Пик Формы
175 subscribers

ДВЕ ЖИЗНИ АЛЕКСАНДРА ЭНБЕРТА

<100 full reads

Александр ЭНБЕРТ – серебряный призер Олимпийских игр в Пхенчхане, призер чемпионатов мира и Европы. Редчайший спортсмен, который после окончания спортивной карьеры начал свою вторую – после-спортивную – жизнь, не расставаясь со своим тренером. С Ниной Мозер. Сейчас Александр – один из управленческих лидеров MozerTeamи артист проектов Ильи Авербуха. О том, как построить жизнь в радости, - Александр ЭНБЕРТ

Фото Яндекс
Фото Яндекс

- Саша, вы - один из редких спортсменов, который после окончания карьеры продолжил работать со своим тренером. Большой спорт – такая штука, в которой наступает момент, что нужно отдохнуть друг от друга. А вы остались. Почему?

- Наверное, не устал, потому и не хочется отдохнуть. И я очень рад тому, что мой тренер - Нина Михайловна Мозер. Тренер, от которого не хочется отдохнуть. Важно, какие люди тебя окружают. Я очень рад своему окружению, очень рад, что мы с Ниной Михайловной познакомились, что прошли с ней такой путь. И она меня знает, я ее знаю, и нам приятно вместе работать. Не вижу ни одного какого-то для себя момента, который мог бы меня оттолкнуть от этой работы. Поэтому, даже никогда не задумывался над заданным вопросом. Если говорить о спорте в целом, то был момент, когда мне хотелось, в принципе, отдохнуть от спорта, когда я закончил. И вот в пандемию, когда мы все сидели в жестком локдауне, случился такой момент, что я смог вообще отстраниться от спорта. Все было закрыто. Я смог побыть дома. Дело в том, что всегда кажется - сборы, тренировки тебя постоянно куда-то гонят. И ты думаешь: вот бы побыть дома. Ну, вот, я посидел. Мне хватило - сколько там - три месяца, и я понял, что ничего в жизни я не потерял, что дома мало времени проводил. Сериалы посмотрел, в Play Station поиграл, книги почитал. И, как раз когда уже заканчивался локдаун, с Ниной Михайловной мы как-то переписывались. Она рассказывала о своих проектах. Я сказал, что это интересно. Очень интересно! Мы с ней встретились, и начали вместе работать. Такая вот произошла перезагрузка! Не знаю, возможно, в другой какой-то ситуации эта перезагрузка длилась бы дольше - может, год, может, годы. А, может быть, вообще не получилось бы вернуться. А тут так всё сложилось, что я, действительно, отстранился от всего. Причем, мы еще во время локдауна были с женой во Владивостоке, у меня там были сборы. Сборы, где я детишек тренировал. Даже не сборы, а мастер-классы. Алеся приехала ко мне. И мы там провели, по-моему, месяц. Потом еще в Москве месяц провели дома. И я полностью перезагрузился, погулял по острову Русский, полюбовался природой, ощутил себя на краю России. И с новыми силами окунулся в работу – с новыми идеями, с новым вдохновением. Мне приятно, что я окунулся в это с Ниной Михайловной. Она наполнена фигурным катанием, наполнена идеями, связанными с ним. И какой-то добротой, которая тебя двигает вперед.

- В каком проекте из всех проектов «MozerTeam» вы работаете?

- Мы работаем с клубами фигурного катания и с Фондом помощи талантливым спортсменам, талантливым детишкам, которые только еще настраиваются на свой олимпийский путь. Эти два направления –действительно интересны, они очень близки к тому, что я знаю, к тому, что я прошел в своей жизни. И я думаю то, что это те вещи, где я могу помочь, и могу своими знаниями, своими силами, своими идеями сделать эти проекты немножечко лучше. Тем более что это только еще такая сейчас первая стадия развития, становление. Заложить фундамент, я считаю, очень важно. Первые шаги сложны. И тем мне интереснее.

- Тренерское или менеджерское направление?

- Скорее менеджерское. Тренерское требует от тебя постоянного нахождения рядом с детьми. Чтобы вести спортсмена, нужно знать спортсмена, нужно видеть, как он тренируется постоянно - как он тренируется в зале, на ОФП, на хореографии, на льду. Ты на это кладешь все свое время. А у меня сейчас есть еще «Анна Каренина» в команде Ильи Авербуха, есть еще и «Ледниковый период». И, конечно, взять на себя ответственность тренерства пока, наверное, неправильно. А как раз вот такое управление, которое возможно исполнять дистанционно, получается. Сейчас для Фонда разрабатываем программу. Мы с Ниной Михайловной созваниваемся, списываемся, обсуждаем. И это всё можно делать спокойно, даже не находясь на одном катке. И я прекрасно успеваю, прекрасно влился в это. И очень ценю то, что Нина Михайловна прислушивается к моим идеям.

- Расшифруйте, что за программа?

- Программа помощи спортсменам. Ну, в принципе-то, ничего сверхъестественного, особенного. Нина Михайловна это проходила уже много раз. Я проходил один раз, когда готовился к Олимпийским играм. Это то, что просто необходимо, чтобы подготовиться к важным соревнованиям. К нам приезжают дети из других городов, у которых уже есть определенные проблемы. В том числе и со здоровьем. Их нужно довольно оперативно решать. У нас в Фонде сейчас основная программа –спортивное здоровье. В Программу включены разного рода массажи, реабилитации, физиотерапии, и так далее. То, что, к сожалению, не всегда может предоставить Федерация фигурного катания, или другие органы спортивного управления. Мы стараемся, чтобы было удобно, чтобы это было на катке. Потому что, когда дети проводят на льду практически весь день, иногда сложно поехать в другой конец Москвы.

- Не пробьешься сквозь пробки элементарно…

- Конечно. Просто временной ресурс, который не хотелось бы тратить на переезды. То есть, соответственно, на катке должны быть специалисты спортивной медицины, должна быть аппаратура. Это всё требует, конечно, каких-то затрат. И наш благотворительный фонд находит возможности помогать в этом, и делать подготовку максимально комфортной. Чтобы получить максимальный результат. Сейчас фигурное катание идет вперед. И стоять на месте нельзя, нужно находить дополнительные часы для тренировок, нужно находить и новых специалистов с новым взглядом на профессию, готовых к динамичным переменам. Потому что в мире информация распространяется все быстрее, в мире новые идеи распространяются все быстрее. И, как только ты останавливаешься в развитии, ты просто безнадежно отстаешь. Так что мы с высокой скоростью бежим вперед. И стараемся максимизировать свой потенциал в фигурном катании.

- Саша, вы сказали, что вы потренировали на Дальнем Востоке. Вы почувствовали детей в руках. Почему не захотелось продолжать тренером?

- Интереснее сейчас для меня те проекты, которыми я занимаюсь. Они приносят мне больше удовольствия.

- А почему? Вы очень добрый человек, который готов отдать всё. Почему вас заинтересовало организационное направление, а не понянькаться и вырастить?

- Понянькаться –для этого должен быть определенный склад. Мне приятно смотреть на детей, у которых горят глаза, и они впитывают всё, что ты говоришь им. Видно, что они мотивируются этим. И это тоже создает какой-то импульс в их развитии. Но, конечно, вот такая каждодневная работа тренером –это специфическая работа. Я понимаю, что тренерская работа – это не мастер-класс, это не сборы, где ты приехал, и за три недели зарядил детей энергией, и они потом, такие все наполненные, двигаются дальше. Тренерская работа – это каждодневный труд на годы вперед. Но на данный момент я больше удовольствия получаю от «Ледникового периода», от «Анны Карениной», от разработки программ в Фонде фигурного катания, от организации, точнее, от креативной работы в клубе фигурного катания Нины Михайловны Мозер. Где мы придумываем, как детишек мотивировать и как их заинтересовать фигурным катанием. Просто мне эта работа доставляет больше удовольствия. Не знаю - у меня счастливая жизнь, потому что мне работа всегда доставляла удовольствие. Я очень любил фигурное катание, и получал от него большое удовольствие. И сейчас хочу продолжать получать удовольствие от работы. И поэтому выбираю то, что мне близко, нравится. И, мне кажется, когда тебе нравится, и ты искренне вкладываешь в это душу, то и получается лучше всего.

- «Ледниковый период» и «Анна Каренина», потому что не выкатал себя как фигурист?

- Такое, наверное, больше, все-таки, творческое действие. Потому что «Анна Каренина» -- это, конечно, настоящий спектакль на льду. Поучаствовать в нем –вообще что-то особенное. А «Ледниковый период» - это тоже творчество, где мы каждую неделю придумываем новые какие-то вещи. И, конечно, мне по-прежнему нравится находиться на коньках на льду. Эта реализация себя, наполнение себя чем-то новым, конечно, тоже доставляет мне большое удовольствие. Но надо сказать то, что и общение с новыми людьми – это тоже прекрасно, это тоже интересно. Особенно, на «Ледниковом периоде». Все креативные, все творческие, все полны идей, полны энергии. И это тоже тебя заряжает. В «Анне Карениной» прекрасный состав. Мы катаемся в паре с Евгенией Медведевой. Это тоже определенного рода новое интересное начинание, которое доставляет удовольствие, доставляет интерес. Так что это, наверное, больше творческая часть моей жизни.

Фото Яндекс
Фото Яндекс

- По словам Наташи Забияко – самый надежный партнер в жизни. Что это означает для Саши Энберта, быть самым надежным партнером?

- Для Саши Энберта это означает то, что Саша Энберт все делает правильно. И то, что Сашу Энберта специалисты, с которыми он работал в своей жизни, научили правильным вещам. Потому что мне посчастливилось работать с Игорем Борисовичем Москвиным прямо в самом начале своей карьеры. Это, конечно, великий человек в фигурном катании. Он и заложил в меня то, что партнер должен быть надежным. Ты можешь делать всё, что угодно, но партнерша, должна оставаться цела. Мы над этим много работали: я знаю, как сгладить какие-то недоразумения, которые могут возникнуть на поддержках или на подкрутках. Ну, и в дальнейшем, когда я работал со специалистами, это всё поддерживалось, развивалось. Вот, что для меня значит.

- В свое время говорили, что Наталья Забияко – это лучшая партнерша мира. Вы - самый надежный партнер, по словам лучшей партнерши мира. И каково теперь с одиночницей, каково ее на руках держать, и как она понимает то, что должно быть в парном катании?

- По-настоящему - не очень сложно. Женя – высоко-координированный специалист фигурного катания, которая прекрасно знает свое тело, знает, как все устроено, знает свою биомеханику, знает, как и что работает в фигурном катании. Поэтому, конечно, глобальных проблем не было. Но погружение в парное катание заняло определенный период времени. Тем более, что проект «Анна Каренина» требует действительно, красивого, слаженного, интересного катания. Это было ответственно. Мы хотели сделать лучшее, хотели сделать самое классное, самое интересное! Чтобы нам самим, спортсменам, было не просто не стыдно, а, как минимум, приятно. Так что взялись за это с энтузиазмом. И, наверное, это нам помогло довольно быстро накататься и показать сложные вещи, сложные поддержки, сложные заходы, интересные шаги. Но проблем никаких не было - точно. Это всё было сделано с улыбкой, сделано с душой, и с энтузиазмом. Ну, как такая работа может доставить какие-то проблемы?

- Вы - Каренин, Вронский, Лёвин?

- Лёвин.

- Непростая роль для красивого парня. Как вы ее читаете?

- С одной стороны, наверное, непростая. Но, с другой стороны, довольно быстро получилось почувствовать этот образ и превратиться в Константина. Тут надо отдать должное, конечно, Илье. Он сделал очень хорошую подборку фигуристов. Артистов, наверное, даже как-то так. Потому что все очень чувствуют свои роли. И прекрасная Анна Каренина, и Каренин, и Вронский. И, в принципе, я думаю, что мне мой образ по ощущениям тоже близок. Потому что, наверное, какая-то такая простота – она мне близка в какой-то степени. Конечно, сложно представить это в полной мере, являясь жителем мегаполиса, как это хорошо - в деревне возделывать луга и косить траву. Но где-то получилось.…

- Лёвин, по оценке самого Толстого, – воплощение его идей. Идей толстовства. В принципе, толстовство - очень сложная штука. Вы на Лёвина с этой точки зрения смотрели?

- С этой точки зрения не смотрел. Все-таки, мне было интереснее выстроить взаимоотношения именно человеческие, именно внутри нашего спектакля. То есть, скорее, ключевой вопрос - разница взаимоотношений в семье Карениных, и в противовес - Китти и Константин. Это то, что мы можем показать, что мы можем успеть рассказать за наш спектакль. Показать светлую и темную стороны отношений, или разницу в отношениях. В принципе, сложно сказать, где свет, где тьма. Так что просто мы показываем, что бывает так, а бывает по-другому. Есть такой свет, как Китти и Лёвин, и есть такая тьма, как самоубийство Карениной. А, конечно, книгу эту можно разбирать бесконечно. И я думаю, что для разбора уже таких сложных вопросов нам отдельный разговор нужен.

- Создание образов в спорте – это одно. А создание образа в ледовом спектакле – это другое? Или в каких-то реперных точках это совпадает?

- Я думаю, что совпадает. Это все равно близко. Понятно, что в спектакле у тебя развязаны руки в плане тайминга, в плане элементов. То есть, ты можешь какими-то элементами дополнять образ, и не брать те элементы, которые тебе не хочется брать. Допустим, если атлетичные элементы не подходят, ты берешь такие более красивые, художественные. Если ты хочешь показать силу, ты можешь выбрать более атлетичные элементы. И у тебя нет ограничений ISU- надо три поддержки сделать, две, одну, или не делать их вообще. Получается, что у тебя больше инструментов. Точнее, у тебя инструментов столько же, но ты можешь их использовать в большей мере. В спорте тебе дали, допустим, для короткой программы семь элементов – и ты должен их распределить таким образом, чтобы донести какую-то мысль. А в принципе, есть какие-то вещи, которые и в фигурном катании, и в спектаклях работают одинаково. Культура движения, жестов, пластики. В спектаклях у тебя больше свободы, и это позволяет создать более целостный, законченный образ. А в спорте, конечно, у тебя слишком много ограничений, которые гонят тебя к максимальной оценке.

- Насколько шоу, созданное Ильей Авербухом, позволило нашим фигуристам оставаться дома? Если бы не было Авербуха, если бы не было шоу Навка, то вы бы остались дома, или бы разъехались за пределы страны?

- Во-первых, спрос рождает предложение. И людям нравится фигурное катание, они любят фигурное катание. И, конечно, им хочется наблюдать и за их любимыми фигуристами после спорта. Конечно, они хотят видеть какие-то интересные постановки, спектакли на льду, мюзиклы на льду. И я очень рад тому, что Илья и Татьяна делают это. Делают это хорошо, делают это качественно. Да, есть американские шоу с огромной историей. В Японии очень любят фигурное катание. Существуют в Европе много шоу. И туры в Европе, и Дисней… Вариантов множество. И многие спортсмены на лайнерах, на кораблях работают. Но мне бы было сложно представить, чтобы я уехал так куда-то надолго из Москвы. Потому что здесь довольно значимый пласт моей жизни. Так что, не знаю, наверное, я бы вряд ли уехал за границу в какое-то шоу.

- Что для вас «Ледниковый период»? Это - когда надо возить на себе непрофессионала?

- Уж точно не возить на себе непрофессионала! Все, что угодно для меня «Ледниковый период», но точно - не возить на себе непрофессионала. Потому что здесь немножко о другом. Это шоу, где люди учатся настоящему фигурному катанию. Они преодолевают себя, они становятся лучше, они учатся кататься, а мы в этом им помогаем. И понятно, что мы, спортсмены, берем на себя определенную нагрузку. И стараемся скрыть их какие-то недостатки своими умениями. Но стопроцентно это - шоу про достижение чего-то нового в новой сфере. И для меня это стопроцентно развитие в себе большего творчества. Это абсолютная реализация каких-то идей. Мне очень повезло с партнершами! В том году была Ольга Кузьмина - прекрасная актриса. Мы с ней много разговаривали о том, как на льду и что можно показать. Ведь идет телесъемка, здесь и крупные планы присутствуют. И, конечно, игра выходит уже на новый уровень. Потому что, все-таки, в спорте ты привыкаешь, что на тебя смотрят со стадиона. Там с верхних ярусов уже особо и не видно, улыбаешься ты или нет. А здесь, когда идет съемка, и ты знаешь, что тебя могут в любой момент взять на крупный план, ты должен погружаться в образ полностью. И глазами, и улыбкой, и лицом. И в этом году тоже мне повезло. Агата Муциниеце – очень творческая, очень разносторонняя. Она - и актриса, и ведущая, и блогер. Для меня «Ледниковый период» -- это полная реализация себя еще, плюс ко всему, в творчестве. И точно для меня тоже это не меньшее обучение чему-то новому, чем для звезд, которые пришли учиться катанию. Вот, я думаю, что спортсмены здесь учатся не меньше, чем они. Может быть, мне просто так повезло. Но, вот, я не меньше учусь, чем Агата. Я ей рассказываю, как кататься. Она мне рассказывает, как можно донести какую-то идею.

- Саша, восстанавливаться долго пришлось, чтобы вернуться к более или менее активному фигурному катанию? Ведь уходили-то из-за вашей болезни, да?

- Нагрузки, конечно же, не сравнить. Бывает утомление, когда много тренировок. Но дело в том, что у меня были проблемы из-за нагрузки в моменте. Когда у меня пульс на тренировках спортивных уже за 200 поднимался. Здесь, конечно, такой нагрузки в моменте именно нет - и элементы проще, и скорости меньше. Так что проблем не было. С Женей мы начали к «Карениной» готовиться очень спокойно. У нас было много времени, и мы начали раньше официальных репетиций. И просто спокойно-спокойно готовили. Потом постановка - чуть-чуть побольше кусочки. Очень мы плавно вошли. И с «Ледниковым периодом», в принципе, в том году у нас было много времени. Была пандемия, было всё закрыто. Особо занятий ни у кого не было, и мы просто катались, сколько хотели. И в этом году мы тоже приехали уже готовые. То есть, я в прекрасной форме. И никаких проблем не возникает.

- Какие воспоминания вызывает спорт?

- Спорт вызывает только хорошие эмоции, вызывает хорошие воспоминания. В этот период жизни я точно знаю, что сделал всё, что мог. И получил, что получил. Я получил прекрасную карьеру спортсмена. И я знаю, что я не мог больше сделать, потому что я был на пределе своих возможностей. Все, что от меня зависело, я сделал. И добился многого. Стал заслуженным мастером спорта, получил медали Европы, мира, Олимпийских Игр, государственные награды. Реализовал себя как спортсмен. Пришло это к концу, ничего страшного. Открылся новый мир. Много всего нового. И это остается, ну, это, в какой-то степени, уже даже в прошлом, это в памяти остается.

- Семья видит мужа?

- Семья пока что видит мужа, а в апреле начнет видеть и отца тоже.

Фото Яндекс
Фото Яндекс

Саша за весь разговор много раз повторял слова «счастье», «любовь» и «радость». А ведь по статистике именно эти слова чаще всего говорят все члены проекта MozerTeam. А статистика – это уже не случайность. Совершенно твердо – это закономерность

#mozerteam #александр энберт #нина мозер #наталья забияко #евгения медведева #агата муцениеце #ледниковый период #фигурное катание #анна каренина #илья авербух

Если вам с нами интересно, пожалуйста, поставьте лайк или подпишитесь на канал.