z-theory
0 subscribers

История двух миров ч.2

Все-что-угодно существовало всегда. Говоря точнее, существовала та ее часть, которая находится за границами классической логики и поэтому долгое время оставалась незаметной. Можно называть ее по-разному: супермир, мультивселенная, «все сущее» или даже квантовый компьютер, который никто не создавал. Куда важнее то, что кроется за этими словами.

Так уж вышло, что та часть Всего-что-угодно, которая может быть описана законами классической логики и представляет собой Идеальный Мир, внутренне противоречива, а стало быть не может существовать в реальности. Она противоречит даже самой себе – любой набор аксиом порождает логические структуры, которые нуждаются в «подпорках» – в математике это проявляется в дополнительных ограничениях на выбранное множество в рамках теории, на производимые операции в рамках выбранного множества и т.д. Более того, аксиома выбора предполагает возможность произвольного выбора элемента внутри множества, таким образом аксиоматика Идеального Мира опирается на аспект Супермира – Неопределенность. Так что эта, идеальная, часть Всего-что-угодно может существовать исключительно как абстракция в человеческом воображении.

Супермир же оказался непротиворечив. Можно рассмотреть произвольную конфигурацию Супермира, и она будет подчиняться собственным законам без необходимости введения дополнительных правил или аксиом. Так уж вышло, что это просто оказалось возможным. Для существования Супермира не было особой причины или умысла – просто он может существовать, и поэтому существует.

В Супермире отсутствуют понятия «ложности» и «истинности», вместо этого имеет смысл говорить о «существовании». Все, что наблюдаемо некоторым реально существующим наблюдателем, реально существует и в каком-то смысле «истинно» для этого наблюдателя (на самом деле истинно с некоторой достаточной степенью определенности, чтобы говорить об истинности, но не более того). Однако наблюдаемая картина мира в Супермире, в том числе истинность или ложность конкретных утверждений, зависит от выбранной точки зрения, тогда как в Идеальном Мире нам всегда доподлинно известно, что истинно (и это абсолютное знание ни от чего кроме изначальных аксиом не зависит и может «объективно» существовать в виде некоторой математической структуры или логического утверждения), а что ложно (опять же, ложно безотносительно выбранной точки зрения), и для неопределенности в конечном итоге просто не остается места.

Если попытаться представить себе Все-что-угодно, подчиняющееся законам суперлогики, то оно окажется похоже на бурлящий океан возможностей, где вероятность существования любой возможности станет сколь угодно близка к значениям «0» / «1», но никогда не достигнет их.

Супермир
Супермир
Супермир

Для того чтобы могли реализоваться «достаточно большие» вероятности, должно пройти «достаточно много» времени, однако, когда мы говорим о Супермире, время не имеет значения. По часам отдельно взятого Наблюдателя, существующего где-то в недрах Супермира во времени, которое, как известно, является всего лишь своеобразным запретом на то, чтобы произошло все и сразу, любая вероятность рано или поздно будет реализована. Реализована относительно любой точки зрения, бесконечное число раз. Вопрос заключается в том, что интересного Всего-что-угодно может построить из больших вероятностей и сколько времени потребуется, чтобы реализовать соответствующую вероятность.

Во времени Неопределенность проявляет себя как изменение. Однако, строго говоря, в Супермире изначально нет времени как выделенной оси или наблюдателя как выделенной точки зрения, и за «точку зрения» можно принять любой произвольный аспект – происходящее относительно каждого из них будет логически непротиворечиво. Время как возможность согласованного и непротиворечивого наблюдения последовательности событий разными наблюдателями неизбежно возникает в подходящих конфигурациях Супермира, как, впрочем, и любой другой потенциально возможный аспект.

Супермир невообразимо сложен. Сложен настолько, что невозможно рассмотреть какую-либо одну его часть отдельно от другой – все они неизбежно окажутся связаны друг с другом зависимостями-суперкорреляциями. Можно сказать, что Все-что-угодно – вечный, единый, неделимый и взаимодействующий сам с собой феномен. Невозможно даже выделить какую-либо часть Супермира и дать ей определение в привычных терминах – она будет пытаться ускользнуть из-под любого определения и реализовать, и одновременно нарушить, все законы и запреты – вот частичка Неопределенности аннигилирует сама с собой, и через мгновение снова рождается в бесконечном океане флуктуаций, пытаясь превратиться во все что угодно, будучи одновременно всем сразу и ничем.

Если бы в некоторой области пространства-времени в недрах Супермира существовал достаточно разумный Наблюдатель, способный наблюдать происходящее вокруг себя и мыслить, то он бы заметил, что отдельные формы Всего-что-угодно постоянно возникают, движутся, превращаются друг в друга, распадаются, проявляют себя в виде взаимодействий или иным, недоступным для восприятия, образом. К сожалению, это всего лишь наивная экстраполяция, попытка применить ограниченные представления человеческого сознания к бесконечной сложности того, что скрывается под словом «супермир». Можно лишь попытаться найти такой отрезок времени или другие условия, при которых некоторый аспект не будет меняться слишком сильно относительно наблюдателя и, пока он не перестал соответствовать собственному определению, успеть дать ему название: «вещество», «частица», «взаимодействие», «движение» и т.п.

Однако Наблюдатель не может сам по себе возникнуть в океане неопределенностей Супермира, для существования ему нужны подходящие условия – пространство, время и, самое главное, «достаточно большие» вероятности, чтобы Все-что-угодно могло построить из них среду, в которой Наблюдатель существовал бы достаточно долго; облечь его в телесную оболочку и подобрать подходящую среду обитания; предоставить способ познавать окружающий мир, а также дать возможность накапливать и анализировать полученные знания. Другими словами, реализации больших вероятностей Мира Наблюдателя должны быть надежно защищены от хаоса окружающей Неопределенности.

Так уж вышло, что все это оказалось возможным.