69 subscribers

Как сменить игру в войну всех со всеми?

по мотивам иллюстрации Ганса Хуммеля
по мотивам иллюстрации Ганса Хуммеля

— Везде идёт война всех со всеми. Помню из детства как я противился указаниям матери. А сейчас, когда я что-то запрещаю дочери, она это, наоборот, делает. То есть тут игра такая. Как поменять эту игру или разотождествиться с ней?

— Да ничего не получится. Это всё равно, что играть в теннис мячиком белого цвета, а потом взять мячик черного цвета и сказать: «А теперь игра совсем другая будет». Нет, всё  то же самое, только мячик теперь другого цвета. Единственный способ выйти из игры, если вы вообще имеете такую возможность, — разотождествиться с ней. А разотождествиться с ней вы сможете, только поняв обе стороны, играющие внутри вас, поняв их полностью. Поняв их, вы поймете суть игры, а вот это и есть разотождествление. Без этого не будет ничего. А ваши идеи: «Давай заменим мячик черного цвета на мячик белого цвета, и всё будет замечательно», — они ничего не меняют.

Мне нужно найти какой-то способ, да?

— Так что это за способ, на что он направлен? Вот представь, играют два человека в теннис, и один пришел в красной форме, а другой  в зеленой. Потом первый говорит: «Надоело мне всё, завтра приду в чёрной форме». Пришел в чёрной форме, опять в теннис играют. Потом он говорит: «Давай без кроссовок играть». Второй говорит: «Давай». Потом шарик возьмут другого цвета. Но игра-то у них та же самая, суть та же самая. Они в теннис играют, а им кажется, что что-то меняется.

Вот вчера жена орала на тебя, у неё было белое в горошек платье, сегодня она орёт на тебя в зелёном платье. Это что, другая игра? А послезавтра она будет орать на тебя в бюстгальтере и без платья. Вот это игра у нас!

— Сама суть, она прямо ускользает. Я вроде бы вцепился в суть. Думаю: «Сейчас, сейчас…» Потом бац, и мысль сменилась другой мыслью и всё.

— Смотри, я тебе для чего такие примеры показываю? Вы играете в настольный теннис уже в тысячу первый раз, а при этом вам кажется, что вы играете в новую игру, потому что вы меняете кроссовки, одежды, вы меняете цвет шарика, ракетки, а суть игры одна и та же.

— Иллюзия того, что что-то новое.

— Да, и вам кажется, что, изменив цвет шарика, вы измените игру. Ничего подобного! Вы не понимаете сути самой игры, поэтому вы вообще не можете ничего менять, а вам кажется, что вы меняете что-то, меняя цвета одежды. Вам кажется!

— Да, кажется. Самый главный вопрос: «Для чего эта игра?» Так ведь?

— Не «для чего», а как она устроена? И почему я в неё играю? Так смотри, почему вы в нее играете? Для того, чтобы вы снова и снова испытывали осуждение и вину.

— То есть, неужели у неё такой маленький смысл?

— Да. И этим смыслом она исчерпывается. Это весь опыт в реальности выживания и никакого другого смысла в этом нет. Только это. Продуктом этой игры является осуждение и вина. Всё, больше ничего! И тысячи, миллионы игр.

— То есть, игра является продуктом матрицы, чтобы вот эти личности испытывали осуждение и вину?

— Понимаешь ли ты, как устроена матрица? И что она выдаёт на выходе? Она выдаёт энергию именно этого качества, энергию осуждения и вины, обиды и жалости. А теперь посмотри на квартирную ссору и на Вторую мировую войну. Ты увидишь, что игра одна и та же.

— Да, но сначала это надо увидеть.

— Это надо видеть, но вам кажется, что это совершенно не так. Что нет ничего общего между тем, что Маша с Петей поссорились на кухне, и Второй мировой войной, в которой погибли миллионы людей.

— Игра одна и та же, игра в войну.