Но ничего не произошло, и мы спокойно покинули область Свободного Тульского образования.

Я с замиранием сердца закрыл глаза и вдавил кнопку зажигания. Если кто не в курсе, в военной технике нет ключей. Это сделано для того, чтоб в суматохе боя не искать трясущимися руками, куда ты их положил. Так вот, придавив кнопку, я услышал, как рыкнул заводящийся дизель. Машины, в которых сидела моя команда, так же не подвели. Всё-таки военная техника — не чета гражданским машинкам. Тут всё сделано качественно и надёжно. Из своего одиночного Урала выпрыгнул Штамп и побежал к пульту управления воротами бункера. Неожиданности тоже не произошло. Гидравлика плавно опустила часть потолка, образовав при этом эстакаду. Вернувшись за руль, Штамп с хрустом воткнул первую передачу и, подвывая коробкой, начал взбираться на горку. Из-под колёс полетел выросший за это время дёрн с кусками грунта. Пару раз буксанув, покрышки вгрызлись в рифлёное основание бетона, и гружёный под завязку Урал медленно пополз вверх. Я специально выпустил вперёд одиночку. С прицепленным сзади ещё одним груженым автомобилем манёвренность падает. Пусть первым прокладывает путь. Наша колонна медленно выползла из бункера, и я увидел Петра с его людьми, которые вышли на шум двигателей. Сердце кольнуло, а вдруг они не хотят нас выпускать? Вдруг нападут? Но ничего не произошло, и мы спокойно покинули область Свободного Тульского образования.

Сказать, что колонна двигалась легко? Нет, это было не так. Пересечённая местность — это не дорога, но, как говорится, лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Спустя пару часов петляний по лесу мы выехали на нашу территорию. Дальше проще, вначале по тропе, а затем по торговому тракту. Там уже с ветерком, так сказать, пойдём. Два часа, подумать только. На этот путь мы пешком потратили почти два дня. Такими темпами мы уже завтра к обеду дома будем.

Но ничего не произошло, и мы спокойно покинули область Свободного Тульского образования.