7 subscribers

Астраханский губком принял решение, задержать мобилизованных до новой путины

Не смотря на совершенную неготовность принимающей стороны обеспечить мобилизованных работой, жильем и продовольствием и уж абсолютно не думая об оторванности женщин от семьи и детей, Астраханский губком принял решение, задержать мобилизованных до новой путины, т.е. с поразительной легкостью продлил их мучения еще на полгода. А ведь среди приехавших большинство составляли женщины, оставившие дома детей, были даже беременные женщины, которых, казалось бы, ни один здравомыслящий руководитель не мог отправить на трудповинность, да и существовавшие инструкции запрещали их мобилизацию. Тем не менее, для того, чтобы вернуться назад, им нужно было получить разрешение ЦК партии. Так, в числе мобилизованных для политработы на Астраханских промыслах находилась заведующая Комитетом твердых цен при ВСНХ Швейцер. Для ее демобилизации было принято персональное решение Оргбюро ЦК151. Что же касается остальных женщин, то ЦК предоставил им право уехать к 1 декабря. При этом часть коммунисток ЦК просил остаться для организации новой мобилизации.

Письма о непосильном труде и о необходимости отмены всеобщей трудовой повинности направлялись в различные инстанции. Обращались и лично к Ленину. Одно из таких писем было написано от имени женщин-сектанток в марте 1920 г. Оно является продолжением женской темы, но в другом социальном срезе, и еще одним подтверждением реального положения в осуществлении принудительного труда:

«...Вы и так уже много убили мужчин, возраст от 18 до 50 лет, оставили без приюта жен и детей, а теперь женщин гоните на работы пешком верст 15 или 20. Она больна, например, болезни женские, почек, слабые легкие. Она приходит на работу, дают ей кирку пуда в полтора или меньше, у нея силы истощены голодом, холодом, да и жизнь ее была раньше тяжелая. Она вся измочалена, издергана. Дорогой Владимир Ильич, прошу Вас сердечно об этом вопрос пересмотреть. Женщина это сейчас не мужчина, они на Вас набросятся, как пантеры голодные, не устоять Вашим пулеметам и пушкам. Они задумались над этим вопросом. Я могу Вам посоветовать, если не хватает рабочих рук, то от 20 лет до 35 — это женщины еще крепкие, в их годы мужчины уже были подобрее, у них, значит, и здоровье сохранилось. Я знаю десятки тысяч женщин, которые за 40 и 45, когда мужья их избивали кулаками и ногами. Я сама выстрадала и на себе все это пережила. А теперь Вы, мы женщины, которые Вас уважаем, сектантки, проводите в жизнь над нами насилие. ...Еще Вам нарисуем картину, районные доктора — коммунисты или шкурники. Когда приходит женщин к нему, он обращается к ней: «Ну, чего пришла, расстегивай свои монатки». Она отвечает: «Доктор, я больна». — «Ага, не хотите работать, нет, пойдешь, всех отправлю в чрезвычайку». Я свидетельница, как из районных амбулаторий выносили женщин мертвыми от испуга. Вот как врачи обращаются с пациентками. Я думаю, они в этом даже власть подрывают»152.