6000 subscribers

Изгрызенные туфли

3,1k full reads
источник Яндекс-картинки
источник Яндекс-картинки

Перебирая после смерти матери, скопившиеся за её жизнь документы и фотографии, Людмила Сергеевна наткнулась на старый черно-белый снимок своего выпускного класса. 1980 год. Неужели уже сорок лет прошло?

Их 10 «б» сфотографировался во дворе родной школы на фоне зарослей сирени. Девушки в бальных платьях сидели на скамейке по обе стороны от классной руководительницы, а за их спинами выстроились одноклассники в солидных костюмах. «Господи, какими же мы были тогда счастливыми!» - женщина смахнула невольные слезы. А вот и она: юная Люда стояла рядом с Андреем Жуковым. Она казалась выше парня из-за высоченных каблуков элегантных французских лодочек из кожи бежевого цвета.

Люду мама воспитывала одна. Денег скромному архивариусу постоянно не хватало, и их маленькая семья всегда считала копейки до зарплаты. Но дочь «шла» на золотую медаль, и Мария Ивановна сделала всё, чтобы девушка выглядела на выпускном вечере не хуже одноклассниц. Сначала они придирчиво выбирали фасон, перелистывая позаимствованные у знакомых журналы мод. Найти при царящем тогда дефиците нужную ткань было непросто. Одна из материных подруг по большому блату раздобыла отрез желтого шифона. Это было не то, что хотелось Люде, но привередничать не приходилось. Зато в последствие выяснилось, что этот необычный цвет выгодно выделил её из остальных одноклассниц, одетых сплошь в розовые и белые платья. А ещё Мария Ивановна выложила перед восхищенно ахнувшей дочерью коробку с изящными французскими лодочками на тоненькой шпильке.

- Будь осторожнее, - предупредила мать. – Они стоят шестьдесят три рубля. Это больше половины моей зарплаты, и, как ты понимаешь, нам такие туфли не по карману. Одна моя сотрудница пообещала их купить. Так что, считай, взяли напрокат.

Люда расстроилась, но ненадолго. Надев обновки, она показалась себе самой элегантной девушкой в городе. Впрочем, такими же себя ощущали все радостно возбужденные выпускницы, собравшиеся во дворе школы. Немного ошалевшие от такого преображения вчерашних школьниц в элегантных барышень невдалеке толпились одноклассники. Их тоже приодели родители, но разве могли новенькие пиджаки конкурировать с бальными платьями? А потом было вручение аттестатов, слезы радости, улыбки и цветы. Выпив по традиционному бокалу шампанского и закусив клубникой, все собрались в спортивном зале, где начался выпускной бал – первый и последний бал в её жизни. Но тогда счастливой Люде казалось, что вся её жизнь так и пройдёт под звуки легкого и быстрого вальса. Ансамбль в их школе был свой, и ребята старались изо всех сил, исполняя для уходящих старшеклассников шлягеры конца 70-х. «Когда уйдем со школьного двора…» гремело и в зале, и на улице. Во время перерыва разгорячённые ребята выбежали на улицу – остыть и подышать свежим воздухом. И тут к Люде подошёл Пашка Донцов – юркий пацаненок, лихо управляющийся с барабанами.

- Эй, Юрьева! Тебя ребята в спортивном зале ждут. Надо помочь.

Люда удивленно переглянулась с подружками.

- Ладно, помогу.

В спортзале никого не оказалось.

- Эй, кому здесь моя помощь понадобилась?

- Иди сюда, Юрьева, - раздался знакомый голос из мужской раздевалки.

- Жуков, ты что ли?

На лавке сидел Андрей Жуков с бутылкой шампанского в руках. Когда-то в пятом классе жутко недовольных этим обстоятельством мальчика и девочку посадили за одну парту. Но, несмотря на частые ссоры, они все же просидели вместе вплоть до последнего звонка.

- Не боись, чисто, - хлопнул Андрей ладонью по лавке.

- Да я и не боюсь, - удивилась Люда и, аккуратно расправив юбку, присела рядом. – Ты зачем сюда забился?

- Везде учителя и родители рыщут, а мне хочется с тобой выпить на брудершафт. Все-таки столько лет за одной партой просидели. В общем… выпьем?

И, не дожидаясь ответа, Андрей раскрутил проволочку на пробке. И тут случилось непредвиденное: пробка выстрелила, и шампанское вырвалось из бутылки. Опасаясь испачкать платье, Люда с визгом отскочила в сторону.

- Спасибо, напоил!

- Ну что же мне сегодня так не везет? – огорчился Андрей, стряхивая со штанов пену. – Хотел пригласить на танец, а ты натянула эти ходули.

- Чем тебе туфли-то не угодили?

Ей наоборот казалось, что лодочки делают её ноги красивыми.

- Туфли хорошие… - паренек смущенно запнулся, - и вся ты сегодня такая... Вот только, как нам танцевать, когда ты на полголовы меня выше? Как Штепсель и Тарапунька – все смеяться будут. Женщина должна быть ниже мужчины.

И так он это важно сказал, что Люда снисходительно хмыкнула.

- Жуков, не морочь мне голову. Пять лет измывался: и учебники рвал, и лягушками кидался, и обзывался. А теперь вдруг выяснилось, что он - мужчина! Мужчина не боится пригласить девушку на танец только потому, что она надела туфли на высоких каблуках.

- Ох, Юрьева, какая же ты занудная. Вечно всех учишь. Одно слово – «отличница»!

- Не нравлюсь, найди другую – ростом пониже.

- Ну, ты могла бы туфли и снять, - закипел Андрей. – Вон девчонки все уже переобулись.

«Это потому что у них на следующий день туфли не отберут!»

- Отстань от меня. Пять лет мозги выносил, хоть на выпускном не дергай.

Разозленная девушка вышла из раздевалки. Вскоре вновь начались танцы, и тут Люда увидела, как к ней все-таки подходит Андрей. С каменным лицом он пригласил её на медленный танец и настолько боялся кинуть взгляд в сторону, чтобы не увидеть насмешливых улыбок одноклассников, что Люда рассмеялась.

- Чего смеешься? – глаза Андрея отчаянно блеснули. – Я… люблю тебя.

Девушке никто до этого не признавался в любви: она и смутилась, и обрадовалась. Приятно осознавать, что кто-то в тебя влюблен. Значит, она не хуже постоянно щебечущих о любви и мальчиках одноклассниц.

- А я тебе нравлюсь?

Люде и в голову не приходило именно с этой стороны посмотреть на соседа по парте. Но был выпускной, и девушке не захотелось огорчать напряженно ждущего ответа Андрея.

- Нравишься.

- Я собрался в военное училище. Хочу стать десантником. Будешь мне писать?

- Буду.

Они относились к поколению, которое вело активную переписку, охотно доверяя письмам и мысли, и чувства. И не было впоследствии для девушки большей радости, чем вернувшись с занятий в общежитие, получить от вахтерши очередной конверт от Жукова. Может, Людмила и влюбилась тогда не столько в него, сколько в эти пронзенные грустью и любовью письма.

Но это будет потом, а тогда утомленные танцами выпускники присели на лавочку возле школы. Над городом уже занималась заря, стало прохладно, и Андрей накинул ей на плечи свой пиджак.

- Можно я тебя поцелую?

Покраснев, она подставила щеку, но, набравшись смелости, паренек поцеловал её в губы.Люда тут же рассерженно поднялась со скамьи. Таковы уж были нравы её поколения.

За ночь девушка так устала, что свалилась в постель, едва раздевшись. Она проснулась ближе к вечеру от горестного вопля матери. Выскочив в коридор, Люда увидела, что та держит в руках туфли и едва ли не плачет.

- Убью паршивого кота!

В дело вмешалась сама судьба в виде кота Бузи, который неизвестно зачем покусал каблуки дорогущих туфель. И хотя укусы были малозаметны, о продаже теперь и речи быть не могло. И Люда потом не раз благодарила за это шкодливого кота.

Роман с Жуковым развивался медленно. У них не совпадали каникулы, и девушка и парень встречались только летом, да и то на несколько дней. Каждый раз приходилось вновь привыкать друг к другу. Он окончил училище раньше, чем Людмила университет, и сразу же попал на афганскую войну. Теперь их переписка носила совсем иной характер. Она так боялась за Андрея, так переживала, что его убьют, что когда загоревший, не по годам возмужавший молодой офицер приехал в отпуск, не раздумывая, выскочила замуж.

Было не до свадебного платья, а туфли приличные у неё были только одни. Андрей криво улыбнулся, увидев их на ногах невесты, но промолчал. За это время он вытянулся, и теперь даже на каблуках новобрачная не казалась выше жениха.

А потом всё разладилось. Пока муж воевал, Людмила с отличием окончила факультет биофизики и поступила в аспирантуру. Способную студентку заметили и предложили место младшего научного сотрудника на кафедре. Но это очень не понравилось её супругу. Приехав в очередной отпуск, Андрей закатил скандал.

- Моя жена должна быть готова в любой момент выехать вслед за мной в самые медвежьи уголки страны. Зачем тебе в таком случае аспирантура? Всё время пропадаешь в библиотеках, очкастые хмыри вокруг тебя вьются…

- Но у меня тоже есть право выбирать, чем заниматься. Неужели я должна лишить себя будущего ради сомнительной чести варить борщи, где-нибудь на краю света?

- А когда выходила замуж, о чем думала? Ты всегда поступала по-своему, не считаясь с моими желаниями. Помнишь, как на выпускном отказалась снять туфли на высоких каблуках? А потом ещё и в ЗАГС в них приперлась - специально, чтобы меня унизить?

Это было настолько нелепое предположение, что Людмила рассмеялась, ещё больше взбесив благоверного. Когда Андрей окончательно вернулся из Афганистана, жена наотрез отказалась ехать с ним в гарнизон, расположенный в горах Армении.

- Прости, но там даже школы нет. Может, ты все-таки демобилизуешься? Можно найти хорошее место и на гражданке.

Андрей отказался даже обсуждать этот вариант, вскоре подав на развод. В ЗАГС она отправилась, теперь уже действительно демонстративно надев любимые лодочки, чтобы полюбоваться на взбешенное лицо экс-супруга. Впоследствии она проносила их десять лет без единого ремонта, с сожалением выкинув, когда туфли полностью потеряли вид.

Бывшие супруги долгое время ничего не знали друг о друге. Во время перестройки рухнул «железный занавес», и одной из первых на стажировку в Боннский университет уехала Людмила. В Германии она встретилась с профессором, возглавлявшим один из научных центров Великобритании, и приняла его приглашение поработать в Шотландии. Замуж Людмила так и не вышла, хотя у неё время от времени появлялись бойфренды. Это были легкие, и ни к чему не обязывающие связи.

С Андреем она внезапно столкнулась на улице, когда уже рухнул СССР, и Людмила приехала в родной город в отпуск. Не сказать, чтобы бывшие супруги сильно обрадовались встрече, но все же отправились в кафе, чтобы без помех поговорить. Оказалось, что Андрей приехал к родителям, чтобы попрощаться – опытный офицер ВДВ уезжал работать по контракту, судя по всему, опять в какую-то «горячую точку» планеты. У Андрея была семья: жена, двое детей, но при том развале, что царил в Российской армии в середине 90-х, мужчина просто не знал, как иначе прокормить семью.

Странно, но в ту короткую встречу они почувствовали себя гораздо ближе друг к другу, чем за годы неудачного брака - теперь им нечего было друг другу доказывать. А может, просто повзрослели и стали лучше понимать и себя, и людей? Поблуждав вечером по городу, пара зашла на бывший школьный двор, присела на ту самую скамейку и… Людмила, даже спустя четверть века, не могла без стыда вспоминать о случившемся – такое ещё простительно подросткам, но не тридцатилетним дяде и тете. Под утро они расстались – теперь уже навсегда. Андрей погиб, так никогда и не узнав, что в далекой Шотландии у него родилась дочь.

Услышав голос Сони, Людмила Сергеевна быстро вытерла слезы.

- Мама, сколько можно перебирать этот хлам?

- Есть вещи, какие я хотела бы забрать, прежде чем мы выставим квартиру на продажу.

- Ты же обещала до отъезда показать мне город.

- Мы ещё успеем.

Но повела Людмила Сергеевна дочь вовсе не в центр города, а во двор родной школы. Казалось, этот уголок вообще не тронуло время, ну разве разрослись деревья, и уже не было той самой лавочки возле кустов сирени.

- Где мы? Это какая-то школа? - удивленно закрутила головой Соня.

- Это самое дорогое для нас место на земле, - грустно улыбнулась Людмила Сергеевна. – И больше ни о чем меня не спрашивай.

Если вам понравилась история, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал

Другие мои рассказы:

Легенда

Джентльмены галантного века

Чупа