спустили всю идеологическую свору, «только два члена редколлегии – Паустовский и я – не покаялись. Паустовский отказался, - рассказывает К., - а мне как неисправимо порочному это даже не предложили». 

Со смелыми мечтаниями – поместить в третий, остановленный на полпути выпуск булгаковскую «Жизнь Мольера», стихи А. Ахматовой и Б. Пастернака, на кооперативных началах издать отдельными книгами «Доктора Живаго» и «Чукоккалу», однотомники М. Зощенко, А. Платонова, Н. Эрдмана, О. Мандельштама, Б. Житкова – пришлось проститься. Но долг перед памятью оклеветанных и умерщвленных, как его понимает Брат Алхимик, верный «Серапионовой клятве», от этого не умаляется, и К. в марте 1956 года, сразу же после XX съезда, ходатайствует перед Президиумом ЦК КПСС «о восстановлении доброго имени Михаила Михайловича Зощенко», хлопочет об издании пьес и прозы М. Булгакова, книг Ю. Тынянова, пишет и годами пробивает в печать воспоминания и статьи о своих «товарищах по работе». 

120 лет автору "Двух капитанов"!
120 лет автору "Двух капитанов"!

«Литературные интересы всегда заслоняли для меня интересы политические», - сказал он как-то. Однако же и те, и другие интересы в XX веке сплетены столь неразъемно, что все 1960-е годы из уютной переделкинской дачи К. идут не только новые романы, повести, рассказы, но и открытые письма: в защиту преследуемых А. Синявского и Ю. Даниэля, А. Солженицына, А. Некрича, Ж. Медведева и в поддержку А. Твардовского, с протестом против ресталинизации и цензуры, с требованием изъять политические статьи из Уголовного кодекса и дать волю самиздату, «этой новой, не желающей лгать и притворяться литературе». 

 

Особенно жесткими, до нетерпимости становятся каверинские интонации, когда он обращается к тем, с кем разошлись общие некогда пути-дороги: уличает в «недостоверности» и «нравственной фальши» книгу В. Катаева «Алмазный мой венец», одергивает – «Тень, знай свое место!» - Н. Мандельштам, срамит К. Федина за предательство идеалов их юности. 

Смолоду эстет и артист, мастер интеллектуальных и художественных провокаций, К., как это и случается обыкновенно с русскими писателями, ближе к склону лет становится моралистом, и – особенно когда дело касается былого - моралистом атакующим. Его ориентиры теперь не столько имманентно эстетические, сколько этические – честь, благородство и достоинство, а его внутренняя задача – восстановить правду во всем ее объеме и многозвучии. 

Тут пригодились и навыки профессионального филолога, еще в 1929 году защитившего кандидатскую диссертацию, и вкус к работе с документами, и, прежде всего, сказочно цепкая память. Поэтому, как по-разному ни относись к беллетристическим сочинениям К., его поздние книги о писателях и о литературе, понятой как собственная судьба, - «Здравствуй, брат, писать очень трудно...» (1966), «Собеседник» (1973), «Вечерний день» (1980), «Письменный стол» (1985), «Литератор» (1988), «Счастье таланта» (1989), «Эпилог» (1989) - навсегда останутся памятником и отечественному литературоцентризму, и отечественному вольнодумству. 

120 лет автору "Двух капитанов"!
120 лет автору "Двух капитанов"!

Счастливая жизнь и завершиться должна была достойно. Так что К. успел увидеть и одобрить ростки перемен в нашей стране, написал (вместе с Вл. Новиковым) книгу «Новое зрение» о Ю. Тынянове (1988) и даже дал согласие возглавить редакционный совет первого после долгого перерыва кооперативного альманаха «Весть» (1989). 

А главное – его книги и сейчас переиздают, их и сейчас читают"

#ешь_читай_смотри #читай #книги #писатель #советскаялитература #советскийписатель #вениаминкаверин #сергейчупринин