0 subscribers

Когда они пришли, Зубцебород лежал у выхода из пещеры, слушая шум дождя

Когда они пришли, Зубцебород лежал у выхода из пещеры, слушая шум дождя.

— Ты не передумал? — спросил он, когда Лунг улегся рядом с ним на каменном полу. Молодой дракон отрицательно покачал головой:

— Только я лечу не один. Серношерстка со мной.

— Надо же! — старый дракон взглянул на Серношерстку. — Ну и отлично. Она тебе пригодится. Она знает людей, хорошо соображает, и вся их порода не такая доверчивая, как наша. В этом путешествии все это совсем не лишнее. Вот только с ее аппетитом будет трудновато, но она, наверное, привыкнет иногда голодать.

Серношерстка с тревогой посмотрела на свой живот.

— Слушайте, — продолжал Зубцебород. — Я уже не так много помню. Картинки все чаще путаются у меня в голове, но вот что я знаю точно: вам надо лететь к самым высоким горам мира. Они лежат далеко на востоке. Там ищите Подол неба. Ищите цепь покрытых снегом вершин, окружающих долину, словно каменный венец. Голубые цветы… — Зубцебород закрыл глаза. — Их аромат так тяжело висит ночами в холодном воздухе, что его чувствуешь на губах, как питье, — он вздохнул. — Мои воспоминания поблекли, они словно окутаны туманом. Но там хорошо, — его голова упала на лапы, глаза закрылись, дыхание стало тяжелым. — И еще, — пробормотал он, — глаз Луны. Не могу вспомнить.

— Глаз Луны? — Серношерстка нагнулась над ним. — Что это такое?

Но Зубцебород лишь сонно покачал головой.

— Не помню, — выдохнул он. — Берегитесь, — он говорил теперь так тихо, что слова его с трудом можно было разобрать, — берегитесь Золотого… — из его пасти раздался храп. Лунг поднялся, задумчиво глядя перед собой.

— Что это значит? — спросила Серношерстка с тревогой. — Слушай, давай его разбудим.

Но Лунг покачал головой:

— Пусть спит.