Меня везли на каталке, рядом испуганная мама и ее подруга-депутат

Жила была девочка. Жила себе и жила. Самая обычная девочка: 2 руки, 2 ноги, 2 глаза, голова. Самая обычная девочка, каких миллионы. В жизни ей очень повезло. Она родилась здоровой.

Оспа не наложила руки, черная смерть 14ого века обошла стороной, сибирскую язву давно не встречали в ее краях, бешенство было редкостью, пневмония не прицепилась, холера решила, что девочка уж больно простая.

Девочка же с детства чуралась своей обычности. Хотелось больше внимания, от вечно занятой мамы, больше ласки от сурового отца и еще больше блинчиков от бабушки, которая и была настоящей мамопапой. В погоне за особым обращением девочка вытворяла жуть - стригла налысо кукол, обмазывала вареньем обои, которые только-только после ремонта, дралась с мальчиками и неизменно рвала платья.

Меня везли на каталке, рядом испуганная мама и ее подруга-депутат

Чуть повзрослев и узнав, что родители зарабатывают деньги, поэтому так долго отсутствуют, девочка сместила фокус своего внимания. Теперь ее необычность измерялась в подарках. Если мама считает особенной, то пусть дарит ворох игрушек. Если папа считает любимой, то пусть дарит столько же. И хотя игрушки дарили, свою исключительность она так и не почувствовала.

Особенно обидел случай, когда родители подарили игрушку чужому мальчику. Да, она была достаточно взрослой, чтобы понять причину. Но эта игрушка все равно стала самой желанной. Она попыталась отнять ее силой, а когда не получилось, то решила выйти замуж за этого парня, лишь бы игрушка, подаренная родителями, досталась ей.

С тем мальчиком они пошли в одну школу. Девочка поджидала хранителя своей прелести на переменах, подсовывала ему шоколадки и неизменно защищала от нападок. Мальчик рос умным и тихим, а ведь все знают, что дети не любят правильных. То ли из чувства благодарности, то ли оттого, что девочка совсем не давала ему свободы и лицезреть хоть кого-то, кроме нее - мальчик влюбился. Девочка казалась ему ангелом хранителем.

Меня везли на каталке, рядом испуганная мама и ее подруга-депутат

Охранные способности подвели саму девочку. Вначале она заболела простудой. Вся родня собралась у кровати, поили морсом, папа играл с ней в морской бой, мама рассказывала сказки и обещала, что та станет самой красивой. Это были лучшие дни в жизни девочки. Возвращение в школу отняло надежду на то, что это теперь норма. Родители работали, игрушка оставалась у мальчика, жизнь казалась несправедливой.

Так и повелось. Девочка не вылезала из больничных. Она специально пила холодную воду, стояла в пижаме на балконе, обнималась с теми, кто не успел скрыться дома в начале болезни. В ход шли любые ухищрения. Нагревание градусника о батарею, симулирование симптомов, предсмертные хрипы. Болеть девочке нравилось, пока иммунитет не дал слабину по-настоящему.

Отказали ноги. Врачи разводили руками и говорили что-то вроде: "Да вы сами посмотрите в ее мед карту! Тут нет обьяснений!" Родители мечтали о неожиданном появлении Доктора Хауса или любого другого злобного гения. Девочка же была в полном восторге относительно своей исключительности. Огорчали две вещи - болеть больно, да и родители смотрят скорее сквозь, чем на меня.

Мальчик плакал у себя дома. Обнимал игрушку, которая так нравилась девочке и обещал: "Вырасту и женюсь на ней". Через пару лет он уже и не вспомнил о своем желании, а сокровище передарил будучи в пионерском лагере. Вырос умником и красавцем. Работает программистом и, говорят, удачно женился.

Меня везли на каталке, рядом испуганная мама и ее подруга-депутат

Девочке пообещали операцию. Приходилось месяцами лежать в больнице, где были такие же особенные дети. Больше не было ежедневных пятиминуток с мамой и папой. Они приезжали, но смотрели не на ее лицо, а на ноги, в медицинскую карту, всматривались в лицо врача. Девочке больше не нравилось болеть и быть настолько особенной.

Потом она выросла. И поняла, что изначально сделала неправильные выводы. Она уравновесила внимание и любовь. Поставила равно между деньгами и чувствами. Пожелала быть особенной и добилась этого, хотя это было явно во вред. Девочка изменила ход своей жизни, потому что ей никто не объяснил очевидные вещи. Потому что близкие подумали, что она поймет их сама.