Погребальный обряд как обряд перехода

22 July

Погребальный обряд принадлежит к типу переходных обрядов (les rites de passage, термин Ван-Геннепа), в которых ритуально закрепляется перемена статуса человека, осмысленная в пространственных категориях — как выход из одного локуса (ср. костр. вьюсод 'смерть') и вход в другой. «Пространство жизни» и «пространство смерти» (или «вечной жизни», что в данл . ном случае то же) — основные представления, \\\\ | которыми оперирует обряд.

Эти пространства, как мы покажем в дальнейшем, весьма близки представлению о двух домах (см. терминологию гроба и могилы: домовина, къща и под.). Умерший в течение этого моделируемого обрядом перехода изображается гостем в области живых (гость, госьцик почасный [Шейн 1890, 512] — обращения плачей). ] )é? | Погребальный обряд типологически близок таким переходным обрядам, как свадьба и новоселье (что сознается самими исполнителями: поэтические перифразы смерти в плачах — унылая свадебка, переезд в горницу без окон), а также проводы рекрута (ср. запрещение в рекрутских плачах специфически похоронного восклицания охти мнеченъки [Ефименкова 1980, 23]). В случае правильного (праведного, часового) совершения этого перехода умерший приобретает статус душ, родителей, дедов.

Если же по каким-то причинам переход не удается: душа не может «выйти» из тела («трудная смерть», о которой см. ниже) или же ее «не принимают» (земля, небо; не пропускают «сторожа»), то умерший оказывается двудомником, нипритомником, вампиром, пужайлом, тенцом — «нечистым» покойником. Нечестивость «заложных» покойников — частный случай нечестивости «регрессивного поведения» [Тернер 1977,65]: в новом статусе прежнее «правильное» поведение оказывается недолжным и губительным (так, например, осмысляется сохранность тела в могиле, по которой узнают «ходячего» покойника и выяснению которой посвящен южнославянский обряд двоструко сохраниване,разкопальки — см. характерный болгарский термин «нечистого мертвеца» — плътенйк; ср. с этим противоположное народно-церковное отношение к нетленности мощей).

Умерший, который остается «телесным» и «ходит», как живые, в этом отношении не отличается от юноши, который после инициации сохраняет поведение ребенка, или от женщины, которая после свадьбы носит девичий головной убор. Переход не совершен, и это тягчайшее нарушение законов мифологического универсума.