0 subscribers

Конечно, – сказала Винни. – Великолепное произведение инженерного искусства.

Конечно, – сказала Винни. – Великолепное произведение инженерного искусства.
   – Я выяснил, для чего она предназначена. Чтобы решить извечную проблему. Победить страх смерти. Она заставляет мозг вырабатывать ингибиторы страха смерти.
   – Но мы все равно умираем.
   – Да, все умирают.
   – Просто не будем бояться, – сказала она.
   – Совершенно верно.
   – По-моему, это любопытно.
   – Дилар был создан таинственной группой исследователей. Кажется, среди них есть психобиологи. До вас уже дошли слухи о группе, тайно изучающей страх смерти.
   – Я обо всем узнаю последней. Меня невозможно найти. А когда все-таки находят, то непременно сообщают нечто важное.
   – Что может быть важнее?
   – Вы говорите о сплетнях, о слухах. Все это шито белыми нитками, Джек. Кто эти люди, где их база?
   – Потому я и погнался за вами. Думал, вам что-то известно. Я даже не знаю, что такое психобиолог.
   – Понятие всеобъемлющее. На стыке различных наук. Вся настоящая работа делается не ими.
   – Неужели вам нечего мне рассказать?
   Что-то в моем голосе заставило ее обернуться. Винни было едва за тридцать, но у нее имелся здравый смысл, а глаз на почти незаметные несчастья, из которых состоит жизнь человека, был наметан. Завитки растрепанных каштановых волос спадали на узкое лицо, возбужденно поблескивали глаза. Длинный нос и впалые щеки придавали ей сходство с огромной болотной птицей. Строгий маленький рот. Улыбка никак не вязалась с ее резким неприятием обольстительного остроумия. Как-то Марри сказал мне, что очень увлекся ею, сочтя ее физическую неуклюжесть показателем стремительного развития интеллекта, и я, кажется, понял, что он имел в виду. Хватаясь за все подряд, она ощупью пробиралась в окружающий мир и порой опустошала его.