0 subscribers

Она оборачивается и замечает меня.

Прежде даже, чем тень узнавания промелькнет на лице, за ее спиной вскипает алый всполох, и оттуда кто-то появляется, его лицо хищно зависает над ее плечом – серые ледяные глаза, под левым в свете вспышки виднеется тонкий шрам, под правым – я знаю, что за слова там вытатуированы, и ужас сковывает меня, не давая ни вздохнуть, ни моргнуть.А ее лицо превращается в застывшую маску потрясения, чтобы через долю секунды исчезнуть в языках алого огня.Мир застывает, и в голове остается только одна мысль: точка невозврата позади.XXIV.Ворон 3. Чего найдешь первоеНельзя сказать прозревшему: “Насмотрелся? А сейчас выколи себе глаза”.Скиталец – самому себеКак-то мне уже надоело за последние несколько часов терять сознание. В этот раз я еще и застрял в чем-то… Твою мать! Не просто застрял, меня почти утащили в землю какие-то черные скользкие корни. С трудом освободившись из их тисков, я отполз подальше, наблюдая, как пучок корней недовольно сворачивается и зарывается под землю.Вокруг была новая локация – лес сменился болотом, топкая поверхность которого транслировала эпизоды из жизни каких-то людей. Так, что-то у меня нет желания тут задерживаться. Я терпеливо ждал на берегу островка, на котором пришел в себя, пока картинки на болоте сменялись другими. Ждал, ждал… И вот, наконец, увидел что-то знакомое – зал, в котором меня недавно убили. Отлично, то, что надо! Надеюсь, это работает именно так, как я думаю.Не без замирания в груди я шагнул вперед, прямо в картинку. К счастью, я оказался прав, и это был портал, и через секунду мои пятки стукнулись о деревянный пол гостиной Аватара. Вот только ни его самого, ни Видока с Ловцом тут уже не было – как не было и каких-либо признаков того, что тут не так давно убили пятерых человек и вообще происходили разборки с ножами и пистолетами. Ну, пока я разберусь, в чем тут дело, я потеряю время, так что нужно идти дальше. На выходе из дома я сразу понял, куда именно – в одном из соседних зданий, ниже по улице, происходила какая-то дьявольщина: воздух вокруг дома был багровым и плотным, в крышу били молнии, а в окнах мигал желтый цвет. Естественно, я тут же направился туда.***Так вот в чем дело. В лесу я видел приквел того кошмара, который уже случился в реальном мире, кошмара, истоки которого я наблюдаю сейчас. Я старался не думать, что еще совсем недавно мог как-то предотвратить это.Потому что если мог – зря не предотвратил.Это было похоже на групповое жертвоприношение. На полу лежали четыре изуродованных до неузнаваемости тела, весь зал был в крови, внутренностях и начертанных светящейся жидкостью символах – то ли сатанинских, то ли каббалистических. В потолке зияла такая же червоточина, что я видел в доме на холме, только эта была менее аккуратной, похожей на отверстие в гигантском внутреннем органе чудовища, сквозь которое что-то вырвалось наружу.То, что вырвалось, сейчас склонилось над одним из трупов и жадно, с причмокиваниями и хрустом пожирало его. Это был очень массивный, покрытый переливающейся черным чешуей антропоморфный силуэт – антропоморфный лишь в том смысле, что он имел характерное для человека строение. Однако помимо головы, ног и рук, нечто было укомплектовано крыльеобразными наростами на спине, хвостом и вытянутой крокодильей мордой, на которой находились три дополнительные пары глаз. Одна из пар была обращена назад, так что не оставалось никаких сомнений, что оно видело меня – впрочем, пока что никак не реагировало, не желая, видимо, прерывать свою трапезу.Я старался не поддаваться панике и искал способ если не убить тварь каким-нибудь быстрым способом, то хотя бы выбраться из дома так, чтобы она меня не догнала. Как будто в ответ на мои мысли за спиной громко захлопнулась входная дверь – так в фильмах ужасов обычно захлопываются двери, которые уже нельзя открыть.Тем временем монстр доел труп, медленно поднялся на ноги и повернулся ко мне. Хвост грузно скользил по полу, оставляя на нем след, расправленные за спиной кожистые крылья царапали потолок. В тот момент, когда мой взгляд встретился с восемью неистово вращающимися инфернальными торнадо в его буркалах, время замерло и подернулось инеем.В воздухе материализовался еще один силуэт – на этот раз стопроцентно человеческий, только вот слишком прозрачный, чтобы можно было разглядеть какие-то определенные черты. Он огляделся, сел на пол, вытянул ноги и закурил.–Ну вот, ты опять за свое.Обращался он явно ко мне, потому что смотрел прямо на меня.–Да при чем тут ты, ты просто на пути. Я говорю с тем, кто стоит за тобой. Так что, старик, какого черта? Я думал, что с этим покончено еще тогда, когда ты куда-то там шел ночью по полю и смотрел на звезды. Потом – тогда, когда ты героически пропал в варп-воронке на асфальте. Хотя следовало догадаться. Никогда не было такого – и вот опять, как говорится. Давай обсудим кое-что, пока ты еще только начинаешь и не вошел во вкус, ладно?Если этому человеку кто-то и отвечал, то я не слышал. Однако судя по тому, как внимательно вслушивался призрак в тишину, у него с этим проблем не было.–О чем, как не о твоих мотивах? О том, зачем ты это все делаешь. Знаешь, сначала я думал, что ты просто балуешься, пробуешь себя в роли бога, так сказать, потом мне казалось, что ты хочешь выговориться, потом – что желаешь донести какое-то очень важное послание, превращая все действие в один большой шифр. Теперь же я думаю, что ты просто ебучий псих, который не совсем контролирует свои слова, мысли и действия, и ты хочешь вывернуться наизнанку, что-то этим кому-то доказав. Подумай вот о чем: то, что ты делаешь – преступление над совестью, надругательство над свободой воли. Ты вообще нормальный?Очередная минута тишины, призрак все так же сидел и курил, качая головой.–А чья тогда? У тебя есть свобода, есть выбор не делать этого. Но ты ненавидишь себя не зря – сам-то ты понимаешь, что ты действительно так плох, как себе кажешься, и это никакие не наговоры или самоедство. Давай я тебе немного расскажу о том, что тебя ожидает впереди. Буду краток. Ты думаешь, что потерял все, потерял смысл жить дальше, но – поверь – ты еще не знаешь, насколько больше можешь потерять. В конечном счете из-за своего безволия, ошибок восприятия реальности и наивности ты лишишься того, ради чего все это делаешь. Затем ты потеряешь последних людей, кого можешь считать друзьями. Потом ты потеряешь семью. После этого станешь пить по-настоящему, этого будет мало, и ты перейдешь на другие, более интересные вещи. Из-за этого лишишься работы и денег. Чуть позже – и дома. В самом конце, который не так уж и далеко, ты останешься совершенно один – и это будет уже не твоя пафосная поза в стиле “Я одинок, потому что мне некому открыть душу”, а одиночество в прямом смысле, в мире просто не будет человека, кто помнил бы о твоем существовании на дне жизни, ставшем существованием животного. А потом, как вишенка на торте, ты потеряешь надежду, даже тот тоненький луч света, который видишь сейчас. И ты будешь рад потерять и жизнь тоже, но будет уже поздно – ты потеряешь разум, который ты так обожаешь и которым восхищаешься, потеряешь способность не то, что придумывать вселенные и создавать запутанные абстрактные концепции, ты даже слова в предложение не сможешь составить. Почувствуй эту перспективу. Это твое будущее, и оно совершенно реально, ты никуда от него не денешься, даже не пытайся принять это за бредящий голос в голове, нет, это абсолютная истина и совершенно точная модель твоей жизни. Уверен, ты не можешь осознать это, ведь люди так оптимистичны, а ты пока еще человек. Но скоро, уже довольно скоро, твой вечный кошмар претворится в жизнь, и ты умрешь после того, как красный шар столкнется с черным. Так что же ты делаешь? Пытаешься утащить кого-то с собой, просишь о помощи, ищешь ответ, учишь других, хочешь успеть разобраться в себе? Ничего не выйдет. Последняя глава твоих фантазий станет твоей предсмертной запиской.