2 subscribers

Поэма "Царапая белую стену" часть 10 Крыша из камня

Поэма "Царапая белую стену" часть 10 Крыша из камня

Пришлось бежать довольно долго,

устать, поспать и снова в Волгу,

держась за руль, зевать часами,

все чуя холод под ногами.

В окне уж скоро будут горы,

куда бегут убийцы, воры.

.

И я ушел, наверх в сторожку, 

а снег завеял мне дорожку,

я шел в сугробах, мерзли руки,

терпеть не мог с теплом разлуки.

Но сам нашел, о чем лишь слышал,

я к старым храмам в камне вышел.

.

Тот холод жуткий вечно помню,

тогда решил смириться с ролью

того, кого за миг забыли,

зарывши с телом, с горсткой пыли,

с милашкой, что всегда любила

по полной жить с бутылкой пива.

.

Я голос нежный часто слышу,

и лик ее вдруг встал на крышу,

и сердце сильно мне зажало,

в него вонзилось крика жало,

то я кричал и рвал одежды

души своей - больной невежды.

.

Мне тьма затмила взгляд и чувства,

проснулся я под шум от люстры,

что с ветром видно развлекалась,

простить, конечно, эту шалость

я в миг решил, ведь видно чудо

вернуло в горы с танцем утра

.

муссоны лета, жизнь деревьям,

исчез в кострище треск поленьев,

и храмы внутрь меня пустили,

пропали тонны мягкой пыли,

я будто бы проспал столетья,

накрытый с тонкой вязью сетью.

.

Но кто меня укрыл от вьюги?

Ведь здесь давно исчезли люди,

здесь холод жил - его обитель,

и Храм же был - его родитель,

здесь были те, кто в мире лишний,

растили век в морозе вишни,

.

но травы быстро слишком сгнили,

все те, кто жил, все время пили

и с гор спустились, сад забыли,

оставив все, бурбон в бутыли.

А Храм в тоске осыпал стены,

порвал в ничто все гобелены.

.

"Он вновь вернулся, занял мысли,

мы с ним давно уж здесь зависли. 

Я слышал птиц, я слышал крики, 

я видел в дыме мертвых лики.

Я рад, что сон, мой ужас ночи,

закончил пытки в строчке точкой".

.

Здесь сотни комнат с тонной света,

здесь запах трав и запах лета,

кругом цветы, тарелки, чашки,

бидон с водой, кормушка с пташкой,

но вот за светом и дверями,

остатки тел, что съело пламя.

.

Остаться тут, под крышей дома,

в котором шла сознанья кома,

который стал ЕГО гнездовкой,

в котором жил, покрыв циновкой

унылый камень пола Храма?

Терпеть все это я не стану.