Пётр Бориславич – автор «Слова о полку Игореве»?

9 March

Среди претендентов на авторство знаменитой поэмы «Слово о полку Игореве» часто называется киевский боярин середины XII века Пётр Бориславич.

Однако, настоящие его стихи всегда были на видном месте в летописи, которую он вёл при великом князе Изяславе Мстиславиче и его сыне Мстиславе.

Боярин, летописец и посол

Наиболее известные исследования по летописанию XII века принадлежат академику Борису Рыбакову. В них он назвал одним из авторов киевской летописи и возможным автором «Слова о полку Игореве» Петра Бориславича.

Аргументами в пользу такой атрибуции некоторых летописных статей середины XII века стало то, что Пётр Бориславич упоминается в них много раз, а некоторые сведения, изложенные в тексте, могли быть получены только от него.

Например, боярин был послом Изяслава в переговорах с галицким князем Владимиром. Две миссии 1152/53 года очень подробно и с прямой речью описаны в соответствующей летописной статье.

Пётр Бориславич во главе посольства великого князя Изяслава в Галицукую землю (1152/53 год). Миниатюра Радзивилловской летописи, XV век.
Пётр Бориславич во главе посольства великого князя Изяслава в Галицукую землю (1152/53 год). Миниатюра Радзивилловской летописи, XV век.

Пётр Бориславич происходил из знатного киевского рода. В летописи упомянут двор его отца в Киеве как хорошо известный горожанам объект. Также называется родственник боярина – брат или «сетсрич» – властолюбивый ростовский епископ Феодор.

Сам Пётр был полководцем и выдающимся дипломатом своего времени. Рыбаков предположил, что он вёл летопись на протяжении полувека, выражая в ней весьма широкие и патриотические взгляды на политику князей.

Летописцы XII века были поэтами

В летописании XII века встречается довольно много слов и фраз, которые употребляет автор знаменитого «Слова о полку Игореве». Даже в миниатюрах летописи мы видим иллюстрации к некоторым фразам «Слова».

Миниатюра Радзивилловской летописи к событиям XII века, на которой изображена транспортировка раненого на носилках, прикреплённых к двум коням-иноходцам. Такой способ транспортировки описан в "Слове о полку Игореве".
Миниатюра Радзивилловской летописи к событиям XII века, на которой изображена транспортировка раненого на носилках, прикреплённых к двум коням-иноходцам. Такой способ транспортировки описан в "Слове о полку Игореве".

На этом основании и возникло предположение, что автором поэмы мог быть кто-то из летописцев. Пётр Бориславич с его патриотизмом и языком, по мысли Рыбакова, лучше всех подходил на эту роль.

Так, в Ипатьевской летописи под 1170 год, незадолго по историческим меркам до похода Игоря, хронист описывает организацию совместной военной акции князей против половцев, приходящих на Русь с шатрами и перекрывших русским торговые пути на юг.

Великий князь Мстислав Изяславич, собрав своих сородичей, обратился к ним с речью, очень похожей на зачин и другие места «Слова» : "А лѣпо нъı бъıло, братье, възрѧче на Божию помочь и на молитву святоѣ Богородици, поискати ѡтець своихъ и дѣдъ своихъ пути и своеи чести".

Такая концентрация аллюзий на «Слово» (обращение к братии с использованием слова "лепо", поиск града Тмутараканя, снискание чести) в одной небольшой фразе просто поражает.

Но эта близость речи вовсе не говорит о том, что её автором был создатель «Слова». Им мог быть как Пётр Бориславич, служивший киевским князьям, так и игумен Моисей, который вёл летопись в конце XII века и также включил в неё своё поэтическое произведение (об этом – в отдельном очерке).

Просто все эти люди - Пётр, Моисей и автор "Слова" - жили в одну эпоху и были носителями одной песнотворческой традиции. А в европейской историографии XII века было модным украшать летописи стихами.

Поединок музыкантов двух князей. Миниатюра Радзивилловской летописи XV века к событиям XII века,
Поединок музыкантов двух князей. Миниатюра Радзивилловской летописи XV века к событиям XII века,

Всего нам известно о пяти поэтических отрывках, не считая приведённой речи Мстислава, из киевской летописи XII века. При этом, как минимум, четыре из них принадлежат разным людям и вложены в уста трёх разных конкурирующих княжеских семей. И нет повода связывать все эти отрывки с каким-то одним из авторов и тем более со «Словом о полку Игореве».

Так что, Русь не была исключением из общеевропейской моды, имея собственную традицию использования поэзии в летописании.

Ярким представителем этой традиции был Пётр Бориславич.

Патриотическое воззвание Изяслава

Начиная с пятистиший Олега Вещего и Мстислава Храброго, а также молитвы Ярослава, в русских летописях авторы часто вкладывали в уста князей поэтические речи.

Самой выдающейся из них можно по праву признать слова великого князя Изяслава, сказанные им перед битвой в 1152/53 году. По тем же самым признакам, по которым Борис Рыбаков приписал авторство летописи Петру Бориславичу, мы можем предположить его авторство и для речи Изяслава.

Это короткое воззвание хорошо известно филологам, но о нём никто никогда не говорил как о поэзии. Поэтому разберём её поэтические свойства, разбив текст на строки и части.

Пётр Бориславич – автор «Слова о полку Игореве»?

В этом отрывке используются риторические повторы слов ("Рускъı землѣ и руских сыновъ") и целых фраз (выделено цветом). Главной "фугой", формирующей, в том числе, и оконечную рифму, является частица "есть", которая подсвечивает слово "честь" (главный объект речи), как и слово "суть" (литера "ь" читается как сверхкороткое "и": "ести" - чести" - "сути").

Аллитерации (кроме пар с "есть") выражены слабо ("Богъ всегда", "на всих мѣстех", "свою взимали суть"). Сквозным является звук "с". Звук "ж" близок к "з".

Очень любопытным является приём завершения одной и начала другой строчки одинаковыми звуками: гугнение "сыновъ въ бещестьи" и очень красивый оборот "тому вси, оу сих". Такой приём последовательно применён в "Слове о полку Игореве" в пятистишии "Дремлет в поле Ольгово хороброе гнездо".

По своей двухчастной структуре воззвание Изяслава наиболее близко воззванию князя Игоря, предшествуещему, по тексту "Слова", его походу на половцев.

Так, может быть, прав был Рыбаков по поводу авторства и летописи, и "Слова"? Разберёмся.

Зашифрованный автограф Бориславича

Как можно подтвердить авторство Петра Бориславича?

В некоторых очерках мы уже обращались к такому явлению как зашифрованное имя автора, в том числе, в форме акростиха.

С этим приёмом нужно обращаться весьма осторожно: выявление в реконструируемых поэтических строчках акростиха или иного шифра может быть больной фантазией исследователя. Примерами такого рода болезни изобилует интернет.

В некоторых отрывках славянской поэзии мы обнаружили такой способ шифровки как псевдоакростих. Это сочетание звуков, с которых начинаются строчки, в совокупности дающее слова. В отличие от буквенного акростиха звуковой акростих может включать в себя несколько начальных букв (звуков) или иметь пропуски некоторых букв.

Например, в речи Изяслава мы читаем фразу "Боривн сн род" или "Боривнн род". Это может быть подписью Петра Бриславича в форме отчества. Имя отца сокращено в первом слове "Борив", которое можно понимать как имя Борислав. Имя отца сокращено до первого корня его имени "бори" (от "бороться").

Половцы угоняют русских пленных и скот. Миниатюра Радзивилловской летописи XV века к событиям XII века,
Половцы угоняют русских пленных и скот. Миниатюра Радзивилловской летописи XV века к событиям XII века,

Это, конечно, шаткое предположение, но можно отметить, во-первых, что в летописи под 1170 год Пётр вместе с другим боярином Нестором назван в первую очередь по отчеству: "Начаста молвити Бориславича Петръ и Нестеръ..."

А, во-вторых, мы читаем тот же автограф в речи Мстислава 1170 года, если реконструировать в поэтической форме всю речь с самого начала:

Пётр Бориславич – автор «Слова о полку Игореве»?

Начинается эта речь с той же звуковой комбинации "Бориинн". Здесь имя отца Петра сокращено до Бори.

Такую находку одной подписи в двух стихах летописи XII века можно считать сенсацией. Подпись, вроде бы, указывает на родственника Борислава, но в то же время не может принадлежать Петру. Большой проблемой является то, что гипотетическое "отчество" по правилам языка XII века может быть восстановлено только как образованное от женского имени, точнее отчества.

Подпись "Бориинн" или "Боривнн" означает отчество Бориславнин, то есть может принадлежать только "сестричу" Петра Бориславича, сыну сестры Петра - Бориславны.

Мы знаем, что у Петра точно была сестра и даже сестрич Феодор, и что род Бориславичей был большим. Выше мы цитировали место из летописи, где о Несторе Жирославиче говорится как о Бориславиче, что возможно только, если он был сыном Бориславны.

Поэтом был кто-то из сестричей Петра Бориславича. В таком случае Пётр будет выступать не как автор, а как "продюсер" рассматриваемых поэтических отрывков.

Два отрывка, которые мы относим к авторству Бориславича схожи между собой и по поэтическим приёмам.

Помимо гугнения, составленного из завершения и начала последовательных строк ("хрестьӕнъı на всѧко"), нужно отметить и высокую роль гласных на концах строк, которые создают ассонанс (в речи Изяслава это "брате" - "взѧти", "вси" - "ӕзъıкъı").

А есть ли акростихи и другие авторские особенности Бориславича в "Слове о полку Игореве"?

Акростихи и особенности поэзии в "Слове о полку Игореве"

Обращаясь к тексту "Слова", нужно сразу предупредить читателя, что поэма состоит из разнородных отрывков, включая те, которые восходят к творчеству песнотворца XI века Бояна. Возможно, что и весь текст написан не одним автором.

Вместе с тем, мы легко обнаруживаем поэтический почерк основного автора, написавшего те части, которые посвящены самому походу князя Игоря.

Диалект

Наиболее ярким отрывком из его творчества является сцена побега князя из половецкого плена. По ней мы можем сказать, что основной автор "Слова" цокал, то есть не различал "ц" и "ч" ("до малаго Донца. Комонь въ полуночи", "поскочи... къ тростию", "Донецъ рече" и "Игорь рече: "О Донче!").

Таким образом, один отличительный признак речи песнотворца совпадает с особенностями диалекта Бориславича. Он также рифмует "помочь" и "Богородици", что является признаком диалектного цоканья.

При анализе аллитераций в отрывках Бориславича мы можем обнаружить, что их автор произносил букву «г» в словах Бог и Богородица в её фрикативном варианте: «Богъ всегда» - «руских сыновъ» и «землѧхъ » - «Богъ». «Богородици» - «своихъ и дѣдъ».

Однако, изучив "Слово" на предмет фрикативного "г" можно дать отрицательное заключение: во всех гениальных аллитерациях автора поэмы "г" сочетается с "к", что является признаком взрывного произношения звука "г" ("въ пятокъ потопташа поганыя плъкы половецкыя" и "рече Гзакъ къ Кончакови").

Как насчёт акростихов в "Слове"?

Акростих

Их поиски всегда были безуспешны или комичны.

В оригинальных частях "Слова", принадлежащих основному автору, акростихов не было. Возможно, автор и вовсе не знал о наличии такого приёма, хотя некоторые методы "шифрования" имён ему были известны.

Почему автор "Слова", как мы считаем, не знал акростиха? Да потому, что он использовал отрывки с чужими акростихами-подписями.

Это отрывок про Всеслава Полоцкого, в котором есть псевдоакростих со словом "волковид" или "волковод". Это также отрывок про Олега Святославича с подписью "псоживи(с)". Последний отрывок интересен тем, что сохранил подпись от своего оригинала, который читается в отрывке Домида начала XIV века.

Именно это заставляет нас думать, что автор при переделке отрывка не заметил подписи автора. А автором акростиха, скорее всего, был знаменитый Боян, живший в XI веке современник Всеслава и Олега. Автор "Слова" обильно цитирует Бояна, местами забывая ставить "кавычки". И именно в цитате Бояна встречается обозначение Всеслава термином, схожим с подписями Бояна - "птицегоразд".

Также псевдоакростих читается в прямой речи князя Святослава. При этом, в отрывке про "сыновей" акростих содержит обращение к некоему Роману ("О Рамане"). В паре Святослав и Роман мы опять же можем видеть князей XI века, для которых сочинял Боян.

Именно во времена Бояна в русской гимнографии появилось понятие акростиха. В переводе канона Борису и Глебу митрополита Иоанна Русского, сделанного в период 1033-1072 годов.

В XII веке акростих хорошо знали церковные гимнографы, включая известного автора Кирилла Туровского, современника Петра Бориславича и его сестрича Феодора.

Автор слова не знал акростиха, иначе бы он не стал использовать плач по Роману в адрес Игоря.

Бориславич и русское "Слово"

Пётр Бориславич или его сестрич не могли быть авторами "Слова о полку Игореве".

Это следует не только из нашего анализа поэтического языка двух произведений. Последнее упоминание о Петре приходятся на 1169 год, когда он поссорился с Мстиславом и даже принял участие в организации коалиции против великого князя.

Его сестрич Феодор также около этого времени попал в опалу, приведшую к расправе над ним в 1172 году. Да и вряд ли подрывная деятельность Петра в Киеве позволила бы ему сохранить статус, которым обладал автор "Слова", обращавшийся в поэме ко всем удельным князьям Руси.

Кроме того, основной автор "Слова", судя по всему, служил князьям Ольговичам, а Пётр - Мономаховичам. Немаловажен и временной разрыв деятельности Петра (1140-е - 1170-е годы) и автора "Слова" (1185-1200 годы).

Как же быть с теми особенностями, которые объединяют поэзию Бориславича и автора "Слова"?

Нет сомнения, что Бориславич и автор "Слова" были последователями одной песнотворческой школы, созданной в XI веке Бояном Вещим. Один из признаков этой традиции заключается в озвучивании песнотворцами речей князей в поэтической форме.

Кроме того, жанровые особенности и фразеология "Слова" зародились в рамках этой традиции в период с конца X века, и сложились в том виде, в каком они отразились в поэме, уже к середине XII века.

Об этом мы узнаем по отрывкам о Владимире и Рогнеде из киевской летописи XII века, которые включил в неё, скорее всего, Пётр Бориславич. Но этому будет посвящён отдельный очерк.

Оставайтесь на нашем канале.